роковые яйца о чем кратко
Краткое содержание Роковые яйца Булгаков
События фантастического произведения «Роковые яйца» разворачиваются в Советском Союзе в 1928 году. Талантливый зоолог профессор Владимир Ипатьевич Персиков открывает необычный «луч жизни»: под его действием из эмбрионов быстро вырастают крупные и чрезвычайно агрессивные особи, способные размножаться с большой скоростью. Слухи об открытии проникают в печать.
Скоро на СССР обрушивается невиданный куриный мор: в стране не остаётся ни одной курицы. Александр Семенович Рокк, руководитель совхоза «Красный луч», решает вырастить новых кур в камерах-облучателях Персикова. Куриные яйца выписывают из-за границы. В это же время Персиков решает продолжить опыты, и заказывает яйца экзотических пресмыкающихся и страусов. На почте заказы путают.
Рокк загружает яйца, которые считает куриными, на облучение. Уже на следующее утро в совхозном пруду появляется огромная змея. Её первой жертвой становится жена Рокка Маня. Рокк сообщает о случившемся в ГПУ. Двое чекистов выезжают в совхоз, где их убивают гигантские змеи, крокодилы и страусы.
Огромные и злобные анаконды, питоны, страусы и крокодилы направляются к Москве. С каждым днём их становится всё больше. С «гадами» безуспешно сражаются части Красной армии. Повсюду гибнут люди, объявлено военное положение. В катастрофе обвиняют Персикова, и обезумевшая толпа убивает его.
Спасение приносит необычный для лета мороз в 18 градусов. Он наступает в ночь с 19 на 20 августа и держится два дня. Все тропические гады и их яйца замерзают. Трагедию долго помнят во всём мире, а повторить необыкновенный «луч жизни» не удаётся никому.
Повесть Булгакова учит ответственному отношению к достижениям науки и техническим новинкам. В более глубоком смысле нашествие гадов является аллегорией большевизма, а главной темой повести тревога за будущее страны. Видно, что автор переживает за судьбу своей страны.
Можете использовать этот текст для читательского дневника
Булгаков. Все произведения
Роковые яйца. Картинка к рассказу
Сейчас читают
Роман известной писательницы М.М.Додж дает нам представление о чести в юношеском возрасте. Действие происходит в Нидерландах в начале 19 века и начинается с момента, где описывается семейство Брук.
В своём стихе «Сын артиллериста» поэт Константин Симонов рассказал об истории, которая произошла на полуострове Среднем в годы Второй Мировой войны.
В роскошном двухэтажном доме жила богатая кошка. Шуба была её из персидского меха. Море перинок и простынок. Всё было у неё новое. Заморские всякие безделушки носила.
В небольшом городке Америки живет и работает ветеринар Эндрью Макдьюи. Он занимается лечением скота и домашних животных. Доктор Макдьюи был жестоким и честным человеком. Кроме ветеринара он занимал должность ветеринарного инспектора
Под горячими лучами солнца снег начал таять. Пройдёт несколько дней и весна вступит в свои права. В полдень уже настолько тепло, что на снегу можно заметить разных жучков, паучков и блошек.
«Роковые яйца» — советский луч жизни
Фантастическая повесть Михаила Афанасьевича Булгакова «Роковые яйца» рассказывает о чудесном открытии луча жизни, сделанное советским ученым, и о катастрофических последствиях, к которому привело его использование в промышленных масштабах.
О книге «Роковые яйца»
Повесть «Роковые яйца» создавалась Булгаковым в 1924 году, когда писатель уже жил в Москве и познакомился со своей будущей женой Любовью Белозерской. В это время основным источником заработка для Булгакова является работа в местных газетах. Он пишет небольшие фельетоны, очерки и обзоры, что, по собственному признанию, занимало у него полчаса в день, остальное же время тратилось на курение и общение с коллегами.
Завершенную повесть «Роковые яйца» писателю удается напечатать в 1925 году, в журнале «Недра». Фантастическое произведение было замечено многими современными деятелями культуры, в том числе Горьким, который в своих письмах хвалил повесть и советовал присмотреться к Булгакову, как к автору. Маяковский, вернувшийся из путешествия по США в конце 1925 года, часто рассказывал, как встречал в американских газетах пересказ произведения, преподносящийся как реальные события.
Несмотря на, в целом, позитивную реакцию коллег по цеху, в партийных кругах и официальных изданиях «Роковые яйца» были восприняты как произведение, критикующее светлый советский строй. Это прибавило напряженности в и без того не очень хорошие отношения Булгакова с властью. Со следующего 1926 года у писателя начали проводить обыски с изъятием рукописей и дневников.
Смертоносный «луч жизни»
Повесть рассказывает о чудесном открытии ученого Владимира Персикова — выдающегося зоолога, которому случайно удается обнаружить, как он его называет «луч жизни», делающий организмы, попадающие под его воздействие, более сильными, большими в размерах и агрессивными.
