сколько мяса в лосе без костей

29.10.202319.07.2022 admin 0 Comments

Краеугольный зверь страны

Россия – это медведь. Зверь могучий, опасный, непредсказуемый и непобедимый. Стереотип этот укоренился во всём мире и, наверное, не сотрётся уже никогда.

Так вот, это не так.

Лось – самый массовый вид крупных копытных в нашей стране. Возможно, он уступает в численности дикому северному оленю, но, не исключаю, что получил перевес над ним ровно в то время, когда наш журнал находился в печати: численность северного оленя удручающе падает, в то время как лося – растёт. Кроме того, официальные данные по лосиной численности являются предметом постоянного контроля – как у охотпользователей, так и у органов, отвечающих за распределение лимитов. Северного же оленя – кто всерьёз считает-то?

После значительной депрессии, которой подверглась популяция лося во всём мире в конце XIX – начале XX века, где-то в шестидесятые годы начался её рост. В последнее время этому росту способствуют увеличение количества заброшенных сельскохозяйственных угодий и зарастание их лиственными древесными породами – сейчас, спустя 25 лет после начала краха сельскохозяйственной машины СССР, заросли на полях являются идеальной кормовой стацией для лосей.

При этом не надо забывать, что ещё лет через 10–15 поросль «уйдёт из-под морды» зверя, и численность снова начнёт снижаться. Кстати, лось относится именно к тем видам, для которых мелколесосечные рубки являются одним из наиболее предпочтительных видов биотехнии.

Лось во всех отношениях зверь сурьёзный. Во-первых, он большой, в нём много мяса. Во-вторых, он заселяет разные неудобья, практически непригодные для всей остальной копытной живности. Лося можно встретить на гарях и марях, в сосновых борах и ельниках, в ленточных лесах посреди степи в Прибалхашье и в чукотской тундре. Да что там говорить – одного лося я добыл на берегах сурового озера Эльгыгытгын, в ста восьмидесяти километрах от ближайшего приличного леса, посреди Анадырского нагорья. В Северной Америке ситуация аналогична: когда-то я интересовался фауной бассейна нижнего течения реки Маккензи, и канадский зоолог Брюс Маклеллан меланхолично сказал, что из крупных млекопитающих в тамошних темнохвойной тайге почти никто и не живёт – за исключением лосей, «которые живут везде, где кусты им хотя бы до бока достают», добавил он буквально. Судя по тому, что останки ископаемых лосей были обнаружены даже на Новосибирских островах, этот зверь может существовать и на безлесных пространствах – просто там он становится весьма уязвим для хищников. Ну и, тем более, для человека.

Популяризаторы любят говорить о древности лосей и их современности мамонтам. Это, мягко говоря, не совсем так. Лось, собственно, и заселил те ландшафты, которые пришли на смену обширным травянистым равнинам, создавшим «тот самый» уникальный мамонтовый комплекс. Несмотря на то что костные остатки настоящих лосей известны со среднего плейстоцена, в ледниковую эпоху лось был сравнительно малочисленен. Настоящий расцвет и активное формообразование у этого вида пришлись только на голоцен – и именно в голоцене лоси достигли своего расцвета.

Забавно, но именно Фенноскандию, которая сегодня считается главной лосиной «житницей», звери заселили в самую последнюю очередь, примерно 10 тысяч лет назад.

Итак. В начале голоцена лось обитал практически на всей территории Европы. Затем, под воздействием антропогенного фактора, граница начала отступать на восток. Последний лось был убит в Саксонии в 1777 году; в Галиции – и того раньше, в 1769-м. В конце XVIII века лось исчез с территории Беловежской пущи, в Восточной Пруссии – во время Первой мировой войны. Таким образом, в двадцатые годы XX века европейский лось сохранился только в России и Скандинавии.

Какие же лоси сегодня обитают в мире и где?

Судя по всему, аляскинский и чукотский лоси имеют один центр происхождения, находившийся когда-то в ныне затопленной земле Берингии. По ней протекала некая гигантская река, притоками которой являлись палео-Анадырь и палео-Юкон, по которым гигантские сохатые и расселились в обе стороны. Кстати, для охотников за трофеями: лось на большей части бассейна Колымы – это чукотский. Лось бассейна Пенжины – чукотский. Лось на Камчатке – вдвойне чукотский, потому что он туда ПРИВЕЗЁН из бассейна Анадыря.

Здесь приводится реальная, а не «трофейная» классификация вида «Лось» – так, какой её видят исследователи, а не составители трофейных книг всевозможного характера, которые имеют в своей основе кроме чисто биологических критериев массу других – в том числе личностных и коммерческих.

Однако вне зависимости от цвета шкуры, размеров рогов и количества отростков лось для подавляющего большинства населения – прежде всего важный мясной ресурс.

Как когда-то говаривал охотник-промысловик с реки Омолон Витька Маслов, возмущаясь поведением вверенных его стараниям немецких трофейных охотников: «Хороший лось – это тот лось, в котором много мяса! А чего они ещё хотят?»

