русские очень любят есть шашлыки автор
Винни Пух о похудении. Попурри шуточных стихов
Эпиграф:
«Кто ходит в гости по утрам,
тот поступает мудро!
А в гости вечером идёт дурак,
там всё сожрали утром!»
(Винни Пух)
*****
СОПЕЛКА ЛИХИХ 90-х!
Винни Пух идёт к сове утром, чтобы «нахаляву
подкрепиться» и поёт сопелку-пыхтелку:
Кто ходит в гости по утрам,
Тот поступает мудро.
То тут сто грамм, то там сто грамм,
На то оно и утро!
А в гости вечером идёт дурак,
Достанутся обглоданные кости!
Там всё сожрали утром гости!
Не соблюдаю строгих я диет,
Съел борща таз, ведро котлет!
Позавтракал, сел сразу за обед,
Подали Винни в миске винегрет,
Срочно шмат сала, окорок, паштет!
На сладкое всего один мешок конфет?
Кричу: «Я голодаю! Спасите! Помираю!
Куриный суп-лапшу без мёда презираю!».
Кто ходит в гости по утрам,
Тот поступает мудро.
То тут сто грамм, то там сто грамм,
На то оно и утро!
А в гости вечером идёт дурак,
Там всё сожрали утром!
ВИННИ ПУХ И ВСЕ, ВСЕ, ВСЕ В ЛИХИЕ 90-Е
(Юмореска)
ДУПЛО-ДОМ СОВЫ
Пух стучит лапой в дверь совы (Бум! Бум!):
— Сова, открывай! Рэкет пришел!
— Не мешай, Пух! У меня утечка мозгов! На ПМЖо в Совению еду!
И ослик Иа в Осло в Осляндию утекает мозгами к родственникам
на историческую родину!
Не хочет до страны Совении меня подвезти, уперся как осёл! Он в переходе
с кислой миной побирался весьма удачно, а тут рэкет – пчёлы-братки
в тельняшках матерые уголовники! Жуть! Чуть последние мозги Иа не
вышибли! У меня-то мозгов палата, я и считать и писать, а он только
ныть может и попрошайничать! Твой раритетный горшок новому русскому
продал и свой хвост как экзотический шнурок с этикеткой «вкл/выкл народного
артиста СССР ослика Иа» для торшера – это я ему посоветовала!
Пятачок увидел консервы и дико завизжал! Пух от страха «наделал
много шума» и влез в лаз подальше. Лиса примчалась на визг поросенка,
забрала импортный деликатес – консервы и цапнула Пуха за филейную
часть, желая ему помочь.
Пух влетел в нору… Скоро все, все – Пух, Пятачок, Кролик, Сова
и ослик сидели за праздничным столом…
«И я там был мёд, пиво пил…»…
*****
Я ГОЛОСУЮ ЗА СПОРТ!
Я за спорт и физкультуру,
Я за стройную фигуру!
Я за лыжи, я за санки,
За зарядку спозаранку!
Я за душ холодный в ванне…
Только дома на диване!
***
А Вы любите поездку на шашлыки? (по В. Ерофееву)
Русские очень любят есть шашлыки. Приедут на природу. Куда-нибудь на речку. Искупнутся. Повизжат в воде. Некоторые сразу утонут. А другие начинают священнодействовать. Шампуры. Шашлыки. Рыжики! Маслята! Ну, половина отравится. Остальные переебутся. Но зато весело. Под музыку из машины. По дороге домой все обычно молчат. Думают о своем. Так у русских заведено. Может, устали. А может, просто дремлют.
Энциклопедия русской души. В. Ерофеев
Где-то я уже это видел.
Ненавижу.
Нет в таких поездках для человека ничего доброго.
Не люблю это мероприятие. С моей точки зрения, на шашлыки ездят те, кому ебацца негде.
Ну да, когда я жила в Германии, один немец тоже любил делать шашлыки у себя на участке. Заметьте: дом частный, участок свой. Так его сосед подал на него в суд, потому что дым от мангала шел к нему на участок. Вся Германия праздновала победу над гнидами-соседями: любителю шашлыков разрешили устраивать их аж два раза в год. Ура, товарищи!
