Родители ничему не научили меня
Александра,Вы меня извините,конечно,но,может быть,пора уже перестать винить в своих неудачах своих родителях?Сначала я подумала,что подросток пишет о своей
истории,но потом увидела внизу Ваш возраст.Алескандра,Вам уже не 15 лет и даже не 20.Надо уже самой искать подхоящую работу.Сейчас-то Вы где-то работаете
же,судя по Вашему письму!Значит,хоть мало-мальский доход у Вас,наверное,есть.По ходу попытайтесь на курсы записаться,приобрести ещё одну специальность.Сейчас
постарайтесь выходить из юношеского максимализма и сами попытайтесь строить свою жизнь,не оглядываясь на своих родителей.Удачи и счастья Вам!
У тебя очень эгоистическая точка зрения. Родители тебе ничего не должны. Они вырастили тебя до совершеннолетия, а дальше извините, начинайте сами себя
обслуживать. Это нормально. Не нужно перекладывать всю вину на родителей. Совершеннолетний человек должен сам отвечать за свои поступки. И если тебя греет
мысль, что родителям будет плохо, это очень жестоко.Какими бы плохими родители не были, они дали тебе жизнь, и надо быть за это благодарным. А качество
твоей жизни зависит от тебя, а не от родителей. Постарайся заново пересмотреть свое отношение к жизни и никого кроме себя не винить.
Я наверное глупый человек (возможно, кстати, это и объясняет мою несложившуюся жизнь), раз обратилась на случайный сайт в инете, полагая, что его посещают не
такие безразличные, хладнокровные, но при этом считающие необходимым выразить свое жестокое мнение люди, которые меня в жизни окружают. Вера, Вы, наверное, в
Лос-Анджелесе живете, раз спрашиваете, где я такую работу нашла, думаю также, что у Вам в жизни все было всегда устроено и ровно, раз Вы так высказываетесь.
Рада, что у Вас все хорошо и не дай Б-г Вам никогда не попасть в такую ситуацию, как у меня. Надеюсь, у Вас все хорошо и Вы достойно обеспечиваете и себя и
своих детей, (если они у Вас, конечно, есть) и у них никогда не возникнет таких мыслей, как у меня.
Александра, понимаю вас. обидно конечно, когда нет никакой помощи от родных людей. посмотришь, всем все родные помогают. и вам нет. обидно. но поправимо все.
сапоги в наше время купить реально. даже с самой обычной зарплатой. копите, откладывайте. лучше найдите работу где платят больше. не тратьте свою жизнь на
обвинение других людей. ваша жизнь в ваших руках,и вам под силу изменить то, что вам не нравится. нужно стараться и трудиться. вы не ленивый человек, видно.
все у вас будет хорошо.
Саша, дорогая моя! Тебе 24 года уже, а ты все как подросток рассуждаешь. Может быть, хватит во всем винить родителей? Может пришла пора взять
ответственность за свою жизнь в свои руки? В какой толпе сверстников ты себя изгоем чувствуешь? Тебе же далеко не 14, и не 16 лет, чтобы так говорить.
Мне кажется, в твоем возрасте нужно самой о себе заботиться. И надо переставать тратить свою энергию на оплакивание своего положения.
Это я тебе к тому рассказываю, чтобы ты поняла: никто не желает тебе зла и нет здесь высокомерных товарищей, которые для галочки начиркали отклики!
Просто, можно сидеть и сутки напролет сожалеть о своей жизни, обвиняя всех вокруг в своих неудачах, а можно пытаться выбраться из своих неудач и тратить
энергию на это.
Если ты умная девушка, то выбор, наверняка, будет правильным.
Александра,царапнул Ваш ответный отклик.Честное слово,Алескандра,я не хотела Вас обидеть!И зачем так писать Вере?Она же Вам помочь хотела!Я вот тоже не в
Лос-Анджелесе родилась.И что?Вам люди хотели сказать,что сейчас Ваша судьба зависит от Вас самой,а не от родителей.Пусть эти отклики были и жёсткими,я
понимаю,бывает такое,но надо учиться быть лояльной к людям,особенно к тем,кто не прошёл мимо твоей проблемы!Подумайте.Может быть,причина Ваших проблем лежит
глубже,чем просто обида на родителей?Если это так,то напишите поподробнее.Да,я согласна,что в интернете много случайных,а частенько и с сомнительной
репутацией сайтов,но есть и серьёзные сайты вроде этого,куда Вы обратились.Не обижайтесь ни на кого,а трезво подумайте и попробуйте более детально описать
свои проблемы.Ведь я так поняла,что здесь не просто речь идёт о несложивщиейся судьбе..
