сирота я покинутый любить жалеть меня некому
Сирота я покинутый любить жалеть меня некому
…На царском пиру сидит охмелевший князь Владимир Старицкий, беснуются вокруг него в диком веселье опричники, а рядом царь — такой одинокий, несчастный — тоскует и плачется Владимиру на свою судьбу:
— Сирота я покинутый, любить-жалеть меня некому…
Не видит Владимир хитрого прищура царских глаз, не понимает злой игры Ивана. Но игра игрой, а все же слышится в этих словах отзвук истинного страдания, И сочувствует Владимир:
— Ай, не прав ты, царь всея Руси… Есть друзья тебе…
— Нет друзей! — гнет свое Иван, но как будто немного светлеет его лицо.
— А и кто? — почти добродушно спрашивает Иван.
— А хошь я! — делает шаг к гибели князь Владимир.
Внимательно слушает Иван его пьяное бормотание:
— Вот пируешь ты, а не знаешь, что убрать тебя хотят…
Знает, знает царь, сам Малюту Скуратова вслед за
убийцей послал, но хочется узнать ему не только имена заговорщиков, но и меру дружбы, преданности Владимира. А князь совсем размяк:
— Вот я ей и говорю: какая радость царем быть? Заговоры, казни. А я человек простой…
Эти слова бьют Ивана по самому больному месту. Задумчиво и совсем негрозно он произносит:
— Тяжело дело царское… Истинно, истинно: какова радость царем быть?
— Вот я ей и говорю: на что мне сие… А она свое тянет: бери, бери шапку, бери, бери бармы…
Неожиданно кричит Иван:
— Бери! Братик! И верно, почему бы не взять? Братик, возьми!
Начинается зловещий маскарад. Перемигиваясь, надевают опричники на Старицкого царские уборы, сажают на трон. На какое-то мгновение смутился и растерялся князь. Но сам Иван падает ему в ноги — как-то немного боком, изломанно. Его жалкая и зловещая поза становится сигналом для опричников. Они тоже становятся на колени перед царским троном. Иван внимательно, цепко вглядывается во Владимира — нравится ему быть царем или нет? А Старицкий, не замечая издевательства, начинает потихоньку удобнее устраиваться на троне, блаженная улыбка все отчетливее проступает на его лице, крепче вцепляется его рука в царский скипетр. Сужаются глаза Ивана. Растет его уверенность: Владимир не друг, а враг, то, что он не хочет власти, — ложь. А Владимир, упивающийся красивыми блестящими «игрушками» и действительно не помышляющий о власти, добрым, сказочным царем Берендеем сидит на троне Ивана, глядит на всех ласково, не чуя уж совсем близкой беды. Шапка Мономахова сползла у него на ухо — дурацкий вид у Владимира. Только почему-то вокруг его головы разливается сияние… («Эйзенштейн строил композицию кадра так, чтобы моя голова вписывалась в нимб святого, изображенного на фреске. Этот нимб как бы переходил к Владимиру» — П. Кадочников.)
Раздается колокольный звон. Темнеет лицо Ивана, мрачным огнем пылают глаза.
— Шутовству конец! Прекратим блудодейство окаянное! Вспомним о часе смертном!
Звучит в голосе Ивана мрачное торжество вершителя господней воли.
Все накидывают на себя монашеские рясы, черной вереницей движутся к собору. Иван, тоже в черном, почти неразличим в толпе опричников. И только Владимир Старицкий остается в сверкающих царских одеждах. Он идет впереди всех — и дрожит, колеблется в его руке свеча. Он знает, что в соборе ждет царя убийца. Владимиру страшно, он хочет остановиться, сказать что-то — то ли отказаться от своей роли, то ли предупредить Ивана, — но пути назад нет, уже нет. И Владимир идет, зная, что ожидает его через минуту. Царь Иван тоже знает это…
Лицом вниз лежит мертвый Владимир. Вбегает в собор Ефросинья Старицкая, жадным взором находит труп, становится на него ногой и ликующе кричит:
— Народ, гляди! Ивану конец. Умер зверь. Воссияет Русь под державой боярского царя… Владимира!