Сколько мяса в лосе?

Охотники и товароведы с неопровержимой точностью установили: выход мясной товарной продукции с лося составляет около 40–50% от его живой массы.

Охотоведы Е. Кнорре и Ю. Язан на основании многочисленных промеров разработали таблицу, позволяющую с некоторой точностью определить живой вес добытого зверя без его прямого взвешивания, при помощи рулетки. Как это делается? Измеряются косая длина туловища (от плечелопаточного сочленения до корня хвоста) и его обхват в груди за лопатками. Далее рассчитывается согласно таблице, приведённой ниже.

Ну а далее от полученной величины отнимается половина или чуть больше.

Вот столько мяса в лосе и есть.

Лось в европейской России уже давно предмет бесконечного дележа лимитов и лицензий. В советское время единоличное владение лицензией (не на коллектив) на сохатого обозначало принадлежность к высшему кругу избранных: обкому или горкому партии, корпусу директоров заводов или совхозов.

Никогда не забуду, как некий начальник управления одной из областей уговаривал меня:

– Миха, ну а зачем тебе вообще лицензия? Ты что, без неё не убьёшь? А так твоя лицензия пойдёт нужному человеку – менту какому или начальнику отдела в обкоме!

Как ныне пишут в интернетах, «это всё, что вам надо знать о лицензионной системе в б. СССР».

Подавляющее большинство охот в густонаселённой части Центрального федерального округа проводится облавным способом (или загонами, как сейчас принято выражаться).

В меньшей степени в тех же регионах с развитым охотничьим хозяйством развита охота с вышки или засидки на подкормочных площадках или на солонцах.

А вот восточнее Урала охота на лося на солонцах является уже основной, и, пожалуй, превосходит по популярности загонную! И степень рачительности хозяина определяется, по преимуществу, не площадью засеянных полей, а количеством заложенных солонцов.

К сожалению, лось в подавляющем большинстве регионов является ещё и самым доступным для добычи видом; и при этом – наиболее уязвимым.

«Урал» остановился, и человек оказался местным охотоведом. Он проверил наши документы, оценил технику и арсенал, спросил о цели поездки. Когда мы ему о ней сообщили, он покрутил пальцем у виска и предложил присоединиться к нему – разумеется, в поисках сохатых.

– Баран – он мелкий, и лезть за ним надо ну чёрт-те куда, – в доказательство он ткнул пальцем в начавшие покрываться снежком вершины сопок. – Сохатый бродит понизу, больше раз в десять, а берётся легко. На двух машинах и с такими пушками мы через три дня кузова мясом забьём!

Охота «на реву» – с подманиванием быка голосом, имитирующим гонный зов другого самца – потрясающая охота, в которой стрелок в наибольшей степени раскрывается как знаток повадок зверя, натуралист и вообще сообразительный человек. Дело в том, что при манении надо очень хорошо понимать особенности поведения подзываемого зверя, помнить о многих внешних обстоятельствах, таких как направление ветра, густота подлеска, наличие удобных путей подхода и т. п.

Кроме того, в безлюдных восточных регионах нередки случаи выхода на лосиную вабу медведя, имеющего ту же цель, что и охотник…

Охота на лося с подхода на жировке или на лёжке – одна из наиболее красивых и спортивных известных мне охот на крупного зверя вообще. Но она требует абсолютного мастерства со стороны скрадывающего и недюжинных навыков лесовика: лось на лёжке и на жировке предельно чуток и осторожен, в чём ему помогают потрясающие обоняние и слух. Исключение составляет подход к нему по свежевыпавшему снегу: в таких обстоятельствах стрелок может подойти к зверю на лёжке практически вплотную.

Воспетая романтиками охота на лося с собаками (преимущественно с лайками) продолжает иметь распространение, хотя её популярность постоянно сокращается. Содержание зверовых собак требует особых условий в квартире/доме (лайки так и вообще очень плохо живут в городских условиях), а также финансовых затрат и постоянного поддержания формы собаки, что становится затруднительным при сокращении числа притравочных станций и опытных инструкторов.

При всём том я считаю индивидуальную охоту на лося в лесу без егерского сопровождения и использования технических средств одной из самых интересных, волнующих и сложных.

Здесь я хотел бы напомнить, как в дворянских домах проверяли кухарку на способность к готовке. Её просили приготовить мясо с картошкой. Не профитроли, не консоме с пашотом, не жульен какой-нибудь и прочие изыски европейской недокухни (не буду говорить, для кого она, с моей точки зрения, предназначена – слишком много людей обижу). А именно жареное или тушёное мясо с варёной картошкой. И если кухарка справлялась с этим заданием, она признавалась годной к службе в благородном русском дворянском доме.

Так вот: умение в одиночку добыть лося в лесу – это именно та же общая проверка качества для российского зверового охотника, как приготовление мяса с картошкой – для русской кухарки.

Кстати, подозреваю, что мясо в большинстве случаев кухарке давали лосиное.

Источник