Сашенька, очень задело Ваше сообщение. Давайте так, Вам сейчас больно и тяжело, люди, окружающие Вас доставляют Вам боль. Ну неужели Вы всерьез хотите ответить им тем-же? Вы такого состояния, как у Вас сейчас можете кому-нибудь пожелать? С чего Вы взяли, что Вас ненавидят? Хорошо, круг ровесников не устраивает, так общайтесь с неровесниками. Деньги, должности, квартиры и машины сами по себе счастья не несут, а вот забот и проблемм приносят массу. Вы знаете, обеспеченных людей я встречала, а счастливых среди них не заметила. Может, плохо смотрела. Про кроссовки вообще смешно. Сейчас, с развитием легкой промышленности, офигенныые сапоги из КЗ можно купить недорого, и никто никогда не поймет, что они из КЗ. Из Вашего сообщения я услышала одно: Вам больно и Вы отчаянно пытаетесь привлечь к своей боли внимание. Все мы так делаем. Так пишите о том, что у Вас действительно болит. Абсолютная неправда про равнодушных людей. Оглянитесь, и Вы увидите множество протянутых к Вам рук. А взяться за них, или нет, Вам решать. Вас удивляет, что Вы в 24 года не заработали на квартиру и машину? А вот вокруг меня множество интереснейших и образованнейших людей, пашущих день и ночь, которые к 60-ти этого не заработали, и их это не расстраивает. Вы предпочтете друга умного и интересного, или с квартирой и машиной? Саш, Вы написали про малыша, значит Вы об этом думаете. И значит он у Вас обязательно будет! Да и машина будет, и квартира, но малыш важнее! Всего Вам наилучшего, Все приложиться.
Вы сами полностью ответсвенны за свою жизнь.Примите это как данность.
Здравствуйте уважаемая Александра!
Прочитал ваше письмо, и стало искренне вас жаль, потому что я когда-то тоже прошел через все,о чем вы пишите, и тоже хотел уйти из этого мира, вот только зря вы ставите крест на себе-один человек учил меня что выхода нет только в одной ситуации-когда человек мертв.
поищите другую работу,подумайте чем вы можете заинтересовать работодателя,оглянитесь:где-то рядом есть хоть один человек, который думает о вас, который видит в вас друга,идите вперед, и вы увидите что все преодолимо!
пишите мне, я поддержу вас чем смогу
С уважением Всеволод
Здравствуйте Александра!
А я бы не хотела, чтобы родители мне что то подобное давали и обеспечивали. Это ведь будет значить полную зависимость от них! Мне от мамы очень тяжело принимать помощь, хотя она говорит «я тебя люблю и хочу свои деньги на тебя тратить», или говорит «жаль, что я ничем тебе с работой не помогла» мне это поперек горла становится.
Пусть я не зарабатываю много, в сравнении с теми, кого устроили, но считаю что живу хорошо, честно и в ладу с собой и людьми. И не пропаду. Смогу сама найти работу если уволят.
Малышей рожают чаще и больше как раз люди бедные. Европа из-за этого вырождается, ее заселяют другие бедные нации, способные к деторождению, тогда как обеспеченные люди, живущие в комфорте, теряют смысл жизни.
Я работаю учителем начальных классов. Вот чем меня бесят родители
Работать в школе непросто: детей часто нужно приводить в чувство, они обзываются и дерутся, не всегда вовремя делают домашнюю работу и загуливаются на переменах.
Но ко все этим ситуациям я отношусь с азартом. В этом и есть моя работа: не только научить ребенка писать и считать, но и объяснить, как взаимодействовать с другими людьми, работать в коллективе, нести ответственность и исправлять ошибки. Чем сложнее задачу ставит перед собой и передо мной ребенок, тем интереснее ее решать и больше удовлетворения, когда удается с ней справиться.
К сожалению, кроме детей на работе приходится плотно общаться и с родителями. Это уже совсем другое дело: взрослые порой ведут себя куда более абсурдно, чем дети, и при этом далеко не всегда готовы к конструктивному диалогу.
Расскажу о ситуациях, которые встречаются чаще всего. Вот чем обычно меня бесят родители.
Как победить выгорание
Требуют слишком многого
Идеальный родитель с точки зрения учителя — это тот, кто внимательно относится к успехам и неудачам ребенка, но при этом соблюдает границы в общении с преподавателями: разговаривает доброжелательно, внимательно изучает всю доступную информацию и не задает вопросы, на которые мы уже отвечали. На родительских собраниях и личных встречах такие родители не противопоставляют себя учителям, а наоборот, считают нас большой командой, которая старается сделать образовательный процесс максимально эффективным. Поэтому в первую очередь они спрашивают, чем могут дополнить работу учителей дома и нужна ли какая-то еще помощь.