Но медленно расступаются опричники, и из глубины собора движется Иван. Кажется, что за эти минуты он еще постарел. Ефросинья перевернула тело, узнала сына…
И почти сразу раздается отчаянный крик:
— Казните! Пытайте! Ничего не скажу! Никого не назову!
Это кричит подосланный Ефросиньей убийца — молодой послушник Петр. Крепко держат его за руки Федор Басманов и Малюта Скуратов. Приближается к ним Иван. Снизу, искоса смотрит Петру в лицо. И вдруг говорит негромко, почти ласково, даже заискивающе:
Странно звучат эти слова. Иван как-то подчеркнуто окает, как будто подделывается под народную речь, как будто больше всего на свете ему нужно, чтобы понял его этот молодой убийца. И хотя бы своим молчанием еще раз подтвердил бы: только один Иван настоящий царь!
И вдруг снова неуловимо меняется Иван. Прежняя твердость звучит в его голосе:
Сидит над трупом Ефросинья Старицкая — раздавленная горем старуха, держит в руках голову убиенного ею и Иваном сына…
Великое дело требует великих жертв — так должна была и могла бы прозвучать главная мысль второй серии. Но не прозвучала. Скорбь и сомнение царят в душе Ивана, когда Малюта казнит бояр-супротивников.
Напряжение, которым живет страна, а вместе с ней Иван, сменяется во второй серии напряжением силового поля, очерченного вокруг царского трона. Ясность государственной политики — сложным дворцовым политиканством.
Да, Иван был избранником истории, но способен ли он до конца выполнить выпавшую на его долю миссию, способен ли вынести искушение и тяжесть безграничной власти, выдержать налагаемую ею величайшую ответственность. Иными словами, останется ли этот человек необходимым и незаменимым участником поступательного движения истории или превратится в помеху на ее пути? — размышляет Черкасов. — Трагедия возникает, когда от Ивана начинает ускользать сокровенный смысл его избранничества, когда единодержавная власть, являющаяся всего лишь средством в достижении великой цели — создании и укреплении Русского государства, — когда сама эта власть, и только она, становится конечной целью.
По всем кинематографическим инстанциям «Иван Грозный» значился как фильм «историко-биографический». Согласиться с таким определением жанра этой картины трудно: слишком много в биографии черкасовского героя отступлений от подлинной биографии Ивана Грозного. Проверки фактами она не выдерживает, и больше всего как раз во второй серии.
«Иван Грозный» восхищает грандиозностью замысла и его воплощения, поражает глубиной — бездной — открывшейся трагедии, и все же мало оснований и для того, чтобы назвать его, как это иногда делают, «исторической эпопеей». Для этого фильму явно недостает того, что было в «Александре Невском», — судьбы народа, его участия в происходящих событиях и отношения к ним. Народ в первой серии поистине «безмолвствует». Темный, невежественный люд, подстрекаемый враждебной царю боярской группировкой, сыгравшей на суеверии народа, врывается на свадебный пир Ивана. И его «говорящим» представителем становится не кто иной, как Григорий Малюта Скуратов. В эпизоде взятия Казани народ, разумеется, где-то рядом со своим царем, но опять действует и говорит от его имени тот же Малюта. Появление Малюты из-под земли (из подкопа) у ног царя должно было символизировать его глубинно-народное, «почвенное» происхождение. Выбор Эйзенштейном такого «представителя» народа надо признать крайне неудачным. Мало того, что это являлось неверным фактически, никак нельзя было не считаться с тем, что в народном сознании Малюта Скуратов всегда был только злодеем, кровавым палачом. Безлик и бездействен народ и во время чтения царской грамоты после отъезда царя в Александрову слободу. По сравнению с остальными эпизодами фильма эта сцена кажется невыразительной и проходной. Во второй серии народ вообще отсутствует.
Иван Грозный (фильм)
«Ива́н Гро́зный» — советский художественный фильм 1944 года, последний фильм кинорежиссёра Сергея Эйзенштейна.
— Московский князь не имеет права на царский чин.
— Европа не признает его царём.
— Сильным будет — признают.
— Но есть как будто и сторонники Иоанна?
— То родственники невесты великого князя.
— Не великого князя, а — Царя. Уже Царя. — на венчании Иоанна IV на царство
Два Рима пали, а третий — Москва — стоит, и четвёртому Риму не быть! И тому Риму третьему, державе Московской, единым хозяином отныне буду я! Один! — во время венчания на царство
— Папа не допустит!
