рыба в аральском море какая водится
КУНГРАД. ЖИВАЯ ПРИРОДА.
РЫБЫ АРАЛЬСКОГО МОРЯ И АМУДАРЬИ.
УСАЧ АРАЛЬСКИЙ (Barbus brachycephalus)
Рыбы костные / Карпообразные / Карповые / УСАЧ АРАЛЬСКИЙ
Osteichthyes / Cypriniformes / Cyprinidae / Barbus brachycephalus
Названия:
Aral barbel (English)
Mo’ylov baliq, so’g’yon, qoziq shim (Uzbek)
Сугён, каяз, теньге-балык (Kazakh)
Аральский усач, короткоголовый усач (Russian)
Распространение:
Водоемы бассейна Аральского моря (Амударья и Сырдарья) и река Чу. Обитал в Аральском море, поднимаясь на нерест в нижнее и среднее течение Амударьи и Сырдарьи. Сооруженные на Амударье и Сырдарье дамбы перекрыли возможность для нерестовых миграций усача, что подорвало его запасы в Аральском море. В настоящее время обитает в крупных водохранилищах Амударьи. В водохранилища низовьев Зарафшана и Кашкадарьи он проник после сооружения Аму-Бухарского, Аму-Каракульского и Каршинского магистрального каналов.
Биология:
Крупная рыба, достигающая длины более 1 м и массы тела более 20 кг. В Арале был проходной рыбой, стада нагуливались в море, а на нерест поднимались далеко вверх по реке, зимуя в Сырдарье и Амударье. Массовый ход отмечался в июле и совпадал с максимальным подъемом уровня воды в Амударье и Сырдарье. Плотины на реках послужили первым фактором, из-за которого усач исчез в море. В настоящее время стада водохранилищ и озер нижнего и среднего течения Амударьи, а также Зарафшана, Сырдарьи представлены туводными жилыми формами. Сейчас встречаются особи до 60 см длины и 4 кг массы тела.
Поздносозревающая рыба, половозрелость наступает в 5-8 лет. На нерест рыбы поднимаются во впадающие в озера и водохранилища реки. Нерест начинается при температуре воды 17-18°C и длится с конца апреля по август. Икрометание происходит на течении за песчаными и галечниковыми косами на глубине до 1-2 м. Икрометание порционное, двукратное. После размножения усачи скатываются вниз по течению. Во время ската они не питаются, поэтому приходят к морю истощенными. Оплодотворенная икра опускается на дно, набухает и скатывается в толще воды. Икра увеличивается до 4-6 мм. Скат икры, эмбрионов и личинок имеет пассивный характер. Они дрейфуют по всей ширине реки, скапливаясь в поверхностных слоях воды. Плодовитость 179-906 тысяч икринок. Размер икринок 1.8-2 мм.
Питается преимущественно организмами бентоса, в том числе двустворчатыми моллюсками, водными растениями, личинками хирономид и другими беспозвоночными.
Паразитофауна насчитывает 64 вида, из которых простейших 21, моногенетических сосальщиков, цестод, трематод по 9, нематод 14, скребней и пиявок по 2, ракообразных 5, моллюсков 1.
Статус и значение:
Редкий вид. Эндемик Центральной Азии. Занесен в Красную книгу Узбекистана. 2 категория. Был одной из самых ценных промысловых рыб Аральского моря. В Амударье имеет местное промысловое значение.