Общаться с такими людьми приятно: даже если они сталкиваются с проблемой или чем-то недовольны, то всегда готовы уделить время подробному обсуждению ситуации и найти выход, который всех устроит. Бывает, что ради разговора надо задержаться на работе, но это не бесит — зато я точно буду в курсе состояния ребенка и смогу найти оптимальный способ взаимодействия с ним.
Но есть и другой тип родителей — я называю их тревожными. Такие родители очень многого требуют от всех окружающих — и от учителей, и от собственных детей. Отчасти я могу их понять: чаще всего это родители, которые много вкладывают в детей и, естественно, переживают из-за результата. Но все-таки у всего есть границы.
Расскажу на примерах. Тревожные родители суетятся по каждому пшику: контролируют каждое домашнее задание, поминутно следят за перемещениями ребенка и требуют полного отчета о съеденных за обедом продуктах — вплоть до того, белый или черный хлеб ел школьник.
Это вредит как нашей работе, так и детям. Учитель постоянно задерган пустяковыми вопросами и требованиями: например, меня просили найти носок, который ребенок потерял две недели назад непонятно где, проконтролировать, чтобы школьник ел овощи, но только не морковь, и даже ответить на вопрос, с какой скоростью он выполняет домашнее задание. Быть в курсе всего этого просто невозможно: я должен работать не с одним ребенком, а с целым классом, я несу ответственность за состояние всех учеников, решаю множество конфликтов и регулирую настроение в коллективе — мне попросту не до моркови.
Дети таких родителей тоже постоянно находятся под давлением. В школе мы работаем над развитием самостоятельности и ответственности, учим детей проявлять инициативу и справляться с повседневными задачами без помощи взрослых: убирать за собой, готовиться к урокам и следить за расписанием. Но постоянный контроль убивает все успехи ученика.
Что делать. У каждого школьного работника есть не только список официальных обязанностей, но и дела, которыми он занимается по собственной инициативе просто потому, что это необходимо. Узнайте в начале учебного года, за что учитель берет ответственность вне уроков: это нормально и позволит вам понять, о чем его можно попросить и в каких ситуациях обратиться за советом, а что лучше оставить при себе и чем не стоит теребить учителя.
Доверяйте учителям и своим детям, это сильно облегчает работу. В конце концов, если ребенок уже дорос до того, чтобы ходить в школу, то вполне в состоянии минимально о себе позаботиться — например, самостоятельно поискать свои вещи или проследить за рационом.
Чем больше дома запретов, тем больше у ребенка соблазнов пойти вразнос в школе. Конечно, учитель попытается скорректировать поведение ученика, но гораздо эффективнее, если родители и дома начнут вести себя с ребенком по-другому.
Не сомневаются в словах ребенка
Когда ребенок попадает в ситуацию конфликта, не все родители могут совладать со своими чувствами и трезво оценить, что произошло. Многие не понимают, что слова ребенка — это всегда его интерпретация произошедшего, и сразу бросаются с шашками наголо спасать свою кровиночку: выяснять отношения с другими родителями, ругать учителей и грозить жалобами во все инстанции.
Дети, которые все это видят, запоминают слова родителей и приносят их в школу — так конфликт переходит на новый виток. Разрешить его становится все сложнее: нужно привести в чувство родителей, докопаться до позиции детей, чтобы восстановить, как все было на самом деле, объяснить взрослым, что же все-таки произошло и почему изначальная ситуация не стоила выеденного яйца. Все это занимает часы, а иногда и дни — время, которое я мог бы потратить на интересный проект с детьми, тратится впустую.
Что делать. Даже если вам кажется, что ребенок на сто процентов прав и его несправедливо обидели, не спешите искать управу. Сначала выдохните и дайте улечься своей злости, а потом спокойно узнайте у преподавателя, что произошло. Учитель видит ситуацию со стороны как одного, так и другого ребенка, да и просто со стороны — возможно, из-за сильных эмоций ребенок не заметил каких-то нюансов, которые в корне меняют дело.
Независимо от того, кто виноват в конфликте, спросите учителя, какие шаги он предпринимает для решения ситуации и как ему в этом может помочь родитель: например, в каком ключе стоит поговорить с ребенком о произошедшем. А еще не забывайте, что дети забывают плохое быстрее, чем взрослые, — на следующий день после ссоры они уже могут вместе играть и общаться, если родители не будут накалять обстановку.