Вместе со своим помощником Петром Ивановым Персиков начинает ставить эксперименты с лучом и вскоре о его выдающемся открытии узнают газеты, а после и вся общественность Москвы. К профессору прибывает предприимчивый бывший участник гражданской войны Александр Семенович Рокк, предъявляя постановление о предоставлении ему установки, испускающей «лучи жизни» для поднятия сельскохозяйственной промышленности страны.
В результате нелепой ошибки в хозяйство Александра Рокка вместо ящиков с куриными яйцами прибывает партия с яйцами пресмыкающихся. Огромные гады, вылупившиеся под воздействием луча, захватывают регион за регионом Советского Союза, уничтожая всё живое на своём пути.
Бунт творения против творца
В «Роковых яйцах» Михаил Афанасьевич Булгаков высмеивает нелепость ситуаций, порождаемых современной ему советской системы, что он делал и в других своих произведениях, таких как:
В персонаже Александра Рокка мы видим типичного советского функционера той поры, человека недалёкого, но чрезвычайно инициативного. Не понимая тонкостей науки и не желая в них разбираться, Рокк видит в «луче жизни» огромные перспективы для советской промышленности и своего продвижения наверх. Опасности, таящиеся за неправильным использованием научных открытий, ему просто не понятны, что и приводит к страшным последствиям.
В истории же профессора Владимира Персикова Булгаков рассматривает одну из центральных идей всего своего творчества — раздельное существование творца и его творения. Та же идея появляется позже и в «Собачьем сердце» и в «Мастере и Маргарите».
Михаил Афанасьевич был убеждён, что после создания своего произведения или открытия, автор уже не может его контролировать. Как Шариков начинает уничтожать жизнь профессора Преображенского, так и огромные гады, даже не добравшись до Москвы, убивают несчастного Персикова.
Краткое содержание «Роковые яйца»
Всего получено оценок: 582.
О произведении
Фантастическая повесть «Роковые яйца» Булгакова была написана в 1924 году и опубликована год спустя в журнале «Недра», а затем – в сборнике писателя «Дьяволиада». Первоначальное название – «Луч жизни» – Булгаков изменил уже во время публикации рассказа, сюжет которого развивается в 1928 году.
Для читательского дневника, а также для подготовки к уроку литературы рекомендуем читать онлайн краткое содержание «Роковые яйца» по главам.
Главные герои
Другие персонажи
Краткое содержание
Глава 1. Куррикулюм витэ профессора Персикова
Началом «ужасающей катастрофы» можно считать вечер 16 апреля 1928 года, а ее причиной – профессора зоологии Владимира Ипатьевича Персикова, занимающего должность директора Московского зоологического института.
Профессор грозился уехать за границу, но обещания своего не сдержал. К 1928 году ситуация стала заметно улучшаться, и Персиков воспрянул духом.
Глава 2. Цветной завиток
Профессор рассматривает результат своих многочисленных экспериментов. Под микроскопом он наблюдает за амебами и замечает «цветной завиток, похожий на женский локон» – цветной пучок света, указывающий на то, что препарат не в фокусе.
Глава 3. Персиков поймал
Чтобы повторить необычный эффект вне микроскопа, доцент Иванов берется соорудить особую систему зеркал и линз. Прибор готов и уже спустя два дня после проведения первого опыта на икре лягушек институт заполняется тысячами огромных квакающих существ. С большим трудом удается их «перебить ядами» и очистить помещение.
Глава 4. Попадья Дроздова
Слухи о необыкновенном «луче жизни» распространяются со стремительной скоростью по всей Москве. К профессору наведывается модный журналист Бронский с вечно бегающими глазами.
Статья тут же идет в печать, и на следующий день профессора начинают осаждать журналисты.
Глава 5. Куриная история
Тем временем в «уездном заштатном городке» Стекловске беда: начинается страшный куриный мор, за два дня выкосивший всех куриц в городе.
Журналист Бронский сообщает профессору, не читающему газеты, о куриной эпидемии, и тот подключается к борьбе с ней.
Глава 6. Москва в июне 1928 года
Вся Москва увешана объявлениями о запрете употребления и продажи куриных яиц и куриного мяса. В простых столовых и дорогих ресторанах не сыщешь блюда с этими продуктами.
«Куриная» тема становится невероятно модной в столице, и ее на всякий манер обыгрывают не только в газетах, но даже в театрах и цирке.
Глава 7. Рокк
По заданию правительства к профессору приходит Александр Семенович Рокк – директор совхоза «Красный луч». Он забирает из лаборатории экспериментальные камеры с лучом, оставив лишь одну, самую маленькую. Камеры нужны Рокку для восстановления куриного поголовья.
Глава 8. История в совхозе
Александр Семенович с помощниками устанавливает драгоценные камеры в бывшей оранжерее Шереметьевых. Он бережно укладывает в них яйца, присланные из-за границы. Смущает Рокка лишь то, что все они удивительно большие и грязные.