— Император не согласится!
— Европа не признает!
— Сильным будет — все признают. Надо, чтобы силён не был! — на венчании Иоанна IV на царство
В день Симеона Богоприимца свадьба назначена. Учиним же свадьбу… сему хозяину! — на венчании Иоанна IV на царство
К чему такая привилегия Иоанну? Почему князь Курбский в вассалах у Иоанна? Разве род Курбских менее знатен, чем род Иоанна Московского? Почему же монархом на Руси Иоанн в Москве, а не Андрей Курбский в Ярославле? — князю Андрею Курбскому
Казань большой (показывает большой палец), Москва — маленький (показывает мизинец). Москва (загибает мизинец) — кончился. Наш великий хан подарок посылает. Русский цар — позор не имей. Русский цар — сам себя кончай. (протягивает Иоанну нож) — царю Иоанну IV
Слушай, хан: Каза-ань маленький (качая мизинцем), Москва (плюнув в ладонь, показывает кулак) — БОЛЬШОЙ! На Каза-ань. — казанскому послу
Отныне буду таким, каким меня нарицаете! Грозным буду.
— Ох, не любишь ты меня, брат Владимир. Нет в тебе любви ко мне, одинокому. Сирота я покинутый… пожалеть меня некому.
— Негоже царю с земщиной якшаться! Пуще всех — со Старицкими.
— Не тебе, Алёшка, царя учить! Не тебе руку на царский род подымать!
— А не ты ли учил — дубы-роды корчевать?!
— Царский род — родам род! И подобен не дубу земному, но Древу-тамаринду Небесному!
— А не мы ли — новый лес, вокруг тебя вырастающий.
— Не затем дубы крушу. чтоб осиннику убогому место расчищать. Рода царского не трожь! Близость кровную к царю святыней почитай!
— А не мы ли ближние тебе, с тобою иною — пролито́ю кровью связанные?
— Не родня вы мне. (отталкивает Басманова) Вы холопья мне! От гноища поднял вас, чтоб бояр-изменников подмять! Через вас волю свою творю! (садясь) Не учить — служить ваше дело холопье! (приобнимая Старицкого) Место своё знайте, Басмановы.
— Ай, не прав ты, царь всея Руси! Есть друзья тебе.
— Нет друзей…
— Нет, есть!
— Врёшь?
— Нет, не вру!
— Ай кто?
— А хошь и я.
— Ай, не верю.
— Побожусь…
— Не божись! Делом докажи!
— Докажу-у.
— О-о…
Подобает всегда царю осмотрительным быть: ко благим милость и кротость, злым же ярость и мученье! Ежели сего не имеет — не есть царь.
Сирота я покинутый любить жалеть меня некому
Алина Витухновская запись закреплена
Знакомая немецкая журналистка в своем фб — «Надо только полюбить русского!» Тоска по экзотике! Не удивительно, она уехала из России, около 10 лет назад, проработав здесь в местном филиале одной центральной немецкой газеты, успев полюбить русского и чудовищно устать от этой истощающей любви. Здесь речь, конечно, не о каком-то архетипическом русском, о среднестатистическом россиянине — несчастном и бедном, которого так интересно поначалу наблюдать и спасать, при условии, что ты находишься в выигрышном материальном, да, пожалуй, и ментальном положении. Но только поначалу. Как там было у Виктора Ерофеева — «Выйти замуж за русского, чтобы вечно страдать!».
И это не мазохизм даже, это чудовищная внутренняя незаполненность, когда подлинное бытие, жизнь, функциональность, дело заменяются чувственностью. Эти чувства буквально хлебают из некоего безразмерного ковша страстей, насыщаясь ими до глубокого истощения.
Все, что бессмысленно, все что не наполнено собой, все что не упивается, как всякий здоровый (!) организм своим Эго, своей Самостью, вечно ищет во вне, фрустрированное, потерянное. Да, в сущности, и любовь ищут от недостатка себя, а не от переизбытка, как внушают нам чувственные и эротические социалисты-коллективщики.
Поэтому я всегда избегала суетных страстей. Для меня есть единственный источник питания («в котором никогда не утоляла жажду сволочь людская» (с) — это я сама. Только я.