на хрена куда то ехать вышел в огород и нажарил
Русские очень любят есть шашлыки автор
Энциклопедия русской души
© Ерофеев В. В., текст, 2015
© Издание. Оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2015
Виктор Ерофеев родился в Москве, сын посла Советского Союза В.И. Ерофеева, окончил философский факультет МГУ (1970), аспирантуру ИМЛИ, кандидат филологических наук, работал в ИМЛИ АН СССР (в 1978 был принят, затем исключен как организатор альманаха «Метрополь»; восстановлен в 1988), член русского ПЕН-центра, общественного редсовета журнала «Иностранная литература», редколлегий журналов «Вестник новой литературы» и «Стрелец», вице-президент Европейского культурного клуба (с 1990), член комиссии по Государственным премиям при Президенте Российской Федерации (с 1977).
Энциклопедия русской души
Телохранители искоса смотрели телевизор. Я пил в компании людей, которым хорошо знакома криминальная обстановка в городе. Несмотря на интеллигентный экстерьер, я готов перепить самых крепких мужиков, и три-четыре бутылки водки за вечер не производят на меня особого воздействия, разве что утром немного чешется кожа на животе. Такая особенность не раз выручала меня, но иногда приводила к непредсказуемым последствиям, что, собственно, и случилось в ту ночь.
Человек во власти сияет нездешним светом. Его влиятельное лицо охвачено всполохами затяжного экстаза. В зале резало глаза от начальства. Перепившееся руководство силовых структур, вице-премьеры, вожди и гонители демократии, государственники, главные придурки, реваншисты и прочие кремлевские красавцы гудели.
– У меня бляха лучше твоей! – раздавались голоса.
Каждый мечтал о бляхе.
– Твоя бляха – вообще не бляха.
– Я получал в месяц по четыре бляхи.
– А у меня платиновая бляха, – сказал кто-то.
Все замолчали. А я спросил:
– Вы какую бляху имеете в виду?
Они покатились со смеху.
– У тебя что, вообще нет бляхи?
– Да нет у меня никакой бляхи! – обозлился я.
Под утро им всем захотелось вместе полететь в космос. «Летите, голуби», – подумал я. Они мне тоже предложили лететь, в качестве хроникера, были и другие, не менее достойные предложения. Кончилось тем, что один из них – кажется, самый толковый и что-то даже смыслящий в литературе – завел со мной разговор о тайной стороне родной жизни.
– Я тебя читал, и ты мне не нравишься, – начал он с нормальной предутренней откровенностью, со сбившимся галстуком на белой правительственной сорочке. – Но я тебе вот что скажу: это заколдованная страна.
Я понимающе хмыкнул.
– Бермудский треугольник в подметки не годится. Тут круче. Никакие реформы у нас не пройдут, – заверил меня ведущий реформатор.
Я молча верил ему на слово.
– Была мысль найти объединяющую идею. Нашлись только разъединяющие. – Он огляделся по сторонам. – Старик мешает.
– Найдите лучше, – сказал я.
– Я не об этом, – скорчился реформатор и даже сделал движение, чтобы уйти непонятым, но вместо того воскликнул:
Подошел какой-то пьяный Пал Палыч. По виду – силовик. С болтающейся от горьких раздумий челюстью. В штатском.
– Скажи ему про старика. Он не верит.
Силовик испуганно посмотрел на начальство.
– Ну, говори, раз начал, – твердо сказал реформатор.
– Мы называем это передвижной черной дырой, – поежился силовик. – Или воронкой. Короче, хренотень.
– Закон исчезновения энергии, – пояснил реформатор.
Я радостно приветствую разговоры о всякой нечисти, но только не от пьяной власти.
– Метафоры, – подсказал я.
– Встреться с ним, – предложил реформатор.
– Со стариком. Пал Палыч организует.
– Засасывает, – скислился Пал Палыч, показывая плохие зубы вперемежку с золотыми. – Хуже тарелки.
– Я не работаю на правительство, – примирительно предупредил я.
– Личная просьба, – подчеркнул реформатор.
Бывает, сидишь на балконе, пьешь чай, ведешь беседу с друзьями, спокойно, весело на душе, ничто не предвещает беды, как вдруг потемнеет в глазах, почернеет в природе, поднимутся враждебные вихри, послышится топот, в секунду все сметено, все в миг окровавится. Нет больше тебе ни чая, ни грез, ни друзей. За чаем выстраиваются километровые очереди, балкон обвалился, друзья обосрались от ужаса жизни.
И думаешь посреди всего этого великолепия:
– Спасибо, Боже, за науку, спасибо за испытания.
Наутро проснулся, как от толчка, с отчетливым чувством: я – враг народа. Лампа подозрительно качалась под потолком. Я подумал: все-таки перепил. От возбуждения при встрече с властью. Мы все только делаем вид, что власть нас не волнует. Обеспокоенный, спрыгнул с кровати к зеркальному шкафу, ударил заспанное лицо по щекам. Из зеркала на меня хмуро глянула неумытая морда врага народа.