Глава 9. Живая каша
Перед агентами ГПУ находится «седой трясущийся человек» – это Александр Семенович Рокк, на глазах которого мучительной смертью погибла жена.
Агенты предлагают Рокку съездить в совхоз для разбирательства, но старик в ужасе просит отвезти его в Москву. Решено, что директор – сумасшедший, которого напугал удав, сбежавший из цирка.
Агенты отправляются в «Красный луч» и перед их глазами открывается живописная картина. «Вся оранжерея жила как червивая каша» : гигантских размеров змеи ползают по полу, шипят и заворачиваются в клубки.
Агенты пытаются ретироваться, но становятся жертвами адских созданий.
Глава 10. Катастрофа
Москва полнится необычайными слухами о нашествии змей-великанов, страусов и крокодилов. Профессору Персикову, который, как известно, газет не читает, об этом ничего не известно. Он возмущен другим обстоятельством: вместо давнишнего заказа на поставку яиц страуса и анаконды он получил огромную партию обычных куриных яиц.
Дело проясняется, когда в кабинет профессора вбегает перепуганный Иванов с газетой в руках: профессорский «заказ на змеиные и страусовые яйца переслали в совхоз, а куриные» – в институт. Осознав масштабы трагедии, Персикову становится плохо.
Глава 11. Бой и смерть
В Москве пылает «бешеная электрическая ночь» : народ в панике эвакуируется, конная армия безуспешно пытается остановить натиск огромных гадов.
Обезумевшая толпа врывается в институт, убивает профессора Персикова и поджигает здание.
Глава 12. Морозный бог на машине
Однако страна еще долго приходит в себя после страшного эксперимента Рокка: гниение «бесчисленных трупов крокодилов и змей» вызывает волну страшных эпидемий. Лишь к весне следующего года положение окончательно стабилизируется.
Заключение
В своем произведении Булгаков поднимает проблему вмешательства авторитарной власти в научный мир, не терпящий никакого насилия. Последствия грубого давления идеологии на науку могут быть самыми непредсказуемыми, но всегда – плачевными.
После ознакомления с кратким пересказом «Роковые яйца» рекомендуем прочесть произведение Булгакова полностью.
Тест по повести
Проверьте запоминание краткого содержания тестом:
«Роковые яйца» краткое содержание повести Булгакова – читать пересказ онлайн
Фантастическая повесть «Роковые яйца» Булгакова была написана в 1924 году и опубликована год спустя в журнале «Недра», а затем – в сборнике писателя «Дьяволиада». Первоначальное название – «Луч жизни» – Булгаков изменил уже во время публикации рассказа, сюжет которого развивается в 1928 году.
Для читательского дневника, а также для подготовки к уроку литературы рекомендуем читать онлайн краткое содержание «Роковые яйца» по главам.
Главные герои
Владимир Ипатьевич Персиков – профессор зоологии, открывший «луч жизни».
Другие персонажи
Иванов – ассистент Персикова, принимающий участие в смелых экспериментах.
Бронский – ловкий, вездесущий журналист.
Александр Семенович Рокк – заведующий совхозом «Красный Луч».
Краткое содержание
Глава 1. Куррикулюм витэ профессора Персикова
Началом «ужасающей катастрофы» можно считать вечер 16 апреля 1928 года, а ее причиной – профессора зоологии Владимира Ипатьевича Персикова, занимающего должность директора Московского зоологического института.
В свои 58 лет, пережив предательство жены, Владимир Ипатьевич жил скромной холостяцкой жизнью. Как и всем представителям научного сообщества, еду довелось вынести немало испытаний в послереволюционные годы. От продолжительного голода умерли не только все подопытные животные в институте, но даже «бессменный сторож института старик Влас». Читать лекции профессору приходилось при минусовой температуре в помещении, а из пяти комнат в его квартире ему оставили только две.
Профессор грозился уехать заграницу, но обещания своего не сдержал. К 1928 году ситуация стала заметно улучшаться, и Персиков воспрянул духом.
Глава 2. Цветной завиток
Профессор рассматривает результат своих многочисленных экспериментов. Под микроскопом он наблюдает за амебами и замечает «цветной завиток, похожий на женский локон» – цветной пучок света, указывающий на то, что препарат не в фокусе.
Персиков хочет настроить освещение, но его рука на полпути замирает – профессорский глаз замечает под стеклом нечто удивительное. В состоянии крайнего замешательства он задергивает шторы, накрывает микроскоп стеклянным колпаком, и покидает институт, бормоча себе под нос: «Ведь это сулит черт знает что такое!».
Глава 3. Персиков поймал
Профессор выясняет, что под действием тонкого красного луча, выпадавшего из цветного завитка, амебы стремительно размножались, а после – «яростно набрасывались друг на друга и рвали в клочья и глотали».
Чтобы повторить необычный эффект вне микроскопа, доцент Иванов берется соорудить особую систему зеркал и линз. Прибор готов и уже спустя два дня после проведения первого опыта на икре лягушек институт заполняется тысячами огромных квакающих существ. С большим трудом удается их «перебить ядами» и очистить помещение.