УСАЧ АРАЛЬСКИЙ (Barbus brachycephalus)
ценный вид промысловой фауны Аральского моря, он идет на приготовление высококачественных балыков. Аральский усач достигает 1 м длины, веса 20 кг. Он откармливается в открытом море, преимущественно моллюсками. Половой зрелости усач достигает на 5—6-м году и начинает идти в Амударью и Сырдарью за 10—12 месяцев до нереста. Поднимающийся в реки усач называется ходовым, он отличается высокой жирностью и во время пребывания в реке почти не питается. Весной в кишечнике усача, зашедшего в реку еще осенью прошлого года, можно обнаружить обрывки растительности, водных беспозвоночных, в отдельных случаях даже упавших с берега ящериц и мышей. Места нереста располагаются на значительном расстоянии от устья. Чаще это участки реки за песчаными косами, с твердым песчаным, хорошо промытым дном, глубиной 1—2 м, хорошо выраженным течением. Скорость течения небольшая, так как основная струя воды косой направляется к противоположному берегу. По характеру икрометания аральский усач сильно отличается от других усачей: он мечет полупелагическую икру, развитие которой проходит в толще воды. Икра аральского усача крупная, ее диаметр (с оболочкой) 4,6—6,8 мм, при диаметре желтка 2,0—2,4 мм. У личинок довольно сильно развита сеть кровеносных сосудов, выполняющих дыхательную функцию. Плодовитость усача высокая: 193—540,7 тыс. икринок. Нерест растянут с мая по август, пик нереста приходится на время наивысшего уровня воды и скорости течения в реке, когда в потоке несется максимальное количество взвеси, вода мутная и икра и личинки практически не имеют врагов. Отнерестившиеся особи скатываются в море. Молодь усача задерживается в русле реки, интенсивно питается, частично она скатывается в море на первом году жизни, частично в следующем. Часть особей остается в реках на более длительный срок, при этом некоторые самцы достигают половой зрелости в реке. Таким образом, у усача имеются мелкие, созревающие в реке самцы, подобно карликовым самцам лососевых рыб, но это явление не столь ярко выражено, как у последних.
Ровесники динозавров ждут спасения
Осетровые рыбы, — на свою беду во все времена пользовавшиеся большим успехом на столах у гурманов всего света — находятся сейчас под угрозой уничтожения. Вообще это очень древняя группа рыб, по своей морфологии эти они не менялись со времен динозавров. Осетровых никогда не перепутаешь с другими рыбами. Многие из них рекордсмены по размерам, но при этом их позвоночник состоит из хряща, а икра развивается почти как у лягушки. О тех видах, которые в самое ближайшее время могут разделить участь стеллеровой коровы, рассказывает Николай Мюге, старший научный сотрудник ВНИИ рыбного хозяйства и океанографии.
— Осетровые – это очень древняя группа рыб. Но ведь ареал их до недавних времен был весьма широк?
Да, по своей морфологии эти рыбы не менялись со времен динозавров. Осетровых никогда не перепутаешь с другими рыбами. Многие из них – рекордсмены размеров, но при этом их позвоночник состоит из хряща, а развитие икры больше напоминает развитие икринок лягушки, чем других рыб. В современной фауне насчитывают всего 27 видов осетровых, но по-видимому, уже и эта цифра является завышенной.
В России основным местом обитания осетровых всегда был Азово-Черноморский и Каспийский бассейны. Есть осетровые и в реках Сибири. И совершенно особая группа осетровых обитала в бассейне Аральского моря.
— на рынках во многих городах можно без проблем купить икру и осетрину. Правда на вопрос о происхождении товара многие продавцы предпочитают отмалчиваться.
Конечно. Ведь больше чем наполовину то, что лежит на прилавках рынков – это продукция браконьерства. Все Каспийские осетровые начали катастрофически падать в численности с начала 90-х годов в связи с махровым расцветом браконьерства. Свою роль сыграли и провалы в работе осетровых заводов, которые в 90-е годы находились не в лучшем состоянии. Плюс конечно нарушения среды обитания при работах нефтяников на шельфе Каспия – основной зоне откорма осетров.
Большой неприятностью для каспийских осетров стало вселение в начале 2000-х гребневика мнемиопсиса, который просто съел каспийский планктон, вызвав колоссальные нарушения в пищевых цепях. Управы на этого вселенца до сих пор не нашлось. В Черном море десятью годами ранее была та же ситуация, но туда из Средиземного моря вслед за мнемиопсисом пришел другой хищный гребневик – берое. Про берое известно, что он с удовольствием питается мнемиопсисом. Он его успешно там сожрал, доведя экосистему Черного моря до какого-то баланса. А в Каспии гребневику берое не понравилась низкая соленость, чем мнемеопсис и пользуется. Так что проблема остается.
По всем странам Каспийского региона сейчас запрещен промышленный лов осетровых. Сейчас идет острая борьба за то, чтобы спасти хотя бы эти популяции. Если они «провалятся» за критическую численность, мы можем потерять их так же, как уже потеряли другие виды.
При этом тонны икры и браконьерской осетрины по-прежнему продаются на большинстве московских рынков. Правда, больше половины того, что там продается, это уже не из Каспия, а из реки Амур. Так что популяции амурских осетра и калуги – на очереди к полному коллапсу.