Явление третье
Те же и Варвара, потом Катерина.
Варвара (у калитки поет).
За рекою, за быстрою, мой Ваня гуляет,
Там мой Ванюшка гуляет…
Варвара (сходит по тропинке и, закрыв лицо платком, подходит к Борису). Ты, парень, подожди. Дождешься чего-нибудь. (Кудряшу.) Пойдем на Волгу.
Кудряш. Ты что ж так долго? Ждать вас еще! Знаешь, что не люблю!
Варвара обнимает его одной рукой и уходит.
Борис. Точно я сон какой вижу! Эта ночь, песни, свиданья! Ходят обнявшись. Это так ново для меня, так хорошо, так весело! Вот и я жду чего-то! А чего жду – и не знаю, и вообразить не могу; только бьется сердце да дрожит каждая жилка. Не могу даже и придумать теперь, что сказать-то ей, дух захватывает, подгибаются колени! Вот когда у меня сердце глупое раскипится вдруг, ничем не унять. Вот идет.
Катерина тихо сходит по тропинке, покрытая большим белым платком, потупив глаза в землю.
Это вы, Катерина Петровна?
Уж как мне благодарить вас, я и не знаю.
Кабы вы знали, Катерина Петровна, как я люблю вас! (Хочет взять ее за руку.)
Катерина (с испугом, но не поднимая глаз). Не трогай, не трогай меня! Ах, ах!
Борис. Не сердитесь!
Катерина. Поди от меня! Поди прочь, окаянный человек! Ты знаешь ли: ведь мне не замолить этого греха, не замолить никогда! Ведь он камнем ляжет на душу, камнем.
Борис. Не гоните меня!
Катерина. Зачем ты пришел? Зачем ты пришел, погубитель мой? Ведь я замужем, ведь мне с мужем жить до гробовой доски!
Борис. Вы сами велели мне прийти…
Катерина. Да пойми ты меня, враг ты мой: ведь до гробовой доски!
Борис. Лучше б мне не видеть вас!
Катерина (с волнением). Ведь что я себе готовлю? Где мне место-то, знаешь ли?
Борис. Успокойтесь! (Берет её за руку.) Сядьте!
Катерина. Зачем ты моей погибели хочешь?
Борис. Как же я могу хотеть вашей погибели, когда люблю вас больше всего на свете, больше самого себя!
Катерина. Нет, нет! Ты меня загубил!
Борис. Разве я злодей какой?
Катерина (качая головой). Загубил, загубил, загубил!
Борис. Сохрани меня бог! Пусть лучше я сам погибну!
Катерина. Ну, как же ты не загубил меня, коли я, бросивши дом, ночью иду к тебе.
Борис. Ваша воля была на то.
Катерина. Нет у меня воли. Кабы была у меня своя воля, не пошла бы я к тебе. (Поднимает глаза и смотрит на Бориса.)
Твоя теперь воля надо мной, разве ты не видишь! (Кидается к нему на шею.)
Борис (обнимает Катерину). Жизнь моя!
Катерина. Знаешь что? Теперь мне умереть вдруг захотелось!
Борис. Зачем умирать, коли нам жить так хорошо?
Катерина. Нет, мне не жить! Уж я знаю, что не жить.
Борис. Не говори, пожалуйста, таких слов, не печаль меня…
Катерина. Да, тебе хорошо, ты вольный казак, а я.
Борис. Никто и не узнает про нашу любовь. Неужели же я тебя не пожалею!
Катерина. Э! Что меня жалеть, никто не виноват, – сама на то пошла. Не жалей, губи меня! Пусть все знают, пусть все видят, что я делаю! (Обнимает Бориса.) Коли я для тебя греха не побоялась, побоюсь ли я людского суда? Говорят, даже легче бывает, когда за какой-нибудь грех здесь, на земле, натерпишься.
Борис. Ну, что об этом думать, благо нам теперь-то хорошо!
Катерина. И то! Надуматься-то да наплакаться-то еще успею на досуге.
Борис. А я было испугался; я думал, ты меня прогонишь.
Катерина (улыбаясь). Прогнать! Где уж! С нашим ли сердцем! Кабы ты не пришел, так я, кажется, сама бы к тебе пришла.