Глава 4. Попадья Дроздова
Слухи о необыкновенном «луче жизни» распространяются со стремительной скоростью по всей Москве. К профессору наведывается модный журналист Бронский с вечно бегающими глазами.
Невзирая на сопротивление Персикова, бойкий журналист задает ему вопросы и приходит к выводу, что сделанное им открытие «вызовет мировой переворот в животноводстве».
Статья тут же идет в печать, и на следующий день профессора начинают осаждать журналисты.
Глава 5. Курина история
Тем временем в «уездном заштатном городке» Стекловске беда – начинается страшный куриный мор, за два дня выкосивший всех куриц в городе.
Профессора Персикова продолжают беспокоить журналисты, и «работать в такой обстановке было просто невозможно». Доведенный до крайней степени раздражения, Владимир Ипатьевич звонит на Лубянку и просит принять меры. Ему уверяют, что «больше никто его не потревожит, ни в институте, ни дома».
Журналист Бронский сообщает профессору, не читающему газеты, о куриной эпидемии, и тот подключается на борьбу с ней.
Глава 6. Москва в июне 1928 года
Вся Москва увешана объявлениями о запрете к употреблению и продаже куриных яиц и куриного мяса. В простых столовых и дорогих ресторанах не сыщешь блюда с этими продуктами.
«Куриная» тема становится невероятно модной в столице, и ее на всякий манер обыгрывают не только в газетах, но даже в театрах и цирке.
Глава 7. Рокк
Спустя две недели куриный мор прекращается столь же неожиданно, как и начался. За это время «профессор Персиков совершенно измучился и заработался». Получив, наконец, возможность заниматься удивительным лучом, они ночи напролет проводит «у камеры и микроскопа».
По заданию правительства к профессору приходит Александр Семенович Рокк – директор совхоза «Красный луч». Он забирает из лаборатории экспериментальные камеры с лучом, оставив лишь одну, самую маленькую. Камеры нужны Рокку для восстановления куриного поголовья.
Глава 8. История в совхозе
Александр Семенович с помощниками устанавливает драгоценные камеры в бывшей оранжерее Шереметьевых. Он бережно укладывает в них яйца, присланные из-за границы. Смущает Рокка лишь то, что все они удивительно большие и грязные.
Рокк не может налюбоваться на «испещренные пятнами ярко-красные яйца», в которых уже на третий день чувствовалось пробуждение жизни. Впрочем, радость директора омрачается странным поведением животных: из окрестностей исчезают все птицы и лягушки, а собаки жалобно воют все ночи напролет.
День проходит «крайне возбужденно», поскольку Рокк не обнаруживает в камере ни целых яиц, ни долгожданных цыплят. Все отправляются на их поиски, во время которых на супругу Рокка нападает огромная змея и съедает ее.
Глава 9. Живая каша
Перед агентами ГПУ находится «седой трясущийся человек» – это Александр Семенович Рокк, на глазах которого мучительной смертью погибла жена.
Агенты предлагают Рокку съездить в совхоз для разбирательства, но старик в ужасе просит отвезти его в Москву. Решено, что директор – сумасшедший, которого напугал удав, сбежавший из цирка.
Агенты отправляются в «Красный луч» и перед их глазами открывается живописная картина. «Вся оранжерея жила как червивая каша» – гигантских размеров змеи ползают по полу, шипят и заворачиваются в клубки.
Агенты пытаются ретироваться, но становятся жертвами адских созданий.
Глава 10. Катастрофа
Москва полнится необычайными слухами о нашествии змей-великанов, страусов и крокодилов. Профессору Персикову, который, как известно, газет не читает, об этом ничего не известно. Он возмущен другим обстоятельством – вместо давнишнего заказа на поставку яиц страуса и анаконды он получил огромную партию обычных куриных яиц.
Дело проясняется, когда в кабинет профессора вбегает перепуганный Иванов с газетой в руках: профессорский «заказ на змеиные и страусовые яйца переслали в совхоз, а куриные» – в институт. Осознав масштабы трагедии, Персикову становится плохо.
Глава 11. Бой и смерть
В Москве пылает «бешеная электрическая ночь»: народ в панике эвакуируется, конная армия безуспешно пытается остановить натиск огромных гадов.
Обезумевшая толпа врывается в институт, убивает профессора Персикова и поджигает здание.
Глава 12. Морозный бог на машине
Неожиданным спасением для Москвы и близлежащих территорий становятся небывалые доселе заморозки, которые держатся трое суток. «Остановить движения мерзких пресмыкающихся», перед которыми была бессильна армия, смог только сильный мороз.
Однако страна еще долго приходит в себя после страшного эксперимента Рокка: гниение «бесчисленных трупов крокодилов и змей» вызывает волну страшных эпидемий. Лишь к весне следующего года положение окончательно стабилизируется.