— а что происходит в бассейне Аральского моря?
Печальная судьба этого моря хорошо известна. Великая среднеазиатская река Амударья теряется в песках, не дотекая до пересыхающего Аральского моря. Река Сырдарья дотекает до Арала и сейчас. Казахстан построил дамбу, позволившую сохранить часть моря, называемую теперь Малый Арал. В Аральском море когда-то обитал удивительный осетр под названием шип, который обитал еще и в Каспийском и в Черном морях.
А во впадающих в Аральское море реках обитали небольшие осетры длиной всего 20-25 сантиметров, плоские, с очень маленькими глазками, с удивительной формы головой, напоминающей узкую лопату. В Сырдарье обитал сырдарьинский лжелопатонос, а в Амударье известно 2 вида – большой амударьинский и малый амударьинский лжелопатоносы. Такой выразительный облик обусловлен тем, что это создание держится вблизи самого дна, в очень мутной воде. Вода этих двух азиатских рек коричневого цвета и видимость в ней нулевая. Лопатоносы держатся в струях течения и ловят все, что к ним приплывает. И видимо, эта форма тела и головы нужна для того, чтобы с наименьшими энергозатратами держаться у дна на течении. А чтобы вовремя почувствовать хищника, который может приблизиться сзади, у них на хвостах есть длинная тонкая чувствительная нить, длиной с размер тела. Она стелется по течению и улавливает любое движение позади лопатоноса. Лопатоносы – единственные среди осетровых, у кого есть такая нить. В случае чего атака хищника может лишить лопатоноса этого украшения. Но зато сам он останется жив. К слову сказать, врагов-хищников у них немного. В этих реках встречаются крупные сомы, и еще к ним при советской власти завезли щук, которым местные жители, никогда щук не знавших, придумали новое имя и называют «утконосами».
— Что за странное название – «лжелопатонос». Почему он «лже»?
— Известно ли, каково современное состояние их популяций? Их тоже съели?
На самом деле, браконьерам лжелопатоносы никогда не были особенно интересны. Сама рыба небольшая, и икры в ней очень мало. Местное население их ловило иногда, причем в том числе и потому, что существовало интересное поверье – если женщина не может зачать ребенка, она непременно должна съесть эту необычную рыбу. Главная же причина – деградация местообитаний, высыхание Аральского моря, обмеление и загрязнение пестицидами питающих его рек. Когда Аральское море стало исчезать, первым вымер аральский шип. Но огромная удача – то, что его успели вселить и акклиматизировать в озеро Балхаш. Балхашская популяция аральского шипа пока еще существует.
А лжелопатоносы… Никто начиная с 1960-х годов в научной литературе не описывает встреч сырдарьинского лжелопатоноса. Специалисты считают этот вид исчезнувшим. Два года назад у нас была небольшая экспедиция, совместная с казахскими учеными. Мы проехали на грузовике вдоль Сырдарьи, от Аральска до границы Узбекистана, заезжали в Кызылкумы, куда уходят каналы, построенные в советское время для орошения. И опрашивали всех местных жителей, показывая им картинки этой рыбы. И старики отвечали – «В детстве видел», а молодежь просто пожимала плечами. В другой сезон мы проехали вдоль Сырдарьи по Узбекистану от Ферганской долины и до границы с Казахстаном. И пока мы его все равно не нашли. Правда, есть один участок реки, где рисунок лжелопатоноса не вызвал удивления, и несколько человек рассказали, что встречали его совсем недавно. Это вселяет большую надежду, что небольшая популяция может быть еще существует, и еще есть шансы спасти этот вид от полного вымирания. Просили местных и рыбаков, и рыбинспекторов прислать фотографию, если вдруг снова попадется. Но пока сообщений нет. Так что сырдарьинский лопатонос пока остается загадкой и физических доказательств того, что он сохранился, у нас нет. Если окажется, что небольшое число особей еще существует, нужно будет установить жесткий режим охраны, начать размножать его в неволе, иначе вид будет потерян.
— а как обстоят дела с амударьинским лжелопатоносом?
Про амударьинского известно, что совместная с американцами экспедиция нашла его в среднем течении Амударьи в конце 90-х годов на территории Туркменистана. Оттуда даже были привезены образцы для генетического анализа. Но проводить исследования на территории Туркменистана сейчас достаточно проблематично.
