рябинник для меня почти всегда синоним и как бы олицетворение
Трава :: Солоухин Владимир Алексеевич
Тмин семидесяти сантиметров ростом надо считать из ряда вон выходящим. На открытом же, притоптанном скотиной месте, вроде нашей горы, он поддерживает ту самую «вуаль» своего цветения на высоте чуть-чуть повыше обыкновенного школьного карандаша.
Должны были приехать друзья, и мне понадобилось три горсти тминных семян, чтобы приготовить настойку. Однако, как и во всяком деле, когда ходишь просто так, кажется – вся земля засеяна тмином, но когда надо насобирать, он куда-то весь исчезает.
– Ступай на место бывшего вашего залога.
– Как же? Дедушка Алексей Митрич, бывало, идет по дороге, увидит тмин, сощипнет – и в карман. А потом на своем залоге рассеет. Подсевал, значит. От тмина и сено душистее, коровы с аппетитом едят, и молоко полезнее, и так, если понадобится, в огурцы, в капусту, в графинчик. А то и в хлеб добавляли…
Я подумал, что насчет дедушки – фантазия моего соседа, но придя на место, где раньше был наш залог, я действительно увидел изобилие тмина, оттесненного, правда, тракторными и автомобильными колеями, буграми и ямами, и тотчас насобирал несколько горстей его замечательных, душистых и целебных семян.
Хотя и случайно, но так и получилось, что подсевал дедушка для своего внука.
Берем Махлаюка: «Пижма обыкновенная. Народные названия: полевая рябина (большинство областей РСФСР), трилистник (Сибирь), горлянка (Тульская, Воронежская обл.), девясильник желтый (Пермская, Кировская обл.), маточник (Воронежская обл.), пижма дикая, горлинка (УССР)…»
Ну, во-первых, если уж говорить о народных названиях, то вряд ли кто именно так и скажет по-книжному: «полевая рябина». Получилось бы очень искусственное, неточное название.
Скажут (в большинстве областей РСФСР) не полевая рябина, а рябинник. И в этом есть тонкость. Пусть не садовая, не черноплодная, не невеженская, не лесная, не гранатовая – полевая, но все-таки никаких ягод. Правда, что листья этой травы немного похожи на рябиновые, а кисть цветов похожа на желтую рябиновую кисть. То есть, значит, цветы похожи на ягоды. Ну, значит, и есть рябинник. Трава, напоминающая рябину.
Что касается названия «пижма», то я за сорок семь лет своего существования на земле ни разу не слышал этого слова из уст других людей, но исключительно читая в книгах. Вероятно, оно употребляется только на Украине и в более южных российских областях.
Мое лирическое отношение к этой траве вполне объяснимо. Рябинник для меня почти всегда синоним и как бы олицетворение тревожной грусти. Это позднелетний, предосенний цветок. Когда растут васильки и ромашки, колокольчики, незабудки, купальницы и ночные фиалки, когда небо звенит жаворонками, а ольховые кусты около реки соловьями, когда кажется, что лето длится долго, если не всегда, и что все еще впереди, рябинник тогда только набирает листву, кустится, не бросаясь в глаза пешеходу и не оказывая никакого влияния на его настроение. Когда же рябинник достигает своей метровой высоты и распустит ярко-желтые кисти своих цветов, обозначив собой все тропинки, дороги, межи, края полей, канавы, границы сельских кладбищ, тогда поздно думать о лете, надо считать, что оно прошло. Расцветает рябина для лета как приговор, как запоздалый диагноз распространенной теперь болезни, когда уж ничем нельзя помочь, даже и радикальным ножом хирурга.
Нет, вокруг еще много тепла и света, еще нет никаких очевидных признаков осени, холодных ветров, моросящих дождей, черной земли, черной темени. Все сияет, зеленеет, золотеет, дышит зноем, утопает в небесной лазури. Но сердце над расцветшим рябинником знает уже вопреки бездумному летнему полдню, что где-то в очень большой глубине природа дрогнула, надорвалась, надломилась и песенка, как ни грустно, спета.