На месте разрушенного института возводят новое строение, и его директором становится профессор Иванов. Он безуспешно пытается воссоздать камеры с «лучом жизни»: этот секрет унес собой в могилу «покойный профессор Владимир Ипатьевич Персиков».
Заключение
В своем произведении Булгаков поднимает проблему вмешательства авторитарной власти в научный мир, не терпящий никакого насилия. Последствия грубого давления идеологии на науку могут быть самыми непредсказуемыми, но всегда – плачевными.
После ознакомления с кратким пересказом «Роковые яйца» рекомендуем прочесть повесть Булгакова полностью.
«Роковые яйца», краткое содержание по главам повести Булгакова
Краткое содержание
Глава 1. Куррикулюм витэ профессора Персикова
Началом «ужасающей катастрофы» можно считать вечер 16 апреля 1928 года, а ее причиной – профессора зоологии Владимира Ипатьевича Персикова, занимающего должность директора Московского зоологического института.
В свои 58 лет, пережив предательство жены, Владимир Ипатьевич жил скромной холостяцкой жизнью. Как и всем представителям научного сообщества, еду довелось вынести немало испытаний в послереволюционные годы. От продолжительного голода умерли не только все подопытные животные в институте, но даже «бессменный сторож института старик Влас». Читать лекции профессору приходилось при минусовой температуре в помещении, а из пяти комнат в его квартире ему оставили только две.
Профессор грозился уехать за границу, но обещания своего не сдержал. К 1928 году ситуация стала заметно улучшаться, и Персиков воспрянул духом.
Глава 2. Цветной завиток
Профессор рассматривает результат своих многочисленных экспериментов. Под микроскопом он наблюдает за амебами и замечает «цветной завиток, похожий на женский локон» – цветной пучок света, указывающий на то, что препарат не в фокусе.
Персиков хочет настроить освещение, но его рука на полпути замирает: профессорский глаз замечает под стеклом нечто удивительное. В состоянии крайнего замешательства он задергивает шторы, накрывает микроскоп стеклянным колпаком и покидает институт, бормоча себе под нос: «Ведь это сулит черт знает что такое!».
Глава 3. Персиков поймал
Профессор выясняет, что под действием тонкого красного луча, выпадавшего из цветного завитка, амебы стремительно размножались, а после – «яростно набрасывались друг на друга и рвали в клочья и глотали».
Чтобы повторить необычный эффект вне микроскопа, доцент Иванов берется соорудить особую систему зеркал и линз. Прибор готов и уже спустя два дня после проведения первого опыта на икре лягушек институт заполняется тысячами огромных квакающих существ. С большим трудом удается их «перебить ядами» и очистить помещение.
Глава 4. Попадья Дроздова
Слухи о необыкновенном «луче жизни» распространяются со стремительной скоростью по всей Москве. К профессору наведывается модный журналист Бронский с вечно бегающими глазами.
Невзирая на сопротивление Персикова, бойкий журналист задает ему вопросы и приходит к выводу, что сделанное им открытие «вызовет мировой переворот в животноводстве».
Статья тут же идет в печать, и на следующий день профессора начинают осаждать журналисты.
Глава 5. Куриная история
Тем временем в «уездном заштатном городке» Стекловске беда: начинается страшный куриный мор, за два дня выкосивший всех куриц в городе.
Профессора Персикова продолжают беспокоить журналисты, и «работать в такой обстановке было просто невозможно». Доведенный до крайней степени раздражения, Владимир Ипатьевич звонит на Лубянку и просит принять меры. Его уверяют, что «больше никто его не потревожит, ни в институте, ни дома».
Журналист Бронский сообщает профессору, не читающему газеты, о куриной эпидемии, и тот подключается к борьбе с ней.
Глава 6. Москва в июне 1928 года
Вся Москва увешана объявлениями о запрете употребления и продажи куриных яиц и куриного мяса. В простых столовых и дорогих ресторанах не сыщешь блюда с этими продуктами.
«Куриная» тема становится невероятно модной в столице, и ее на всякий манер обыгрывают не только в газетах, но даже в театрах и цирке.
Глава 7. Рокк
Спустя две недели куриный мор прекращается столь же неожиданно, как и начался. За это время «профессор Персиков совершенно измучился и заработался». Получив, наконец, возможность заниматься удивительным лучом, он ночи напролет проводит «у камеры и микроскопа».
По заданию правительства к профессору приходит Александр Семенович Рокк – директор совхоза «Красный луч». Он забирает из лаборатории экспериментальные камеры с лучом, оставив лишь одну, самую маленькую. Камеры нужны Рокку для восстановления куриного поголовья.
Глава 8. История в совхозе
Александр Семенович с помощниками устанавливает драгоценные камеры в бывшей оранжерее Шереметьевых. Он бережно укладывает в них яйца, присланные из-за границы. Смущает Рокка лишь то, что все они удивительно большие и грязные.
Рокк не может налюбоваться на «испещренные пятнами ярко-красные яйца», в которых уже на третий день чувствовалось пробуждение жизни. Впрочем, радость директора омрачается странным поведением животных: из окрестностей исчезают все птицы и лягушки, а собаки жалобно воют все ночи напролет.