В последние годы амударьинского лжелопатоноса группа ихтиологов под руководством московского энтузиаста Алексея Черняка искала еще в Таджикистане на реке Вахш. И с помощью местных жителей они его там нашли. А еще несколько лет назад этот вид Алексею удалось поймать на Амударье ниже плотины ГЭС, уже на территории Узбекистана. После этого была попытка разводить эту рыбу в неволе. И вот в прошлом году в Хиве на базе Хорезмской Академии Мамуна (это такое замечательное научное заведение, расположенное в Хиве и считающее себя продолжателями знаменитейшей арабской школы IX-Х века) были поставлены баки для воды, в которые заселили пойманных лжелопатоносов. Эти рыбы успешно у них перезимовали в условиях неволи. Теперь специалисты пытаются размножить их в искусственных условиях, используя методы размножения осетровых, разработанные для других видов. Насколько мне известно, успехом это пока не увенчалось. К слову сказать, этих рыб раньше, в 70-х годах, пытались размножить и в Московском Зоопарке – и тоже безуспешно. Стабильное разведение в неволе, введение в аквакультуру – залог сохранения этого вида от вымирания. Но, как видите, это трудная задача – пока ни у кого это не получилось.
— Печальная картина. А как обстоят дела с другими видами осетровых?
Еще один вид – атлантический осетр, который в прежние времена заходил в Ладожское озеро и даже доходил на нерест по Черному морю до Грузии. Этот вид практически исчез в природе, есть только несколько особей во Франции, и попытки французских ихтиологов размножить эту рыбу пока безуспешны.
Третий вид, который мы сейчас теряем – это сахалинский осетр, который пока ловится в количестве 1-2 штук в год всего на одной небольшой речке, впадающей в Охотское море. И больше его никто нигде не видел последние несколько десятилетий, хотя раньше этот вид был обычен в районе Сахалина и Японии.
— есть ли какой-то выход из сложившейся ситуации?
Исчезающие виды может спасти искусственное разведение, аквакультура. Но сохранение природных популяций – задача гораздо более сложная. Надо сказать, что в какой-то момент в Америке существовала та же проблема, что и у нас. Осетровые исчезали повсеместно. У них была создана большая национальная программа по восстановлению озерного осетра. И им это удалось вплоть до того, что эта рыба сейчас разрешена к спортивной рыбалке в Великих озерах.
И конечно, необходимо, чтобы ни на рынках, ни в магазинах не было места «нелегальной» продукции браконьерства. Все должно быть сертифицировано, иметь четко определенное происхождение из хозяйств, где разводят товарную рыбу. Чтобы браконьерский товар исчез с прилавков, необходимо ввести систему маркировки икры на внутреннем рынке, аналогичную той, что установлена организацией СИТЕС для перевозки икры через границы. Технологии сейчас это вполне позволяют. В спорных случаях можно привлекать генетический анализ. Тогда каждый участник рынка будет точно знать, кто производитель той или иной партии икры или осетрины.
Если этого не сделать, государство и дальше будет безуспешно бороться с браконьерами, чья продукция востребована на рынке. А ученые вновь и вновь считать потери в живом мире.
Рыба в аральском море какая водится
А. В. Володкин. Биологические основы освоения, рационального использования и воспроизводства рыбных запасов в Аральском море
Аральское отделение КазНИИРХ, Аральск
Состояние запасов рыб в Аральском море определяется взаимозависимостью численности промысловых рыб, условий для их размножения, кормности самого водоема и интенсивности вылова.
* ( Лимит добычи на Аральском море введен с 1960 г. для леща и усача.)
В установлении размеров ячеи, орудий лова и промысловой рыбы следует руководствоваться следующими положениями:
2) руководствоваться переводным коэффициентом для каждого вида рыб, разработанным Аральским отделением КазНИИРХ;
3) пользоваться общепринятой формулой Ф. И. Баранова (этот материал подработан Аральским отделением КазНИИРХ).
Пресс хищных рыб в Аральском море необходим для того, чтобы ихтиофауна пополнилась салакой, атериной и бычками (семь видов), которыми питаются судак и жерех.