Просят сделать исключение
В школах много правил. Некоторые из них кажутся родителям неудобными, но без них организовать учебный процесс будет очень сложно.
Например, во время пандемии многие школы перешли на комбинированное обучение: часть учеников занимаются в классе, а часть — онлайн, если болеют или по другой уважительной причине не могут присутствовать в классе. Работать в таком режиме непросто как учителю, так и ученикам: уроки требуют более тщательной подготовки, чем обычно, а во время занятия внимание учителя разрывается между классом и экраном.
Похожие ситуации происходят, когда класс выезжает на экскурсии. Организация таких поездок — всегда большая ответственность и нервотрепка: с одной стороны, мы отвечаем за жизнь и здоровье учеников перед родителями, с другой — перед законом.
Но многие родители не понимают серьезности ситуации и часто просят сделать небольшую остановку по дороге недалеко от дома ребенка. Никакие аргументы не действуют — в ответ они обещают взять все риски на себя, не понимая, что в любой неприятной ситуации эти обещания не защитят школу и учителей от судебных разбирательств и крупных штрафов.
Что делать. Следуйте правилам, которые приняты в школе: это помогает учителям эффективно выполнять свою работу даже в нестандартных и сложных ситуациях. Не требуйте для ребенка особых условий: если учитель разрешит одному ученику нарушить правила в виде исключения, другие тоже захотят это сделать, и вся система перестанет работать.
Помните, что многие неудобные правила помогают обеспечивать безопасность детей в школе и за ее пределами. Не показывайте ребенку пример наплевательского отношения к требованиям учителей — дети далеко не всегда могут адекватно оценить риски, поэтому в школе ответственность за них несут именно взрослые.
Не уважают личное время
Иногда мне кажется, что родители даже не подозревают, что у преподавателей тоже есть выходные, личные дела и свободное время.
Часто родители действительно пишут по делу: например, предупреждают о том, что ребенок не придет в школу, или просят прислать расписание. Но почему-то совершенно не считаются с моим рабочим графиком и требуют немедленного ответа даже среди ночи. Я не шучу: самое запоминающееся сообщение я получил в полпервого ночи — родители написали, что не успеют передать важное заявление для ребенка к первому уроку и принесут его после занятий.
Однажды мне пришлось взять отгул по серьезным семейным обстоятельствам: я помогал жене в больнице. Чтобы меня не беспокоили в эти дни, я заранее предупредил вообще всех — администрацию, коллег, родителей. Но на всякий случай решил остаться на связи: иногда в школах бывают действительно срочные ситуации.
В итоге у меня без конца трезвонил телефон, а когда я перезвонил после семи пропущенных с одного номера, захотелось убивать: оказалось, чьи-то родители просто не смогли найти в классе термокружку.
Что делать. Если вы собираетесь обратиться к учителю в нерабочее время, подумайте, действительно ли вопрос требует такой срочности, — возможно, разговор вполне потерпит хотя бы до утра. Если вам необходима долгая беседа с учителем, заранее договоритесь об удобном времени встречи: преподаватели часто соглашаются задержаться в школе, чтобы разрешить сложную ситуацию, но тоже хотят свободно распоряжаться своим временем.
Иногда некоторые вопросы проще решить вообще не через учителя. Например, домашнее задание быстрее узнать у других родителей или у одноклассников ребенка.
Считают, что учитель занимается только уроками
Работа на уроках — это вершина айсберга среди дел, которыми занимается учитель. Помимо этого, мы следим, что дети пообедали, погуляли и попали вовремя на кружки, проверяем домашние задания, готовим планы занятий на следующий день, а еще параллельно организуем крупные общешкольные мероприятия — праздники, олимпиады и конкурсы.
Но и это не все. Одна из важных задач, которая требует внимания и отдельного времени, — воспитание в классе дееспособного коллектива. Я стараюсь научить детей уважительно относиться к друг другу, договариваться между собой даже во время конфликтов, задавать вопросы по существу, размышлять над проблемами и рефлексировать. В плотном графике школьной жизни приходится изворачиваться, чтобы выкроить на все это время: все-таки даже такая полезная внеклассная активность не должна быть в ущерб образованию.
Родители видят результаты моей работы — замечают, что дети стали более ответственными, самостоятельными и собранными. Но не связывают их с усилиями, которые я трачу, и удивляются, если не беру трубку во время перемены, не готов выделить час на разговор, когда они без предупреждения приехали в школу, или не отвечаю на сообщение в течение 5—10 минут.