День проходит «крайне возбужденно», поскольку Рокк не обнаруживает в камере ни целых яиц, ни долгожданных цыплят. Все отправляются на их поиски, во время которых на супругу Рокка нападает огромная змея и съедает ее.
Глава 9. Живая каша
Перед агентами ГПУ находится «седой трясущийся человек» – это Александр Семенович Рокк, на глазах которого мучительной смертью погибла жена.
Агенты предлагают Рокку съездить в совхоз для разбирательства, но старик в ужасе просит отвезти его в Москву. Решено, что директор – сумасшедший, которого напугал удав, сбежавший из цирка.
Агенты отправляются в «Красный луч» и перед их глазами открывается живописная картина. «Вся оранжерея жила как червивая каша»: гигантских размеров змеи ползают по полу, шипят и заворачиваются в клубки.
Агенты пытаются ретироваться, но становятся жертвами адских созданий.
Глава 10. Катастрофа
Москва полнится необычайными слухами о нашествии змей-великанов, страусов и крокодилов. Профессору Персикову, который, как известно, газет не читает, об этом ничего не известно. Он возмущен другим обстоятельством: вместо давнишнего заказа на поставку яиц страуса и анаконды он получил огромную партию обычных куриных яиц.
Дело проясняется, когда в кабинет профессора вбегает перепуганный Иванов с газетой в руках: профессорский «заказ на змеиные и страусовые яйца переслали в совхоз, а куриные» – в институт. Осознав масштабы трагедии, Персикову становится плохо.
Глава 11. Бой и смерть
В Москве пылает «бешеная электрическая ночь»: народ в панике эвакуируется, конная армия безуспешно пытается остановить натиск огромных гадов.
Обезумевшая толпа врывается в институт, убивает профессора Персикова и поджигает здание.
Глава 12. Морозный бог на машине
Неожиданным спасением для Москвы и близлежащих территорий становятся небывалые доселе заморозки, которые держатся трое суток. «Остановить движения мерзких пресмыкающихся», перед которыми была бессильна армия, смог только сильный мороз.
Однако страна еще долго приходит в себя после страшного эксперимента Рокка: гниение «бесчисленных трупов крокодилов и змей» вызывает волну страшных эпидемий. Лишь к весне следующего года положение окончательно стабилизируется.
На месте разрушенного института возводят новое строение, и его директором становится профессор Иванов. Он безуспешно пытается воссоздать камеры с «лучом жизни»: этот секрет унес собой в могилу «покойный профессор Владимир Ипатьевич Персиков».
Глава 2 Цветной завиток
Итак, профессор зажег шар и огляделся. Зажег рефлектор на длинном экспериментальном столе, надел белый халат, позвенел какими-то инструментами на столе…
Многие из тридцати тысяч механических экипажей, бегавших в 28-м году по Москве, проскакивали по улице Герцена, шурша по гладким торцам, и через каждую минуту с гулом и скрежетом скатывался с Герцена к Моховой трамвай 16, 22, 48 или 53-го маршрута. Отблески разноцветных огней забрасывал в зеркальные стекла кабинета и далеко и высоко был виден рядом с темной и грузной шапкой храма Христа туманный, бледный месячный серп.
Но ни он, ни гул весенней Москвы нисколько не занимали профессора Персикова. Он сидел на винтящемся трехногом табурете и побуревшими от табаку пальцами вертел кремальеру великолепного цейсовского микроскопа, в который был заложен обыкновенный неокрашенный препарат свежих амеб. В тот момент, когда Персиков менял увеличение с пяти на десять тысяч, дверь приоткрылась, показалась остренькая бородка, кожаный нагрудник, и ассистент позвал:
– Владимир Ипатьич, я установил брыжейку, не хотите ли взглянуть?
Персиков живо сполз с табурета, бросив кремальеру на полдороге, и, медленно вертя в руках папиросу, прошел в кабинет ассистента. Там, на стеклянном столе, полузадушенная и обмершая от страха и боли лягушка была распята на пробковом штативе, а ее прозрачные слюдяные внутренности вытянуты из окровавленного живота в микроскоп.
– Очень хорошо! – сказал Персиков и припал глазом к окуляру микроскопа.
Очевидно, что-то очень интересное можно было рассмотреть в брыжейке лягушки, где, как на ладони видные, по рекам сосудов бойко бежали живые кровяные шарики. Персиков забыл о своих амебах и в течение полутора часов по очереди с Ивановым припадал к стеклу микроскопа. При этом оба ученые перебрасывались оживленными, но непонятными простым смертным словами.
Наконец Персиков отвалился от микроскопа, заявив:
– Сворачивается кровь, ничего не поделаешь.