Я и раньше, если по-честному, не был народным братом-сватом, не рыдал от сознания принадлежности. Мне знакомы минуты недоверчивого принюхивания к народу, даже приступы тошноты. Но я с этим справлялся и жил дальше, как все, с тупой надеждой на что-то.
Теперь все сделалось по-другому. Я снова лег, заснул в тоске, спал долго, без снов, проснулся в полдень: опять – враг народа. Но не в том дедовском смысле, будто я – контра. Или: меня оклеветали. Я никогда не верил в невинность жертв: человек вечно чем-нибудь недоволен, и это всплывает. Но я ощутил всем своим существом, что я не объявленный, а сам собой объявившийся враг народа; такое необратимо.
Что это за состояние? Я бы не взялся описать его досконально. Оно только-только вошло в меня и заполнило. Его не обозначишь пламенной ненавистью, когда хочется орать и все перечеркивать. Бешенство – расхожее объяснение в чувствах. Казни – это вообще love story. Здесь же было, как после бури. Осенний ветер ласково теребил занавески. В наступившей прохладности ощущений крепло презрение. Неторопливое, неогненное чувство.
Мне хотелось задавить его спортом и равнодушием. Я сел в машину, чтобы побегать на Воробьевых горах свои положенные сорок минут. Бежал трусцой и думал: смирись. Смирись: вот гроздья рябины. Река, баржа, трибуны, колокольня – смирись. Меня обдали потом немолодые офицеры, сдававшие рутинный зачет на выносливость – зажми нос и смирись. Возле их финиша ко мне метнулась штабная крыса с криком:
– Опять ты последний!
– Хуже, чем последний! – сказал я полковнику, сходя с дистанции.
Я – враг народа. Чувство не из приятных, нечем гордиться. В состав презрения входит, скорее, не высокомерие, а безнадежность. Размышляя, я пришел к выводу, что у меня даже нет информационного повода. Вчера, на прошлой неделе русские не сделали ничего чрезвычайного. Не выплыли (хотя руки чесались) на середину реки на «Авроре», не перерезали (хотя могли) младенцев. Жили как жили, пили пиво, но я уже с этим не мог смириться.
Это не значит, что я воспылал нелюбовью к конкретным людям: сдержанному дяде Сереже из Питера, которого я давно не видел и, боюсь, не узна́ю в лицо; Зое Ефимовне, которой всю жизнь нравились стихи Маяковского; моим двоюродным сестренкам Белке и Стрелке, живущим в разных городах и обзаведшимся неведомыми мне детьми; обнищавшей бухгалтерше, гигантских размеров тете Славе, которая время от времени прокуренным голосом просит по телефону похоронить ее за мой счет. Толстой по-прежнему оставался автором «Войны и мира». Во всяком случае, на первых порах столпы России пребывали на своих местах.
Метаморфозе подверглось всего-то-навсего одно местоимение, затертое словечко, однако «мы» – Николай Второй русской лексики. Напрасно думать, будто наше «мы» состоит из сложения самозначимых «я». Русское «я» как элемент не жизнестойко и обретается исключительно в семейственной молекуле. Выходит, не «я» формирует идею «мы», но «мы» манифестно и речетворно. «Мы» плодит ублюдочных «я», как мелкую картошку. Все силы русского правописания – на стороне «мы», и сколько бы литературных терзаний ни вкладывать в развитие «я», они не окупятся за недостатком грамматических резервов. Взять, для примера, подсознательное мыканье Платонова и сопротивленческое яканье Набокова, чтобы увидеть разность потенциалов. На «мы» можно гавкать, как Замятин, над «мы» можно хихикать, как Олеша, но «мы» имеет самодержавное качество, известное под именем «народ».
Коньячок под шашлычок Голосование.
Здравствуйте, уважаемые авторы!
Начинаем голосование на конкурсе Короткой Строкой КОНЬЯЧОК ПОД ШАШЛЫЧОК.
На конкурс принято 24 стихотворения, значит, у каждого по 24 балла. Эти баллы (24!! не больше и не меньше) надо распределить между 24 стихотворениями, но не более 5 баллов за одно стихотворение.
ВНИМАНИЕ. Предлагаю понравившемуся вам стихотворению за интересную необычную идею присуждать КРЕАТИВ. Стихотворение, набравшее больше всего креативов, получит приз!