Из-за слишком плотного графика учителя иногда ошибаются. Например, однажды я решил провести в классе игровой проект на сплочение, который подразумевал провокацию конфликтов между детьми. Чтобы успокоить родителей, я провел с ними встречу, но из-за бешеного ритма школьной жизни, бесконечных тетрадок и заполнения множества таблиц плохо к ней подготовился и произнес слово «эксперимент». У родителей это вызвало шок, а мне пришлось еще долго отбиваться от обвинений, что я провожу опыты над детьми.
Что делать. Не забывайте, что учитель живой человек. Если вам кажется, что он неправ, ошибся или недоработал, не стоит сразу делать вывод, что он непрофессионал, жаловаться администрации и требовать увольнения: скорее всего, хватит личного разговора с обсуждением проблемы. Эскалация конфликта может только навредить — ко всем тем задачам, которые решает учитель, добавятся еще и разборки с начальством.
Родители ничему не научили меня
ЧАСТЬ 1. ШКОЛА В ОЖИДАНИЯХ
ОЖИДАНИЕ ПЕРВОЕ. «НИЧЕГО, ЛИШЬ БЫ НЕ БОЛТАЛСЯ»
Родители, которые ничего не ожидают от школы, — это вовсе не обязательно мечта учителя. Это, наверное, худший вариант отношения к школе — когда она оказывается только камерой хранения для детей, чтобы на улице не болтались, пока родители на работе. Этого варианта часто придерживаются папы: так надо, и все, пусть ходит в школу, я тоже ходил, — а какие варианты? Балду пинать? Ну да, я тоже плохо учился, но меня отец выдрал пару раз, я за ум взялся…
ОЖИДАНИЕ ВТОРОЕ. «НИЧЕГО, ЛИШЬ БЫ МЕНЯ НЕ МУЧИЛИ»
Мамы, которые ничего не ожидают от школы, обычно не ожидают от нее ничего хорошего. Они очень стараются и вкладывают в учебу ребенка много времени и нервов — но уже отчаялись дать детям нормальное образование, им кажется, что и ребенок ничего не делает, и учителя учат не тому, и сил ни на что нет, и достала эта школа со своими глупостями, почему я должна за это все отвечать? Почему я должна сидеть и в полночь рисовать с ребенком план своей улицы и тратить свое воскресенье на поиски полутора метров однотонной ткани к уроку домоводства?
Эти мамы делают с детьми уроки со скандалами и воплями, рыдают из-за детских двоек и только что не падают в обморок на родительском собрании, услышав про очередные долги и двойки. Им кажется, что старания их абсолютно бесплодны — сколько ни вкладывай, результат нулевой. И надо нанимать репетиторов и искать подготовительные курсы, и все равно из этого ничего не выйдет, кроме нервного срыва. Это очень ответственные, тревожные мамы-перфекционистки, которые искренне стараются дать своим детям хорошее образование — но уже изнемогают в неравной схватке с системным кризисом отечественной школы и очень боятся учителей, которые при каждом удобном случае рассказывают им, что они плохие матери и неправильно воспитывают своих детей. Надо заметить, кстати, что именно у таких ответственных мам произрастают дети, точно уверенные в том, что их образование — мамина ответственность.
Иногда родители до такой степени не ждут от школы ничего хорошего, что вообще от нее отказываются, и тогда из них получаются анскулеры — приверженцы семейного обучения.
ОЖИДАНИЕ ТРЕТЬЕ. «ТОЧНАЯ КОПИЯ»
Многие родители опираются на свой школьный опыт. Школа должна научить их детей тому, чему они сами научились в свое время. Мы ходили на лыжах — почему дети не ходят на лыжах? У нас на химии были опыты — почему вы не делаете опыты? Почему у вас дети не учат стихи наизусть? Образование должно быть традиционным — таким, как оно было в советской школе, лучшим в мире, таким, какое получили сами родители.
ОЖИДАНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ. «УЛУЧШЕННАЯ КОПИЯ»
Чаще, правда, родители понимают, что они, возможно, получили не лучшее в мире образование, и видят в нем дыры и пробелы. Поэтому они знают, что уж их-то ребенок должен получить все то же самое, только гораздо лучше. Историю искусств, например, и риторику, и философию, и английский семь раз в неделю, и второй иностранный язык… Запросы таких родителей создали страшное давление на систему образования в девяностые годы. Отчасти именно эти запросы со стороны общества и привели к тому, что едва ли не каждая уважающая себя школа объявила себя школой с углубленным изучением чего-нибудь, программа обучения бешено разбухла, а дети оказались страшно перегружены, и все это выросло до масштаба государственной проблемы — ибо нельзя объять необъятное, а рабочий день у ребенка не может длиться 24 часа в сутки 7 дней в неделю.