Существующий размер ячеи вобельных, шемайных и чехонных ставных сетей гарантирует вылов половозрелой рыбы. Для лова крупного частика необходимо ввести на промысле в море 70-миллиметровые ставные и плавные сети, чтобы добывать рыб пятилетнего и более возраста, а четырехлеткам дать возможность отнереститься. Эта мера особенно необходима для восстановления запасов леща. Такое решение также принято на научно-производственной конференции в Нукусе.
В новых условиях Аральского моря, когда из питающих его рек увеличивается забор воды на орошение, следует стремиться к направлению сырдарьинской и амударьинской воды во время паводков и в период открытия головных плотин в озерные системы. Полу проходные рыбы, лишенные опресненных нерестилищ на акватории моря, пойдут на нерест в озера, где и будут иметь возможность размножаться. Через шлюзы-регуляторы в головке каналов, соединяющих озерные системы с Сыр-Дарьей и Аму-Дарьей, должен осуществляться скат отнерестившихся особей и молоди для нагула. В озерах может быть оставлено предусмотренное лимитом количество рыб, которые поздней осенью или зимой могут быть выловлены.
Таким образом, в условиях рационального регулирования стока рек возможно ожидать увеличения добычи рыбы в озерных системах Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи.
Аральское отделение считает, что для сохранения современной ихтиофауны нельзя допускать изъятие воды из Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи более 10 км 3 /год, падение уровня моря больше чем на 2 м и соленость морской воды выше 11-12%. Следует ближе подойти к вопросу о повороте западносибирских рек в сторону Аральского моря.
Почему одна половина Аральского моря высохла, а другую спасли? История рыбаков с двух берегов
Аральское море, а точнее его казахстанская половина, вновь приносит жителям деревень возможность заниматься рыбным промыслом и обеспечивать семьи. На другом берегу, уже на территории Узбекистана, нет никаких изменений после распада СССР. Люди продолжают жить около пустыни, которая образовалась в 90-е годы и радикально изменила судьбы рыболовов.
Как рыбаки учились жить без моря?
Для Мади Жасекенова летние школьные каникулы на берегу Аральского моря были временем рыбалки. Он проводил дни вместе с рыбаками в порту недалеко от его дома в Аральске на юго-западе Казахстана.
«Мы использовали рыболовные приманки на крючках, а затем вставали вдоль моря, чтобы ловить рыбу, — вспоминает 56-летний Жасекенов. — Я ловил большую и маленькую рыбу, и мы кормили кошек и собак ради веселья».
Но когда ему исполнилось 17 лет, уровень Аральского моря упал, и соленость поднялась настолько, что вся пресноводная рыба погибла. Особая сложность состояла в том, Жасекенову приходилось покупать рыбу, чтобы прокормить семью:
«Мы не знали, как покупать рыбу, потому что мы всегда ее ловили. В первый раз, когда я пошел на рынок, чтобы купить ее, это было очень неприятное ощущение», — вспоминает Жасекенов.
Разоренная рыбоконсервная фабрика в Мойнаке
Похожие чувства испытали и жители Мойнака, расположенного по другую сторону моря на севере Узбекистана. Там в рыболовецком центре работали более 30 тысяч человек.
«Мне было 5 или 6, когда я последний раз видел корабли в море, пока мы купались. Когда море исчезло, люди, оставшиеся в рыбацких деревнях, стали безработными», — рассказывает Марат Аллакуатов, 47-летний бывший жители Мойнака.
Сейчас он работает в гостинице в Нукусе, столице республики Каракалпакстан, автономной области Узбекистана, в которой находится и Мойнак. Но для старших поколений, посвятивших жизнь рыболовству, пересохшее море закрыло будушее.
Эти двое мужчин вместе со своими общинами долгое время находились в одинаковом положении, но через несколько десятилетий их пути разошлись.
Что произошло с Аральским морем?
Аральское море было четвертым в мире пресноводным озером площадью более 67 000 км2. Но сельскохозяйственная политика СССР в 1950-х годах, направленная на повышение плодородия земель, привела к тому, что реки Амурдарья и Сырдарья были отведены от моря. Уровень воды в них упал, сократив популяции леща, карпа и другой пресноводной рыбы.
Сейчас Аральское море не только составляет десятую часть от его первоначального объема, но и разделено на две части: Северное Аральское море — верхняя полноводная половина водоема в Казахстане и Южное — полоска воды на западе и пустыня на востоке в Узбекистане.