Сколько бы мы ни убеждали широкие массы трудящихся, что они совершают
грубую ошибку, называя ромашками цветы, кото-рые на самом деле называются
поповником, мы не заставим их отказаться от первичного, освященного веками и
даже искусст-вом (песнями, во всяком случае), представления о ромашке как о
крупном цветке с желтой плоской серединкой и с крупными белы-ми лепестками
по краям.
«Давай погадаем на поповни-ке?» Так, что ли? «И не выросла еще та
ромашка, на которой я тебе погадаю». «И не вырос на земле тот поповник. «
Нет уж, пусть лучше все мы оши-баемся, но останемся с ромашкой.
А между тем книга пишет о цветке, на котором мы гадаем, обрывая белые
лепестки, что у него, у этого цветка, «цветочные корзинки одиночные,
крупные, белые, похожие на ромашку». Вот как. Лишь похожие на ро-машку.
Но товарищи и дорогие друзья! В конце концов назва-ния цветам даем мы,
люди, не зная, как они называются на самом деле. В конце концов мы
переименовываем целые города. Так ли уж сложен, даже с точки зрения чистой
науки, вопрос—считать поповник разновидностью ромаш-ки и наряду с другими
разновидностями, с ромашкой ап-течной, душистой, долматской, римской,
собачьей, непаху-чей, розовой и мясокрасной, писать еще, скажем, ромашка
крупная?
Интересен в связи с ромашкой (простите, с поповни-ком) еще и такой
вопрос. Если все в природе целесообраз-но (а так оно и есть), то мы,
встречаясь с каким-нибудь явлением, всегда вправе спросить: а зачем?
— Зачем дереву листья?
— Чтобы улавливать солнечную энергию и углерод, чтобы выделять
кислород, чтобы испарять влагу, чтобы осуществлять фотосинтез.
— Зачем растению корень?
— Чтобы устойчиво держаться в почве и усваивать из почвы нужные
вещества.
— Зачем тычинки и пестики?
— Тычинки вырабатывают пыльцу, а пестик является женским органом
размножения.
— Зачем одуванчику парашютик, клену крылышки, ре-пейнику
колючки-зацепки, ковылю пушистая ость, земля-нике сладкие сочные плоды?
— Чтобы удобнее распространять по белому свету свои семена.
— Зачем цветам аромат?
— Вопрос неясный и спорный. Последние опыты пока-зывают, что в
приманке насекомых он играет третьестепен-ную роль. Высказывались
предположения, что он предох-раняет цветы от озябания, но цветы пахнут и в
жаркое вре-мя. Можно предполагать, что аромат создает вокруг цветка
микроклимат, микросферу (нечто вроде скафандра), но многие цветы не пахнут и
тем не менее прекрасно себя чув-ствуют в земных условиях. Если цветы влияют
на своих соседей и либо угнетают, либо поощряют их, то, может быть, не
последнюю роль в этом играет аромат цветов? А может быть, это средство связи
между цветами? Может быть, обычный экземпляр ночной фиалки лучше себя
чув-ствует и лучше растет, если знает, что неподалеку на зем-ле растут
другие экземпляры этого же вида? Одним сло-вом, вопрос неясный и спорный.
— А зачем поповнику (то есть ромашке) белые длин-ные лепестки?
— На этот вопрос ответа нет.
— Архитектурное излишество? Чистое искусство? Не-известная нам
необходимость? Не знаем.
Если приманивать насекомых, то одуванчик—ведь желтый—делает это
лучшим образом. Да и мало ли жел-тых цветов, к которым прилетают пчелы,
шмели, мухи, ба-бочки. Ромашка вполне могла бы обойтись своей желтой
серединкой. Ведь это и есть ее цветы, а про белые лепестки говорится, что
они хотя и пестиковые (по происхождению), но ложные и в процессе размножения
никакого участия не принимают.