Борис. Я и не знал, что ты меня любишь.
Катерина. Давно люблю. Словно на грех ты к нам приехал. Как увидела тебя, так уж не своя стала. С первого же раза, кажется, кабы ты поманил меня, я бы и пошла за тобой; иди ты хоть на край света, я бы все шла за тобой и не оглянулась бы.
Борис. Надолго ли муж-то уехал?
Катерина. На две недели.
Борис. О, так мы погуляем! Время-то довольно.
Не покидай. (1989)
НАВИГАЦИЯ
Не покидай.
1989
Рейтинг: 
9.16 / 131 голос
Регистрация
В голосовании могут принимать участие только зарегистрированные посетители сайта.
Вы хотите зарегистрироваться?
тексты песен
Песня о волшебной розе
муз. Е.Крылатова.
сл.Л.Дербенева
В долине Тигра и Ефрата
Где древних тайн земля полна
С неповторимым ароматом
Есть роза чудная одна
В недобрый час тоски и гнева
В час пробужденья темных сил
Спустился белый ангел с неба
И эту розу посадил.
Там где она расцветает
Там никто не солжет
Там никто никогда не солжет
Лишь звезды небесные знают
Где она расцветет
Где однажды она расцветет.
Пусть вид ее порою жалок
Как скромной золушки наряд
Но ложь сворачивает жало
Ее заслышав аромат
В любую крепость, дом и замок
Он проникает без труда
И ощутивший этот запах
Солгать не сможет никогда
муз. Е.Крылатова.
сл. Л.Дербенева
По земле броди где хочешь,
Хочешь к звездам улетай,
Лишь прошу ни днем ни ночью
Ты меня не покидай.
Лишь прошу ни на минуту
Ты меня не покидай,
То, что ты мое дыханье
Никогда не забывай.
Припев:
И ночью звездной,
И при свете дня,
Не покидай, не покидай меня.
Пусть все исчезнет и уйдут друзья,
Не покидай, мне без тебя нельзя.
Все забыв и перепутав,
Ошибайся и страдай,
Но прошу ни на минуту
Ты меня не покидай.
Но прошу ни на минуту
Ты меня не покидай,
То что ты мое дыханье
Никогда не забывай.
И ночью звездной,
И при свете дня,
Не покидай, не покидай меня.
Пусть рухнет небо и предаст любовь,
Не покидай, чтоб все вернулось вновь.
Замечательный король муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
В самом лучшем королевстве,
В самом самом лучшем замке,
Жил-был самый, самый,
Самый замечательный король,
С детворой играл он в прятки,
И в колдунчики, и в салки,
И проигрывая даже
Он детишек не порол.
Он родителей,
Он родителей,
Он родителей
Порол.
Было жить тогда непросто
И крестьянам и доцентам,
И всех штатских и военных
Тот король не обожал,
Лишь детей, по малолетству,
Не имевших документов,
Не заковывал он в цепи
И в темницы не сажал.
Он родителей,
Он родителей,
Он родителей
Сажал.
Он родителей,
Он родителей,
Он родителей
Казнил.
Песня заключенных муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Любви полно и радости все королевство наше,
Добру и справедливости здесь все принадлежит,
Когда король обедает, обедает и стража,
А также те, которых эта стража сторожит.
Когда король обедает,
Обедает и стража,
А также те,
Которых эта стража сторожит.
Прекрасной мы и давнею традицией гордимся,
Поскольку все обедаем в один и тот же час,
Как будто с королем мы все за стол один садимся,
А кто что ест, на это есть совсем другой указ.
Как будто с королем мы все
За стол один садимся,
А кто что ест,
На это есть совсем другой указ.
Полно все благоденствием в народе и природе,
И с каждым днем все радостней на сердце и в уме,
И полностью довольные на площадь мы выходим,
И даже те, которые находятся в тюрьме.
И полностью довольные
На площадь мы выходим,
И даже те,
Которые находятся в тюрьме.
Песня странствующих актеров
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Много лет по земле этой странствуя,
До сих пор мы такого не видели,
Исказилось понятие прекрасного,
Притупилась чувствительность зрителя,
Притупилась чувствительность зрителя.
Все как прежде как в годы старинные,
Но в столице и в дальней обители,
Что-то сломано неуловимое-
Притупилась чувствительность зрителя.