ОЖИДАНИЕ ПЯТОЕ. «ОСОБЫЕ ЗАПРОСЫ»
Родители, которые подходят к образованию серьезно, обычно точно знают, чего именно они хотят от системы образования. Скажем, есть родители, убежденные в том, что математика — основа всего, а значит, в школе должно быть много сильной математики. Есть родители, точно знающие, что их ребенку не нужна литература (только отбивать интерес к чтению), нужно столько-то часов углубленной химии и такая-то программа по биологии. Эти родители выкрутят руки любому завучу, требуя предоставить рабочие программы по всем предметам, и вымотают нервы любому учителю, вопрошая, почему теме конгруэнтности фигур отводится так мало времени и зачем дети читают давно устаревшего Некрасова. Часто такие родители сами что-то когда-то преподавали, но сменили работу.
ОЖИДАНИЕ ШЕСТОЕ. «ВСЕГО И ПОБОЛЬШЕ»
Родители, желающие от школы всего и побольше, обычно отталкиваются от какой-то существующей в их воображении модели идеальной школы. Вот как богословие бывает апофатическое, а бывает катафатическое — одно пытается определить Бога через качества, которыми Он не обладает, а другое — через качества, которыми Он обладает, — так и родители подходят к вопросу о школе катафатически или апофатически. Родители с апофатическим подходом — это такие скептики, пессимисты, которые не ждут от школы ни крепких знаний, ни эрудиции, ни развития творческого мышления — им главное, чтобы в школе ребенку по возможности не отбили желание что-то узнавать, не привили отвращения к поэзии, чтобы его не били одноклассники, чтобы его не терзали еженедельными генуборками, не унижали, не… не… не… все остальное мы сами ему дадим, доберем дополнительными занятиями и умными разговорами…
А вот родители с катафатическим подходом — это родители, которые знают, что идеальная школа должна… выполнить список из сотни пунктов. Здесь найдется место социализации, построению отношений в коллективе, тим-билдингу; здесь найдется место развитию креативности; здесь будет уделено внимание глубоким межпредметным связям и научным проектам; здесь будут говорить о выявлении талантов и сильных сторон, о профориентации и профильном обучении; здесь задумаются об индивидуальном внимании и индивидуальных образовательных траекториях… Интересно, что из таких родителей может получиться что угодно. Они могут стать основателями интереснейших новых школ (лучшие школы, появившиеся в эпоху педагогических исканий девяностых, часто возникали из попыток построить свою идеальную школу). Они могут стать воплощенным кошмаром учителей и школьной администрации. А могут стать анскулерами, потому что никакая школа все равно никогда не будет соответствовать идеалу.
ОЖИДАНИЕ СЕДЬМОЕ. «ДИСЦИПЛИНА»
Здесь тоже есть целый спектр разных ожиданий — от «в школе должен быть порядок» до «в школе должна быть свобода самовыражения». Одни родители верят в поднятые руки и школьную форму, другие — в свободу дискуссий и одежды. Если учитель в пылу обсуждения важного вопроса сядет на стол, одни сочтут это форменным безобразием, а другие — естественным поведением. Одни подходят к учителю сказать «если наш будет борзеть, вы дайте ему по ушам», а другие пишут жалобу директору, если учитель спросит у ребенка, разозлившись — «ты что — дурак?»
Собственно, это уже другой вопрос — вопрос о достоинстве ребенка и родителя. Многие родители так привыкли бояться школы в детстве, что до сих пор каждое родительское собрание воспринимают как поход к стоматологу — гадко, страшно, больно… Им трудно научиться видеть в учителях соратников и сотрудников в деле воспитания ребенка — учителя для них скорее начальники, и начальники противные, злые и неумные (пусть даже учителя иногда и дают повод так думать). Самое жуткое, что, когда ребенку в школе плохо — обижает учитель, травят дети, не дается какой-то предмет, — такие родители не защищают его и всегда становятся на сторону школы. Ребенок сам виноват, да еще из-за него у родителей неприятности.
Немногим лучше и матери-волчицы, готовые всех порвать за свое чадо: вы просто не умеете его учить. Вы учитель — вот вы и учите, вам за это деньги платят, что вы на меня свою работу переваливаете?
На другом полюсе — родители и учителя, которые френдят друг друга в соцсетях и обсуждают новые сумочки; необходимая дистанция испаряется. Истина, как обычно, где-то посередине.
