симонов жди меня кому посвящено
50 великих стихотворений. Константин Симонов. Жди меня
Приблизительное время чтения: 5 мин.
Это стихотворение известно всем. Вряд ли в советской поэзии было другое произведение, которое получило бы такой массовый отклик. В годы Великой Отечественной войны это стихотворение вырезали из газет, переписывали, заучивали наизусть, носили с собой и делились с другими. В проекте «50 великих стихотворений» — самое популярное и узнаваемое стихотворение военной поры «Жди меня» Константина Симонова.
Жди меня
Исторический контекст
Автор
О произведении
Жди меня
Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.
Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души.
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.
Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: — Повезло.
Не понять не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, —
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.
Исторический контекст
В годы Великой Отечественной войны литературные произведения публиковались фронтовой и центральной печатью, стихотворения звучали по радио одновременно с сообщениями о текущих военных и политических событиях, читались со импровизированных сцен. Полюбившиеся стихи переписывали во фронтовые блокноты и заучивались наизусть.
Константин Симонов. Фотография военных лет
Огромную популярность приобрела поэма «Василий Теркин», принесшая известность Александру Твардовскому. У многих писателей творческий взлет произошел именно в военные годы (Михаил Исаковский, Алексей Сурков, Илья Эренбург, Виктор Некрасов, Ольга Берггольц и др.). Одним из авторов, без которого немыслима оказалась литература о войне, стал Константин Михайлович Симонов.
Автор
Константин Симонов (1915–1979) принадлежал к роду русских князей Оболенских. Его мать — княжна Александра Оболенская, отец — генерал царской армии, погибший в Первую мировую. Отчим, который воспитывал Симонова и оказал на него большое влияние, тоже был военнослужащим, героем двух войн. Так как отношение к дворянству и к офицерству в то время было крайне негативным, то Симонову приходилось скрывать свое происхождение.
Имея тягу к литературе и писательству, Симонов поступил в Литературный институт им. Горького, после окончания которого его вскоре призвали на службу в качестве военного корреспондента. С первых же дней войны и до мая 1945 года он не оставлял этой должности. Незадолго до отбытия на фронт Симонов решает изменить родное имя Кирилл на Константин. Причина была в том, что произносить собственное имя ему было трудно: он не выговаривал «р» и «л». Совсем скоро Константин Симонов приобретает всесоюзную известность как писатель. С первого же дня войны он осознал ее грандиозное историческое значение. Не случайно Симонов практически всю войну вел дневники. 1941 год расписан им практически ежедневно. Все знали, что он не отсиживается в тылу, что материалы, которые он привозит с фронта, — это свидетельство очевидца событий. Для многих военных людей писатель сразу же становился своим человеком, реальным фронтовым товарищем. Все знали, что если текст написан Симоновым, то в нем нет лжи.
Литературное наследие Симонова велико. Он автор романной трилогии «Живые и мёртвые», сценариев, очерков и многочисленных стихотворений. Однако самое главное стихотворение, принесшее Симонову известность, — это «Жди меня», которое стало настоящей поэтической молитвой и гимном ожидания в годы войны.
Произведение
Свое знаменитое стихотворение Константин Симонов написал летом 1941 года. Оно было посвящено актрисе театра и кино Валентине Серовой. Публиковать этот текст поэт не хотел, так как считал его очень личным и читал его только самым близким знакомым, которые восхищались им, называя лекарством от тоски. Однако осенью поэт решает во что бы то ни стало опубликовать стихотворение. О причине этого Симонов писал: «Несколько месяцев спустя, когда мне пришлось быть на далеком севере и когда метели и непогода иногда заставляли просиживать сутками где-нибудь в землянке мне пришлось самым разным людям читать стихи. И самые разные люди десятки раз при свете коптилки или ручного фонарика переписывали на клочке бумаги стихотворение «Жди меня», которое, как мне раньше казалось, я написал только для одного человека». Он понял, что тысячам людей необходимы эти строки, в которых звучал призыв к спасительному ожиданию.
Сначала поэт хотел опубликовать «Жди меня» в газете «Красная звезда», где он работал. Однако редактор поколебался и вернул текст автору, сказав, «что эти стихи, пожалуй, не для военной газеты, мол, нечего растравлять душу солдата — разлука и так горька!» В итоге стихи были опубликованы в главной газете страны — «Правде». Впрочем, еще до публикации стихотворение стало известно фронтовикам, так как его переписывали и учили наизусть.
Номер газеты «Правда» за 1942 год, где впервые было опубликовано «Жди меня»
Стихотворение стало настоящей поэтической молитвой. В условиях войны, в эти страшные 1941–1942 годы, когда еще ничего не было ясно об исходе войны, когда надежда на возвращение была исчезающе мала, эта вера в спасительную любовь, в силу любви была людям необходима.
Суть симоновского моления сконцентрирована в вечных христианских ценностях — вере, любви и надежде. «Жди меня» посылали с фронта в тыл и из тыла на фронт. По свидетельствам участников войны, оно вселяло надежду в тех, кто верил, что их ждут, и в тех, кто ждал.