Любой участник может установить свой собственный приз зрительских симпатий любому понравившемуся стихотворению.
За свои стихи голосовать нельзя. Голосуют все желающие. Для участников конкурса голосование обязательно, непроголосовавший участник лишается трёх баллов от итогового количества.
Свои шорт-листы с баллами располагаем в рецензиях.
Голосование клонов засчитано не будет.
Голосование закончится в воскресенье, 8 июля в 21-00 по московскому времени. Не пропустите подведение итогов. После подведения итогов объявлю новую тему
А это наши произведения:
Мы с любимой в том лесу
Стали жарить колбасу.
Нашли сучок. Похож на штык!
Вот и жареный шашлык.
Под бутылку коньяка
Разомлели мы слегка…
Что там было! Ё-мое!
Попу съело комарье.
Река, природа, соловьи,
Пикник у свадебной семьи.
Вот сват со сватьей «тет а тет»
И свекор тещей разогрет.
Шашлык дымится. Красота!
Сапог торчит из-под куста,
Жених невесту уже трет.
А дед в тихую водку пьет.
Его нарежем поперёк волокон.
Шашлык исходит запахом и соком.
И синий лук, малиновый томат
На шампурах кружатся все в истоме.
Вдруг крик, как ледяной воды ушат:
«О ужас! Мы коньяк забыли дома!»
Ласковый вечер и берег пруда,
Громко трещит костерок.
Прутик и хлеба кусок.
Брошен брусничника лист,
Запах картошки, печёной в золе.
Сказка с названием Жизнь.
Кружка пива – класс шестой. Аттестат – вино рекой.
«Пей!» – друзья со всех сторон – и абсент, и самогон.
Свадьба – водка и коньяк, без шампанского – никак.
Сын родился! – Пьём! Ура! – бочка пива до утра.
Без закуски – самогон. Бомж. Прогул. С работы – вон.
Джин за шиворот течёт. Бум! – фингал. С женой развод.
С горя – брага или «ёрш» – против доли не попрёшь.
Пиво, водка, огуречик… Вот и спился человечек.
«Звонок жене на дачу»
Прошедшему конкурсу «Пить или не пить» посвящается.
Дружеская шутка.
— Родная, знаешь, у Миколы
Я пьяный конкурс проиграл.
Молчание. Потом с приколом:
— На сколько ж литров ты отстал?
На шампурах мясцо шкворчит,
Алеют угли и закат,
Коньяк по рюмочкам разлит,
Июня пьяный аромат…
Присядь со мной, глаза прикрой.
Ладонь приятно холодна.
А говорят: была любовь…
Да, есть она!
Да, здесь она…
Эти горе-рыбаки
Порассселись вдоль реки,
Из-за этих дуремаров Негде жарить шашлыки.
Эти горе-грибники
Налегли на коньяки,
из-за них сбежала рыба От окрестностей реки.
Не грибник и не рыбак
Я гуляю просто так.
Душа мальчишки навека
осталась в теле старика,
но где тот лес и где река,
в густой туман одетая.
Кефирчик вместо коньяка,
котлетка вместо шашлыка,
и грелка вместо костерка,
и. клизма вместо ЭТОГО.
Привычно дело: шашлычок
Пропитан маринадом.
К нему и перец, и лучок.
Для счастья много ль надо?
Готов для пиршества мангал,
И в шашлыке шампуры.
Лишь коньячок ждет свой сигнал
Для важной процедуры.
раз пригласил на шашлычок
меня заезжий морячок.
поставив мясо на мангал,
меня он нежно целовал.
Да, любит русский мужичок
Съесть шашлычок под коньячок,
И потому по выходным
Гуляет светло-сизый дым
Легко над дачными домами,
Напиток, пахнущий клопами,
Разлит, в дом вносят шампура
Под крики дружные «Ура!»
Взямши в Гастрономе уголь
Две куриные ноги
Я забрел в медвежий угол
У завьюженной реки.
Зажевал ногой стакан
Вот и весь мой ресторан.
Ну что сказать, про шашлычок
Не помешает здесь коньячок
Пускай не хватит вам шашлыка
Хватило, только бы, коньяка
Кто любит шашлык, тот поймёт
Шашлык не шашлык, тогда
Когда, у нас гость не пьёт
Под него, твоего коньяка
Как не сказать спасибо коньяку
Он вкус особый дарит шашлыку
Коль в маринаде, капля коньяка
Тебя не оторвать от шашлыка
И среди прочих достоинств коньяка
Есть не маловажная одна его черта
Коньяк везде и всем, во всём хорош
Когда ты пьёшь его, когда не пьёшь
Но если будет он подан к шашлыку
То, за уши тебе, навряд ли оттащу
Гимн бутылке.