Зимняя рыбалка на казахской стороне Аральского моря
Дамба Кокарал была закончена летом 2005 года, и превзошла ожидания инвесторов. Ее установка привела к увеличению уровня воды на 3,3 метра за семь месяцев. «В то время мы не ожидали такого большого притока воды, и успех был поразительным», — рассказывал руководитель группы Всемирного банка Масуд Ахмад.
Неожиданным для разработчиков проекта была большая вовлеченность правительства Казахстана в процесс восстановления водоема. «Большинство правительств обычно уделяют больше внимания финансированию в такие средства как орошение для увеличения сборов с земель или поставкам воды в города. Улучшение окружающей среды и экологии — это последнее, чем занимаются правительства, но казахстанцы это сделали», — сказал Ахмад.
Как изменилась жизнь, когда вернулась вода?
Возвращение моря вызвало оживление рыбной промышленности в Аральске. В 2006 году улов рыбы составил всего 1360 тонн, причем в большинстве ловили соленую камбалу, которую люди почти не употребляют в пищу. А 2016 году в Аральске было поймано 7106 тонн рыбы.
Для Алданбека Керинова возвращение воды и промысла дало возможность изменить карьеру. Он семь лет был таксистом и зарабатывал 3000-5000 тенге (500-1000 рублей) в день. Теперь 27-летний мужчина работает с двумя братьями в море. При нулевых температурах в феврале они выловили около 20 килограмм судака из сетей, погруженных под замершую поверхность моря.
«Зимой мы можем получить около 50 000 тенге (более 9000 рублей) на человека с одного улова, — объясняет Керинов. — Так что нам выгоднее ловить даже один судак, чем водить такси».
Благодаря восстановлению части Аральского моря, рыбная промышленность в Аральске возобновилась
Сейчас берег находится примерно в 20 километрах от города, а значит, чтобы зимой выловить рыбу, морякам приходится преодолевать дорогу через толстый снег, прежде чем добраться до улова.
«Мы мечтаем, что однажды море достигнет Аральска и нам больше не придется ездить так далеко каждый день, чтобы поймать рыбу для наших семей», — мечтает Керинов.
По его словам, это реально, потому что поток воды, разливающийся из Сырдарьи до плотины Кокарала и в южное море, вырос до 2,7 млрд. м3 в год. «Вода переливается и испаряется в пустыни по ту сторону. Это не имеет ни смысла, ни пользы. Подъем стен дамбы еще на четыре метра поможет сохранять еще 15 миллиардов м3 воды в Северном Аральском море. Это расширит его еще на 400 м2».
Подобные планы были выдвинуты в рамках второго этапа проекта Всемирного банка, но недавно он застопорился и ждет утверждения со стороны правительства Казахстана.
По другую сторону морской границы
В Узбекистане, на территории Южной части моря, история разворачивалась иначе. Всемирный банк работал над проектами по восстановлению озер вокруг моря, таких как озеро Судоче, но успехов достигнуто не было. Главным препятствием, по-видимому, была незаинтересованность узбеков: реки Амударья они используют выше по течению для сельского хозяйства, и до моря они доходят в недостаточном количестве.
Большая зависимость от производства хлопка мешает попыткам восстановления Аральского моря. С 1930 по 1990 год Узбекистан предоставил более двух третей хлопка, произведенного в СССР. Сегодня Узбекистан остается пятым по величине экспортером хлопка в мире после США, Индии, Бразилии и Австралии.
«Правительство могло бы осуществить реабилитацию Южного Аральского моря, но это остановило бы работу многих фермеров, которые используют воду. Невозможно отказаться от того, что приносит доход стране», — размышляет Масуд Ахмад.
Пустыня, где когда-то было Аральское море
Бассейн Южно-Аральского моря высох полностью в 2015 году, и вода так и не вернулась, оставив после себя голое морское дно и корабли. Уменьшение количества воды в регионе и появление пустыни изменило климат, температуру и даже количество осадков. Более того, морское дно содержит много соли и удобрений, сливавшихся в море производителями хлопка.
Сильные ветры, которые появляются на открытом пространстве, поднимают пыльные бури. Они охватывают ближайшие населенные пункты, вызывая увеличение респираторных заболеваний у населения. Но высушенное морское дно принесло Узбекистану новые возможности для развития и рабочие места в газовой промышленности. Компании рассчитывают наладить добычу ресурсов из-под сухого грунта.