На протяжении многих лет уже после окончания войны Симонов получал письма от людей, которым в трудную минуту помогали его стихи. Для женщин, которые ждали с войны своих мужчин, «Жди меня» стало настоящим гимном верности. Так, одна женщина рассказала автору стихотворения о том, как каждый день надеялась получить от мужа весточку с фронта: «Я ежедневно многократно заглядывала в почтовый ящик и шептала, как молитву, «жди меня, и я вернусь всем смертям назло. » и добавляла: «Да, родной, я буду ждать, я умею».
Корреспондент Константин Симонов беседует с санитарками военного госпиталя
Симонов писал: «Помню лагерь наших военнопленных под Лейпцигом. Что было! Неистовые крики: наши, наши! Минуты, и нас окружила многотысячная толпа. Невозможно забыть эти лица исстрадавшихся, изможденных людей. Я взобрался на ступеньки крыльца. Мне предстояло сказать в этом лагере первые слова, пришедшие с Родины… Чувствую, горло у меня сухое. Я не в силах сказать ни слова. Медленно оглядываю необъятное море стоящих вокруг людей. И наконец говорю. Что говорил — не могу сейчас вспомнить. Потом прочел «Жди меня». Сам разрыдался. И все вокруг тоже стоят и плачут… Так было».
Симонов читал свое стихотворение перед публикой сотни раз уже после войны. И сегодня «Жди меня» не теряет своей силы.
«Жди меня, и я вернусь»: трагическая судьба музы легендарного военного поэта
До школы маленькая Валя Половикова, будущая заслуженная артистка РСФСР Валентина Серова, воспитывалась в семье деда и бабушки: ее отец, Василий Половиков, инженер-гидролог, был репрессирован. Мама, актриса Клавдия Половикова, занималась карьерой. Но, когда Вале исполнилось шесть, мать решила переехать в Москву и забрала дочку с собой. Так девочка впервые оказалась за кулисами и влюбилась в актерскую профессию навсегда.
Валентина впервые вышла на подмостки в десять лет — и сразу на сцену Малого театра: ее заняли в спектакле «Настанет время» по драме Ромена Роллана. Она сыграла мальчика по имени Давид — сына главной героини спектакля, которую играла Клавдия Половикова. После этого дебюта Валя твердо решила стать актрисой и мечтала поскорее начать учиться мастерству. Но, увы, в театральный техникум принимали только с 16 лет. Тогда Валентина подчистила свою метрику: теперь датой ее рождения значилось 23 декабря 1917 года, хотя на самом деле она родилась 10 февраля 1919-го. В 1933 году, всего в 14 лет, Валентина поступила на службу в Центральный театр рабочей молодежи (ныне Ленком), а в 1934-м дебютировала в кино: она сыграла роль главной героини в детстве в фильме «Груня Корнакова», но, увы, при монтаже вырезали эпизоды с ее участием.
В 1938 году на вечеринке Валентина познакомилась с Анатолием Серовым. Она была начинающей актрисой, он — уже прославленным летчиком, настоящим героем: незадолго до этой встречи Серов вернулся с войны — с Гражданской войны в Испании. И привез с собой пластинки с удивительной, нездешней музыкой. Через три дня после первого танго Серов сделал Валентине предложение, а через неделю они поженились.
Валентина прожила в этом счастливом браке всего год: 11 мая 1939 года при совершении учебно-тренировочных полётов Анатолий Серов разбился вместе с известной советской лётчицей Полиной Осипенко. Валентина Серова в это время была беременна, в сентябре родился ее сын, которого она назвала в честь отца Анатолием.
Девушка с характером
В этом же году вышел на экраны третий фильм, в котором сыграла Валентина, и первый фильм, в котором ей досталась главная роль: «Девушка с характером». И после премьеры Валентина проснулась звездой.
И внешность Валентины, и характер ее героини полностью отвечали запросам времени: суровый взгляд, твёрдый, решительный, ответственный характер и, главное, готовность взять на себя управление совхозом, потому что стране так нужно. Светлые волосы, суровая линия губ, прямая спина.
Следующий фильм Валентины — «Сердца четырех» — был снят в 1941-м, но из-за войны премьеру отложили до 1945-го. Ходили слухи, что этот классический водевиль в советском антураже запретил к показу лично Сталин, но подтверждения они не нашли. Зато есть подтверждение, что вождь народов благосклонно относился к Серовой: в 1947 году Валентина Серова стала лауреатом Сталинской премии второй степени за исполнение роли жены М. И. Глинки в фильме «Глинка». А еще существует легенда, будто бы Валентина Серова была любовницей маршала Рокоссовского. Якобы об этом доложили Сталину и спросили: «Что с ними теперь делать будем?» Сталин вынул изо рта трубку, чуть подумал и сказал: «Что будем, что будем. Завидовать будем!»
Так или иначе, но после войны «Сердца четырёх» стали всесоюзным хитом, а Валентина Серова – народной любимицей и признанной советской кинодивой.