ОЖИДАНИЕ ВОСЬМОЕ. «ВОСПИТАНИЕ И ИДЕОЛОГИЯ»
От «ваше дело — учить ребенка, а воспитывать его мы будем сами» до «школа должна заложить основы духовно-нравственного воспитания нации».
В общем, все эти перечисления, конечно, не претендуют на полноту охвата — скорее, коротко обрисовывают, как разнообразны родительские воззрения на то, какой должна быть школа, и как трудно школе соответствовать ожиданиям общества, когда люди в нем не могут договориться друг с другом.
В последние годы самые неприятные нововведения в школах появляются именно тогда, когда носители одной крайней точки зрения (например, «во всех школах нужна школьная форма») путем административного давления навязывают ее всем без исключения в масштабах страны.
ОЖИДАНИЕ ДЕВЯТОЕ. «РОДИТЕЛЬСКИЙ КОНТРОЛЬ»
Некоторым родителям очень важно держать руку на пульсе ежеминутно. У них на рабочем компьютере открыт электронный журнал, и они в режиме реального времени следят за возникающими в нем тройками и пятерками. Если учитель не заполняет электронный журнал своевременно, на него жалуются, потому что он не дает родителям обратной связи. Другим родителям достаточно раз в месяц получать сводку об успеваемости — они вообще считают, что за этим должен следить сам ребенок, а оценка вообще ничего не обозначает, кроме того, что этот конкретный учитель зачел или не зачел эту конкретную работу.
В большинстве школ нет ответа, до какой степени родители могут вмешиваться в такие зоны ответственности школы, как логика курса, изучаемые темы, рабочие программы учителей, обоснованность и объем задаваемых заданий. Родители не понимают, за что школа отвечает и гарантирует ли она хоть что-то на выходе, учителя обижаются и вопрошают, как можно хоть что-то гарантировать, если родители постоянно вмешиваются в вопросы, которые находятся в сфере компетенции учителя.
ОЖИДАНИЕ ДЕСЯТОЕ. «ОТВЕТСТВЕННОСТЬ»
Самый больной вопрос — кто отвечает за обучение детей? Согласно закону об образовании, ответственность за получение ребенком среднего образования несут его родители. А за что несет ответственность школа? А ребенок? А если ребенок за десять лет учебы в школе ничему не научился и получил двойку на ЕГЭ — это чья ответственность?
Школа склонна считать, что образование детей — ответственность их родителей. Родители должны делать с ребенком уроки. Родители должны обеспечить, чтобы ребенок прочитал весь список обязательной литературы. Родители должны ликвидировать отставание по предметам и обеспечить успеваемость.
При этом оказывается, что у ребенка нет времени прочитать весь список, что родители понятия не имеют, что ребенок не понял какие-то две темы по математике и теперь безнадежно отстал, что родители приходят с работы еле живые поздно вечером и вообще не в состоянии заниматься уроками. «Делать уроки с ребенком — ваше главное дело», — объяснила учительница одной моей знакомой, маме первоклассницы. Все бы ничего, да только мама эта — врач «скорой помощи», и главное дело у нее — спасать людей.
Одна из главных претензий родителей к школе — школа переваливает на нас свою ответственность.
У школы другая претензия к родителям: родители сдали ребенка школе и думают, что школа сама все сделает и всему научит. Но всем известно, что лошадь можно привести к ручью, но нельзя заставить пить; заставить учиться ребенка, который учиться не хочет, практически невозможно. «А вы должны заинтересовать». — «А вы сами пытались его заинтересовать окружающим миром? Вы до школы научили его тому, что узнавать новое — интересно? Или сажали его к телевизору, компьютеру, совали ему в руки планшет — чтобы он к вам не приставал? Мы учителя, а не волшебники, мы не можем сделать немотивированного ребенка мотивированным, это ваша задача, а не наша». Учитель, у которого в классе тридцать человек, далеко не всегда в состоянии уследить, кто пропустил или не усвоил конкретную тему. Учитель перегружен работой и отчетностью. Он профессионал, но не маг.
ЧАСТЬ 2. ШКОЛА В РЕАЛЬНОСТИ
Самое печальное, что правильных ответов на все эти вопросы о том, что должна и не должна, может и не может школа, нет. На некоторые — нет вообще, а на некоторые — нет в отечественной системе образования.