Притупилась чувствительность зрителя.
Тут мудрейший мудрец растеряется,
Видя этот процесс удивительный,
Это все лишь одним объясняется-
Притупилась чувствительность зрителя
Притупилась чувствительность зрителя
Надежда
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Мы знать не знаем и не помним,
Пока не встретимся с бедой,
Что весь наш мир, такой огромный
Висит на ниточке одной.
Она надеждою зовется, и верить хочется,
Так верить хочется,
Что эта нить не оборвется и жизнь не кончится,
Не кончится.
В часы, когда все бесполезно,
И смысла нет на свете жить,
Над черной бездной, жуткой бездной
Нас держит тоненькая нить.
Она надеждою зовется, и верить хочется,
Так верить хочется,
Что эта нить не оборвется и жизнь не кончится,
Не кончится.
О ней почти не помним летом,
Но стоит вьюге закружить,
Не то, что дня без нити этой,
Но и минуты не прожить.
Она надеждою зовется, и верить хочется,
Так верить хочется,
Что эта нить не оборвется и жизнь не кончится,
Не кончится.
Да только истина одна
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Сыграть мы пьесу были рады,
И все старались искренне
И все что видели вы, правда
И все что слышали вы, правда
Правда, да не истина!
Есть правда гордая,
Есть правда скромная,
Такая разная всегда она
Бывает сладкая,
Бывает горькая,
И только истина всегда одна
Есть правда светлая,
Есть правда темная,
Есть на мгновенье
И на времена
Бывает добрая,
Бывает твердая
И только истина всегда одна
Порой восстанет брат на брата,
Безжалостно неистово
И все что первый крикнет правда,
И что второй ответит правда
Правда, да не истина!
Есть правда гордая,
Есть правда скромная,
Такая разная всегда она
Бывает сладкая,
Бывает горькая,
И только истина всегда одна
Есть правда светлая,
Есть правда темная,
Есть на мгновенье
И на времена
Бывает добрая,
Бывает твердая
И только истина всегда одна
Сражались мы неоднократно
С неправдой ненавистною,
Но часто нам мешала правда,
Земная маленькая правда
Правда, да не истина!
Есть правда гордая,
Есть правда скромная,
Такая разная всегда она
Бывает сладкая,
Бывает горькая,
И только истина всегда одна
Есть правда светлая,
Есть правда темная,
Есть на мгновенье
И на времена
Бывает добрая,
Бывает твердая
И только истина всегда одна
Песня атамана муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
.
Таких красавцев только дарят
Маркизам, принцам, королям,
На них не скачут, а летают
Такие и не снились нам,
Такие нам не по карману,
Смотри на них иль не смотри.
Подари лошадку атаману,
Слышишь, подари
Подари лошадку атаману,
Слышишь, подари
Ну что ж вы медлите, дарите,
Куда деваться от судьбы,
Вы людей напрасно не гневите,
Они несносны и грубы,
Их в детстве воспитали странно,
Не лорды, что ни говори.
Подари лошадку атаману,
Слышишь, подари,
Подари лошадку атаману,
Слышишь, подари.
Безумцы даже не мечтают,
Такое вдруг приобрести,
Потерю эту я считаю,
Едва ли вам перенести,
Не стоит жить с такою раной,
Теперь хоть все огнем гори.
Подари лошадку атаману,
Слышишь, подари,
Подари лошадку атаману,
Слышишь, подари.
Песня принцессы
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Тебе я знаю горестно и жалко,
Что ты вскочить не можешь на коня,
Чтоб на турнире, в поединке жарком,
Чужому принцу не отдать меня.
Что же это делается в мире,
Что же это сделалось с людьми,
Турниры отменили, турниры отменили,
Как будто нет на свете ни отваги, ни любви.
Веселым флагам на ветру не виться,
Трубу задрав герой не протрубит,
Но поединок с принцем состоится,
И может быть достойный победит.
Что же это делается в мире,
Что же это сделалось с людьми,
Турниры отменили, турниры отменили,
Как будто нет на свете ни отваги, ни любви.
Исчезла форма, но остался принцип,
Которому запреты нипочем,
Готовься к битве мой безмолвный рыцарь,
Сразить врага невидимым мечом.