«Жди меня, и я вернусь. »
Константин Симонов впервые увидел Валентину Серову на экране в том самом фильме «Девушка с характером». И, конечно, не преминул завести знакомство с красавицей, когда принес в театр, где служила Серова, свою пьесу «Обыкновенная история». С тех пор писатель не пропустил ни одного спектакля с участием Валентины, дарил цветы, поджидал актрису у служебного входа, провожал домой. Валентина не торопилась отвечать на ухаживания Симонова, но и не отвергала их. Может быть, зря.
Ради Валентины Симонов бросил жену, Евгению Ласкину, которая только что родила ему сына Алексея. Поэт, казалось, был одержим актрисой и заочно, не спрашивая ее согласия, назначил Серову своей музой. В сороковом году Симонов написал пьесу «Парень из нашего города», сделав Валентину прототипом главной героини пьесы Вари, а ее погибшего мужа Анатолия Серова — прототипом Луконина. Валентина отказалась играть в этом спектакле: слишком свежа была рана от потери любимого мужа. Но Симонова это не остановило. Он продолжал настойчивые ухаживания, и в итоге Валентина сдалась.
Летом 1941 года Валентина проводила Константина на фронт. Симонов стал военным корреспондентом, и ему предстояло оказаться в самых горячих точках этой страшной войны. Тогда же Валентина впервые призналась, что все-таки любит его, и поэт долго не мог поверить в то, что услышал. Чуть позже, чудом выжив на Западном фронте и ненадолго вернувшись в Москву, Симонов в один вечер написал знаменитое «»Жди меня»:
Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.
Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души.
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.
Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: «Повезло».
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,-
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.
Вот что рассказала об истории этого стихотворения дочь Константина Симонова и Валентины Серовой Мария:
В 1943 году Валентина и Константин поженились: до этого актриса отказывалась связывать себя узами брака с поэтом, может быть, подозревая неладное. Существовали эти подозрения или нет, но они оправдались.
Некоторое время супруги жили в любви и согласии: оба купались во всесоюзной славе, но карьера Серовой вскоре пошла на спад, а Симонов, напротив, стал любимым поэтом и писателем огромной страны. Правительство отправляло его в командировки — то в США, то в Японию, и всегда на несколько месяцев. Серова заглушала тоску по мужу, закатывая вечеринки с большим количеством алкоголя. В это время она писала Симонову:
Тем временем сын Валентины Толя подрастал и начал превращаться в конфликтного подростка, Симонова это не устраивало. Родственники Серовой предлагали помощь — они готовы были забрать мальчика, и Валентина могла бы его навещать. Но Симонов настоял на том, чтобы Валентина отослала проблемного ребенка в интернат за Урал: там, конечно, ни о каких визитах не могло быть и речи, и трудный «бывший» ребенок ничем больше не мог раздражать поэта. За спокойствие своего мужа Серова расплатилась жизнью сына: Анатолий Серов – младший сразу после интерната попал в колонию и вернулся в Москву тяжёлым алкоголиком. Он умер в 36 лет.
После того как Симонов заставил Серову избавиться от сына, актриса впала в депрессию и начала все чаще прикладываться к бутылке. В это же время, вместо того чтобы лечить любимую женщину, Симонов убедил её завести общего ребёнка. В пятидесятом году Валентина родила дочь Машу, но депрессия никуда не делась. Пожалуй, она даже усилилась, а вместе с ней — и алкоголизм. Через семь лет после рождения Маши Симонов бросил Серову.
Делить имущество «по-мужски» поэт не стал: Серова, бывшая звезда привыкшая к советской роскоши, — отдельная квартира, машина, — оказалась выселенной в облезлую коммуналку. Дочь Машу забрала себе мать Серовой и через суд добилась того, чтобы Валентине запретили приходить к Маше: вечно пьяная мать, по мнению бабушки, не могла дать ребенку ничего хорошего. Тем временем Симонов снял со всех своих стихов посвящение Валентине, оставив только безликое В.С. к «Жди меня». Чуть позже Серову уволили из театра за прогулы, а потом перестали звать в кино: красоту и элегантность советской кинозвезды уничтожил алкоголь.
В 1975 году Валентину Серову нашли мёртвой. Обстоятельства смерти актрисы так до сих пор и неизвестны: квартира была разорена и обворована, но убили ли Серову ради немногих оставшихся ценностей или разграбили уже после смерти — загадка. Газета «Вечерняя Москва» напечатала крохотный некролог, и это было единственным упоминанием о знаменитой актрисе за многие годы.
Константин Симонов не пришел на похороны, но прислал к гробу букет из 58 роз. Он давно был женат на другой женщине, Ларисе Жадовой, удочерил ее дочь от первого брака Екатерину и воспитывал общую с Ларисой дочь Александру.
Своей дочери от Валентины Маше Симонов спустя годы сказал: «То, что у меня было с твоей матерью, было самым большим счастьем в моей жизни. И самым большим горем. ».