Скажем, там, где в других странах есть система поддержки учащихся — та самая служба, которая выясняет, почему этот конкретный ученик не может учиться как все, почему он отстает, почему ему не дается русский языки или математика, почему он бросается на одноклассников или сидит под партой и что с этим всем делать, — на месте этой службы у нас вакуум. А ведь именно в ее компетенции — вопросы о том, как интегрировать в класс и вообще включать в общий поток детей, для которых язык обучения неродной, и детей с проблемами здоровья и развития; как обучать дислектиков и дисграфиков; как помогать отстающим; как помогать детям с проблемами поведения, детям из семей с тяжелым социально-экономическим положением, детям из кризисных семей; как дополнительно заниматься с одаренными и мотивированными. У нас это ничья зона ответственности — школьный психолог тут обычно мало что может, да и их сокращают, социальный педагог тоже, логопеды и дефектологи из школ давно уволены, а русский как иностранный взвален на русичек; разве что одаренных и мотивированных забирают в топовые школы, да и те не очень уверены в завтрашнем дне.
Поэтому родители и школа пытаются переложить эту ответственность друг на друга — мы за это не отвечаем, это ваше дело, нет, ваше, нет, ваше, нет, ваше. Конструктивное решение — совсем в другой области лежит: пока нет системных преобразований, остается каждой из трех сторон проявить добрую волю и взять на себя часть вот этих вот дополнительных, ничейных обязанностей. Например, родителям — по доброй воле найти специалиста, ребенку — с этим специалистом заниматься, учителю — не ставить двойки каждый урок почем зря и после уроков дополнительно объяснять непонятное.
Чуть легче — если учителя, ученики и родители могут разговаривать друг с другом. Если проблему можно описать спокойно, без оценочных суждений и ярлыков.
Увы, в школе очень многое делается по умолчанию и мало регулируется договорами. Школа и родители вообще мало договариваются — одни предпочитают ставить перед фактами, другие — жаловаться в инстанции. Если учитель не делает страшной тайны из своей авторской программы, а родитель не требует его ознакомить с конкретными планами уроков (учитель не его, а завуча должен с ними ознакомить), — они вполне могут договориться.
Легче, если школа объясняет родителям, чему именно и как именно она собирается научить детей и какого участия хочет от родителей. Если для детей существуют четкие правила, которые нельзя нарушать. Если дети понимают, чему они учатся и зачем, а школа и родители не отделываются от их вопросов «зачем мне это?», а знают на них ответы и готовы этими ответами делиться.
Чуть легче может быть, если родители, дети и учителя осознают, что они равноправные участники одного и того же процесса. Что учитель — это не мучитель и надзиратель, а человек, с которым семья договорилась о работе. Что родитель — не вредитель, игнорирующий все проблемы своего ребенка, а человек, который этого ребенка знает, любит и поможет его выучить. Работа общая: ребенок учится, учитель учит, родитель организовывает, контролирует и помогает. Если возникает проблема — играть в поиски виноватого бессмысленно: стоит всем вместе, всем трем сторонам, никого не обвиняя, выяснить, в чем причина проблемы, продумать, как ее решить, составить общий план, который всех устраивает, обозначить контрольные точки и сроки, результат, к которому все будут стремиться, и ответственность каждой из сторон.
Легче, если встречи будут регулярными и рабочими — не «Боже мой, что он еще провалил?», а «что изменилось с нашей прошлой встречи, куда мы движемся, есть ли прогресс, что мешает?».
Сказать «я не понимаю, как построен ваш курс, не могли бы вы объяснить» — лучше, чем говорить «вы непрофессиональны и учите чему попало». Сказать «я не понимаю, как вычислять площадь треугольника» — лучше, чем вопить «я ничего не понимаю» и швыряться предметами. Сесть и вместе поискать, как вычисляют площадь треугольника — лучше, чем рассуждать об идиотизме своего ребенка и своей бесконечной материнской обреченности заниматься всякими глупостями.
Конкретика лучше обобщений. Не «ваш ребенок неадекватен», а «ваш ребенок ударил девочку по лицу, когда она его обозвала». Не «он вообще ничего не знает», а «он не справился с пятью заданиями из шести в контрольной по последней теме».
Допустить, что оппонент имеет право думать иначе, — лучше, чем навязывать всей стране свой катехизис. Выслушать учителя, ребенка, родителя, пусть даже его крики души кажутся вам оскорбительными, — лучше, чем сразу ставить его на место. Да и крики души не обязательно должны быть оскорбительными.
Это все какие-то простые истины вроде «лошади кушают овес и сено», но во времена, когда все друг с другом враждуют, о них стоит напомнить еще раз. Мы все в одной лодке, нам никуда из нее не деться. Это надолго. Придется договариваться.