Что же это делается в мире,
Что же это сделалось с людьми,
Турниры отменили, турниры отменили,
Как будто нет на свете ни отваги, ни любви.
Прощальная
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Удар копья, стрелы полет,
Звенящей шпаги острие,
Пусть жизнь мою перечеркнет,
Зачем теперь жалеть ее,
Зачем теперь мне жизнь моя,
И в миг последний самый я,
Забуду все и закричу:
«Жить не хочу жить не хочу!»
Зачем теперь мне жизнь моя,
И в миг последний самый я,
Забуду все и закричу
Ты закричишь: «Я жить хочу!»
Нет, не хочу и не могу
Остаток дней тоске служить,
Без глаз твоих, без рук, без губ,
Зачем теперь на свете жить
Прощай любовь, враги, друзья,
Прощай навек весь мир, а я
Забуду все и закричу:
» Жить не хочу жить не хочу!»
Прощай любовь, враги, друзья,
Прощай навек весть мир, а я
Забуду все и закричу:
Ты закричишь: «Я жить хочу!»
Но пусть хоть тень придет твоя
Чтоб проводить мою, а я
Забуду все и закричу:
Ты закричишь: «Я жить хочу!»
Балаган не дворец
(песня вошла в кинофильм частично)
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Эй, спешите, торопитесь,
В балаган зайти скорей,
Здесь истории из жизни
Королев и королей:
Как наследника младенца
Закопали под кустом,
И как пришлый самозванец
Забирался на престол.
Заходи в балаган и простак и мудрец,
И плешивый заходи и кудрявая башка,
Балаган не дворец, балаган не дворец,
В балагане не отравят, не убьют исподтишка.
Эй, спешите, торопитесь,
В балаган скорей зайти,
Чтоб узнать о тайном знаке
У принцессы на груди,
И о том, какие споры
Между знатными велись,
И о том, как сватом прачки
Одурачен был маркиз.
Заходи в балаган и простак и мудрец,
И плешивый заходи и кудрявая башка,
Балаган не дворец, балаган не дворец,
В балагане не отравят, не убьют исподтишка.
Эй, спешите, торопитесь,
Заходите в балаган,
Чтоб увидеть, как с утеса
Сбросит змея ураган,
Заходите, чтобы ахать
И смеяться нам и вам,
А когда мы свет погасим,
Разойдетесь по домам.
Заходи в балаган и простак и мудрец,
И плешивый заходи и кудрявая башка,
Балаган не дворец, балаган не дворец,
В балагане не отравят, не убьют исподтишка
Утренняя молитва муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Куда бы деть мою супругу
И дочь туда же, вместе с ней,
Их оседлать бы, и по кругу,
И шенкелей, и шенкелей.
Ах, если б моему болвану
Сном летаргическим уснуть.
Такая мысль и в самом деле,
Чтоб на душу греха не брать.
Ох, как же вы мне надоели:
И тетка, и отец, и мать.
Скорей бы замуж и отсюда,
За сто земель, за сто морей.
Я и писать-то вам не буду.
Песня служанки муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Он объяснить вам ничего не может,
Но он ведь не в заоблачной дали,
Душа его люблю кричит, и все же,
Душа его люблю кричит, и все же,
Не слышите вы голоса любви.
Гордыне вашей только принца надо,
И вам себя никак не побороть,
Но помните, сказал мудрец когда-то,
Ведь помните, сказал мудрец когда-то,
Что гордому противится Господь.
И вам судьба предъявит счет однажды,
И в этот день ничто вас не спасет,
Вам этого в лицо никто не скажет,
Вам этого в лицо никто не скажет,
Но вы за все заплатите, за все!!
Песня короля муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
К нам едет, едет, едет жених из за границы.
И то, что я волнуюсь, не стану я скрывать,
А будь он не приезжим, не заграничным принцем,
Мне было бы, конечно, все равно и наплевать.
Согласно этикета, пойдет у нас беседа,
И дамы будут ахать, хихикать и вздыхать.
А будь не иностранцем, а будь он мне соседом,
Мне было бы, конечно, все равно и наплевать.
Из самых луших тканей наряды для невесты,
Вино веков минувших и пышная кровать.
А будь он мне знакомым, а будь давно известным,
Мне было бы, конечно, все равно и наплевать.