Лягушка тяжко шевельнула головой, и в ее потухающих глазах были явственны слова: «Сволочи вы, вот что…»
Разминая затекшие ноги, Персиков поднялся, вернулся в свой кабинет, зевнул, потер пальцами вечно воспаленные веки и, присев на табурет, заглянул в микроскоп, пальцы он наложил на кремальеру и уже собирался двинуть винт, но не двинул. Правым глазом видел Персиков мутноватый белый диск и в нем смутных бледных амеб, а посредине диска сидел цветной завиток, похожий на женский локон. Этот завиток и сам Персиков, и сотни его учеников видели очень много раз, и никто не интересовался им, да и незачем было. Цветной пучочек света лишь мешал наблюдению и показывал, что препарат не в фокусе. Поэтому его безжалостно стирали одним поворотом винта, освещая поле ровным белым светом. Длинные пальцы зоолога уже вплотную легли на нарезку винта и вдруг дрогнули и слезли. Причиной этого был правый глаз Персикова, он вдруг насторожился, изумился, налился даже тревогой. Не бездарная посредственность, на горе республике, сидела у микроскопа. Нет, сидел профессор Персиков! Вся жизнь, его помыслы сосредоточились в правом глазу. Минут пять в каменном молчании высшее существо наблюдало низшее, мучая и напрягая глаз над стоящим вне фокуса препаратом. Кругом все молчало. Панкрат заснул уже в своей комнате в вестибюле, и один только раз в отдалении музыкально и нежно прозвенели стекла в шкапах – это Иванов, уходя, запер свой кабинет. За ним простонала входная дверь. Потом уже послышался голос профессора. У кого он спросил – неизвестно.
– Что такое? Ничего не понимаю…
Запоздалый грузовик прошел по улице Герцена, колыхнув старые стены института. Плоская стеклянная чашечка с пинцетами звякнула на столе. Профессор побледнел и занес руки над микроскопом так, словно мать над дитятей, которому угрожает опасность. Теперь не могло быть и речи о том, чтобы Персиков двинул винт, о нет, он боялся уже, чтобы какая-нибудь посторонняя сила не вытолкнула из поля зрения того, что он увидал.
Было полное белое утро с золотой полосой, перерезавшей кремовое крыльцо института, когда профессор покинул микроскоп и подошел на онемевших ногах к окну. Он дрожащими пальцами нажал кнопку, и черные глухие шторы закрыли утро, и в кабинете ожила мудрая ученая ночь. Желтый и вдохновенный Персиков растопырил ноги и заговорил, уставившись в паркет слезящимися глазами:
– Но как же это так? Ведь это же чудовищно. Это чудовищно, господа, – повторил он, обращаясь к жабам в террарии, но жабы спали и ничего ему не ответили.
Он помолчал, потом подошел к выключателю, поднял шторы, потушил все огни и заглянул в микроскоп. Лицо его стало напряженным, он сдвинул кустоватые желтые брови.
– Угу, угу, – пробурчал он, – пропал. Понимаю. По-о-нимаю, – протянул он, сумасшедше и вдохновенно глядя на погасший шар над головой, – это просто.
И он вновь опустил шипящие шторы и вновь зажег шар. Заглянул в микроскоп, радостно и как бы хищно осклабился.
– Я его поймаю, – торжественно и важно сказал он, поднимая палец кверху, – поймаю. Может быть, и от солнца.
Опять шторы взвились. Солнце теперь было налицо. Вот оно залило стены института и косяком легло на торцах Герцена. Профессор смотрел в окно, соображая, где будет солнце днем. Он то отходил, то приближался, легонько пританцовывая, и наконец животом лег на подоконник.
Приступил к важной и таинственной работе. Стеклянным колпаком накрыл микроскоп. На синеватом пламени горелки расплавил кусок сургуча и края колокола припечатал к столу, а на сургучных пятнах оттиснул свой большой палец. Газ потушил, вышел и дверь кабинета запер на английский замок.
Полусвет был в коридорах института. Профессор добрался до комнаты Панкрата и долго и безуспешно стучал в нее. Наконец за дверью послышалось урчанье как бы цепного пса, харканье и мычанье, и Панкрат в полосатых подштанниках, с завязками на щиколотках предстал в светлом пятне. Глаза его дико уставились на ученого, он еще легонько подвывал со сна.
– Панкрат, – сказал профессор, глядя на него поверх очков, – извини, что я тебя разбудил. Вот что, друг, в мой кабинет завтра утром не ходить. Я там работу оставил, которую сдвигать нельзя. Понял?
– У-у-у, по-по-понял, – ответил Панкрат, ничего не поняв. Он пошатывался и рычал.
– Нет, слушай, ты проснись, Панкрат, – молвил зоолог и легонько потыкал Панкрата в ребра, отчего у того на лице получился испуг и некоторая тень осмысленности в глазах. – Кабинет я запер, – продолжал Персиков, – так убирать его не нужно до моего прихода. Понял?
– Слушаю-с, – прохрипел Панкрат.
– Ну вот и прекрасно, ложись спать.