Когда бушует ветер меж верхушек сосен, и дождь холодный капает с ветвей.
Не говори, что это «чертова погода», а лучше водки в стопочку налей.
Когда на улицу не сунет пес и носа, а в русской баньке жарко от печей.
Не говори, что жизнь полна вопросов, плесни в бокалы пиво, да похолодней.
Не важно сколько на дворе, плюс или минус. Приятно посидеть в компании друзей.
И поддержать беседу, да температуру тела. чтоб было 36.6 своих, плюс энное количество на ней.
(на бутылке)
Шашлыки
Виктор Ерофеев про русскую душу
Виктор Владимирович Ерофеев, «русский писатель», автор и ведущий программы «Апокриф» на телеканале «Культура». Виктор Ерофеев — член Русского ПЕН-центра. Лауреат премии имени В. В. Набокова (1992), кавалер французского Ордена литературы и искусства (2006). Живет в Москве. Жена – фотограф Женя Дюрер, занята в программе «Апокриф» и других телепроектах. От первого брака 32-летний сын Олег, возглавляет издательский бизнес и печатает книги отца.
Несколько отрывков из книги «Энциклопедия русской души»:
…Русских надо держать в кулаке, в вечном страхе, давить, не давать расслабляться. Тогда они складываются в народ и кое-как выживают. Консерваторы всегда звали подморозить Россию. Русских надо пороть. Особенно парней и девушек. Приятно пороть юные попы. В России надо устраивать публичные казни. Показывать их по телевизору. Русские любят время от времени поглядеть на повешенных. На трупы. Русских это будоражит.
…Еду в метро и чувствую, что мне противна эта потная сволочь. Инертная, покорная, прыщавая шваль.
Хочу ли я, чтобы Россия распалась на куски?
Чтобы Татария отделилась от Мордовии?
Чтобы Волга высохла?
Чтобы судорога прошла по Сибири?
Чтобы кончился балаган?
Хочу!
Хочу!…
…Русские очень любят есть шашлыки. Приедут на природу. Куда-нибудь на речку. Искупнутся. Повизжат в воде. Некоторые сразу утонут. А другие начинают священнодействовать. Шампуры. Шашлыки. Рыжики! Маслята! Ну, половина отравится. Остальные переебутся. Но зато весело. Под музыку из машины. По дороге домой все обычно молчат. Думают о своем. Так у русских заведено. Может, устали. А может, просто дремлют.
На самом деле обычный человек, вполне адекватный, исправно ведёт свою захудалую передачку на госканале. Я думаю, просто внимания ему не хватает, вот и добивается как умеет.
Этот человек всю жизнь отдал литературе. И он хотел, он очень старался, чтобы стать в один ряд с великими, но, разумеется, не смог даже приблизиться. Просто не рождён летать. Но всё же у него хватило ума осознать, насколько убогой была его попытка, и он, что называется, пустился во все тяжкие.
Когда он умрёт, его забудут через месяц. А его засранную книжонку разве что алкаш, похмельем терзаемый, понесёт сдавать в макулатуру. Или в сортире какой-нибудь колхозник, мучаясь поносом, пролистнёт заскорузлыми пальцами разваливающиеся страницы из низкосортной бумаги.
Ну и тех, кому его творчество «доставляет», скорее всего не лучше судьба ждёт.
Розы рвать как-то уж слишком
Благотворительность
Пришли с супругой на кассу с покупками. Выгружаем из тележки, впереди дама в возрасте все уже выгрузила,и спрашивает у супруги-вы мне карту магазина не одолжите?
Супруга-без проблем, но она на телефоне. Как ваша очередь подойдёт, я вам проведу.
Так и сделали. Дальше пробили свои покупки, а дама стоит чуть в стороне от кассы. Уже начинаем двигаться в сторону парковки, она нас догоняет и говорит- а вы мне не хотите вернуть 56 рублей, которые вам зачислились на карту?
Вот честно, пора прекращать заниматься благотворительностью.
Умный пёсик
Недовыдалось
Законопроект
Законопроект запрещающий СМИ сообщать национальность
Школа рецептов
Перцовый баллончик иногда помогает
Как вас теперь называть?
У расчленёнки нет региональной принадлежности!