К нам едет, едет, едет жених из-за границы.
И свадьбу мы сыграем, как встарь заведено.
Но ставши нашем зятем, он станет нашим принцем,
И будет на него мне наплевать, и все равно!!
Песня Канцлера муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Нелегкий воз достался нам,
Везти его придется,
А слава вся и фимиам,
Другому достается.
За годом год мои слова,
Он произносит с трона.
Моя всем правит голова,
Но на другой корона.
Легко ль навытяжку стоять
И ждать его у двери!
-Пора с него корону снять
И на тебя примерить.
Песня принца муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Прошу, не говорите
Вы о талантах мне,
Возможно, что как зритель,
Талантлив я вполне.
Врет энциклопедия, как сивый мерин,
А я ее восторжено читал,
Врет энциклопедия, а я ей верил, верил,
И все, что там изложено я истиной считал.
Когда притихнут в ложе,
От счастья трепещу,
Талантливо, быть может,
Смеюсь я и грущу.
Врет энциклопедия, как сивый мерин,
А я ее восторжено читал,
Врет энциклопедия, а я ей верил, верил,
И все, что там изложено я истиной считал.
Талантлив я как зритель,
Талантлив с детских лет,
А прочих, извините,
Талантов нет как нет.
Врет энциклопедия, как сивый мерин,
А я ее восторжено читал,
Врет энциклопедия, а я ей верил, верил,
И все, что там изложено я истиной считал.
Песня о счастье
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Конечно, счастье есть на свете,
Монетку ты скорее дай,
И заколдованный билетик,
Тебе протянет попугай.
Предъяви билетик этот поздно или рано,
У судьбы получите счастья без обмана,
Счастья без обмана, счастья без обмана,
Вам судьба с улыбкою вынет из кармана.
Холодный будет злиться ветер,
И солнце жечь, и дождик лить.
Но час придет и свой билетик
Судьбе ты сможешь предъявить.
Предъяви билетик этот поздно или рано,
У судьбы получите счастья без обмана,
Счастья без обмана, счастья без обмана,
Вам судьба с улыбкою вынет из кармана.
Однажды этот день настанет,
Когда придет он, не гадай,
Лишь только знай, что не обманет,
Смешная птица попугай.
Предъяви билетик этот поздно или рано,
У судьбы получите счастья без обмана,
Счастья без обмана, счастья без обмана,
Вам судьба с улыбкою вынет из кармана.
Песенка полотеров (песенка в фильм не вошла)
муз. Е.Крылатова
сл. Л.Дербенева
Мы полы до блеска натираем,
Двигая ногой туда-сюда.
Больше ничего ни в чем не понимаем
И не понимали никогда.
Не имеем склонности к умным разговорам,
Не горим желаньем спорить и грубить,
Лучше долго-долго быть полотером,
Чем не очень долго очень важным быть.
Своего мы званья не уроним,
Двигая ногой туда-сюда.
Мыслей в голове не держим посторонних
И не унываем никогда.
Не имеем склонности к умным разговорам,
Не горим желаньем спорить и грубить,
Лучше долго-долго быть полотером,
Чем не очень долго очень важным быть.
Не имеем склонности к умным разговорам,
Не горим желаньем спорить и грубить,
Лучше долго-долго быть полотером,
Чем не долго очень-очень важным быть.
Песенка о нарядах.
Королева:
Колье и платье, веер и дворец,
Ошейник для собаки и карета.
Что и сколько стоит знает пусть купец,
Нам важно, чтоб к лицу нам было это.
Принцесса:
Запомнила я с детства наизусть,
Что в замках тоже змеи обитают.
Блистать хочу, блистать! А деньги пусть
Считают те, кому их не хватает!
Фрейлины:(припев)
Женские наряды, рюши, кружева,
Кофточки, оборочки, платьица.
Женщина не хочет знать, и она права,
Сколько денег за наряды платится!
Женские наряды, серьги и колье,
Сумочки, браслеты, ожерельица.
Женщина не может знать, и не надо ей,
Сколько стоит то, во что оденется!
Женские наряды, шорох тополей,
Радужны цветочницы воздушные.
Женщина на все пойдет, лишь бы только ей
Превзойти свою подругу лучшую!