Панкрат повернулся, исчез в двери и тотчас обрушился на постель, а профессор стал одеваться в вестибюле. Он надел серое летнее пальто и мягкую шляпу, затем, вспомнив про картину в микроскопе, уставился на свои калоши и несколько секунд глядел на них, словно видел их впервые. Затем левую надел и на левую хотел надеть правую, но та не полезла.
– Какая чудовищная случайность, что он меня отозвал, – сказал ученый, – иначе я его так бы и не заметил. Но что это сулит. Ведь это сулит черт знает что такое.
Профессор усмехнулся, прищурился на калоши и левую снял, а правую надел.
– Боже мой! Ведь даже нельзя представить себе всех последствий… – Профессор с презрением ткнул левую калошу, которая раздражала его, не желая налезать на правую, и пошел к выходу в одной калоше. Тут же он потерял носовой платок и вышел, хлопнув тяжелою дверью. На крыльце он долго искал в карманах спичек, хлопая себя по бокам, не нашел и тронулся по улице с незажженной папиросой во рту.
Ни одного человека ученый не встретил до самого храма. Там профессор, задрав голову, приковался к золотому шлему. Солнце сладостно лизало его с одной стороны.
– Как же раньше я не видал его, какая случайность. Тьфу, дурак, – профессор наклонился и задумался, глядя на разно обутые ноги, – гм… как же быть? К Панкрату вернуться? Нет, его не разбудишь. Бросить ее, подлую, жалко. Придется в руках нести. – Он снял калошу и брезгливо понес ее.
На стареньком автомобиле с Пречистенки выехали трое. Двое пьяненьких и на коленях у них ярко раскрашенная женщина в шелковых шароварах по моде 28-го года.
– Эх, папаша! – крикнула она низким сиповатым голосом. – Что ж ты, другую-то калошку пропил?
– Видно, в «Альказаре» набрался старичок, – завыл левый пьяненький, правый высунулся из автомобиля и прокричал:
– Отец, что, ночная на Волхонке открыта? Мы туда!
Профессор строго посмотрел на них поверх очков, выронил изо рта папиросу и тотчас забыл об их существовании. На Пречистенском бульваре рождалась солнечная прорезь, а шлем Христа начал пылать. Вышло солнце.
Глава 5. Куриная история
В небольшом городке Стекловске в куроводческой артели вдовы Дроздовой начинается куриный мор. Вскоре эпидемия перекидывается на соседские курятники, и через два дня в Стекловске не остается ни одной курицы.
Репортеры продолжают осаждать профессора Персикова и мешают ему работать. Последней каплей становится визит иностранного представителя, который предлагает ученому деньги и поддержку «одной страны». Злой Владимир Ипатьевич выгоняет иностранца и звонит на Лубянку. Оттуда являются специалисты, которые заверяют: более профессора никто не потревожит.
Но чрезвычайная ситуация с куриным мором заставляет Персикова включиться в борьбу с эпидемией.
Глава 7. Рокк
Уже через две недели эпидемия останавливается сама собой, несмотря на принятые меры: в Союзе не остается ни одной курицы. Комиссии по борьбе с куриной чумой быстро переименовывают в куроводческие. Совершенно измученный Персиков, которому не давали покоя все эти собрания и заседания, возвращается к исследованию «живых лучей».
К профессору приходит Александр Семенович Рокк, который назначен директором совхоза «Красный луч». По заданию правительства он вывозит новые большие камеры, оставляя Персикову для экспериментов одну маленькую. Цель Рокка – восстановить куриное поголовье.
Глава 11. Бой и смерть
Москва в панике. Эвакуируют музеи и золотовалютные запасы, улицы наводняют беженцы. Конная армия, аэропланы и танки напрасно пытаются остановить полчища змей и крокодилов, которые приближаются к столице.
Профессор Персиков сидит в своем кабинете. Его оставили все, кроме сторожа, экономки и охранника из ГПУ. Внезапно появляется разъяренная толпа с криками: «Ты выпустил гадов!» Люди вламываются в институт и убивают ученого. Вместе с ним погибает экономка и сторож. Толпа громит лаборатории и поджигает здание.
Глава 10. Катастрофа
Москва с самого утра полнится невероятными сообщениями: под Можайском появились полчища гигантских змей, крокодилов и страусов, которые плодятся с неимоверной быстротой. Но ужасающие новости до Персикова не доходят, поскольку он не читает газет. Профессор возмущен: пришел заказ из Германии, но в нем куриные яйца вместо яиц анаконды и страуса. Вбегает перепуганный Иванов с газетой. Он видит недовольного Персикова, ящики с яйцами и понимает, что произошло. Заказ профессора доставили Рокку. Вот откуда появилось несметное количество гигантских гадов.
Глава 1. Куррикулюм витэ профессора Персикова
Профессор зоологии Владимир Ипатьевич Персиков занимает должность директора Московского зоологического института. В свои 58 лет ученый все еще одинок. Его хозяйство ведет старая экономка Марья Степановна. Настоящая страсть Персикова – земноводные.