В природе много разных загадок. Так, например, мно-гие поколения ученых
пытаются разгадать, почему кукуш-ка откладывает яйца в чужие гнезда. Зачем
птицы совер-
Книги онлайн
«Трава»
Мое лирическое отношение к этой траве вполне объяснимо. Рябинник для меня почти всегда синоним и как бы олицетворение тревожной грусти. Это позднелетний, предосенний цветок. Когда растут васильки и ромашки, колокольчики, незабудки, купальницы и ночные фиалки, когда небо звенит жаворонками, а ольховые кусты около реки соловьями, когда кажется, что лето длится долго, если не всегда, и что все еще впереди, рябинник тогда только набирает листву, кустится, не бросаясь в глаза пешеходу и не оказывая никакого влияния на его настроение. Когда же рябинник достигает своей метровой высоты и распустит ярко-желтые кисти своих цветов, обозначив собой все тропинки, дороги, межи, края полей, канавы, границы сельских кладбищ, тогда поздно думать о лете, надо считать, что оно прошло. Расцветает рябина для лета как приговор, как запоздалый диагноз распространенной теперь болезни, когда уж ничем нельзя помочь, даже и радикальным ножом хирурга.
Нет, вокруг еще много тепла и света, еще нет никаких очевидных признаков осени, холодных ветров, моросящих дождей, черной земли, черной темени. Все сияет, зеленеет, золотеет, дышит зноем, утопает в небесной лазури. Но сердце над расцветшим рябинником знает уже вопреки бездумному летнему полдню, что где-то в очень большой глубине природа дрогнула, надорвалась, надломилась и песенка, как ни грустно, спета. Цветы рябинника на земле как крик журавлей в небе, как желтый лист, вдруг упавший на речную воду при внезапном и сильном порыве ветра.
А казалось бы – мощное, пышущее здоровьем растение, не томный цветочек, не худой стебелек, сгибаемый ветром так и сяк.
Зацветает рябинник. Не успели оглянуться, уже зацветает рябинник. Не успеешь оглянуться, как уже торчат из-под снега его сухие темные стебли. Ведь если торчит из-под снега какая-нибудь трава, то в первую очередь рябинник. И зимний ветер тихонько звенит в его пересохших ломких стеблях, и птички шелушат его почерневшие кисти, роняя на снег мелкий мусор и мелкие, как пыль, семена.
Сколько бы мы ни убеждали широкие массы трудящихся, что они совершают грубую ошибку, называя ромашками цветы, которые на самом деле называются поповником, мы не заставим их отказаться от первичного, освященного веками и даже искусством (песнями, во всяком случае), представления о ромашке как о крупном цветке с желтой плоской серединкой и с крупными белыми лепестками по краям.
Копирование материалов сайта www.4italka.ru
допускается только с письменного разрешения
администрации сайта.
Рябинник для меня почти всегда синоним и как бы олицетворение
Хотя и случайно, но так и получилось, что подсевал дедушка для своего внука.
Берем Махлаюка: «Пижма обыкновенная. Народные названия: полевая рябина (большинство областей РСФСР), трилистник (Сибирь), горлянка (Тульская, Воронежская обл.), девясильник желтый (Пермская, Кировская обл.), маточник (Воронежская обл.), пижма дикая, горлинка (УССР)…»
Ну, во-первых, если уж говорить о народных названиях, то вряд ли кто именно так и скажет по-книжному: «полевая рябина». Получилось бы очень искусственное, неточное название.
Скажут (в большинстве областей РСФСР) не полевая рябина, а рябинник. И в этом есть тонкость. Пусть не садовая, не черноплодная, не невеженская, не лесная, не гранатовая — полевая, но все-таки никаких ягод. Правда, что листья этой травы немного похожи на рябиновые, а кисть цветов похожа на желтую рябиновую кисть. То есть, значит, цветы похожи на ягоды. Ну, значит, и есть рябинник. Трава, напоминающая рябину.
Что касается названия «пижма», то я за сорок семь лет своего существования на земле ни разу не слышал этого слова из уст других людей, но исключительно читая в книгах. Вероятно, оно употребляется только на Украине и в более южных российских областях.
Мое лирическое отношение к этой траве вполне объяснимо. Рябинник для меня почти всегда синоним и как бы олицетворение тревожной грусти. Это позднелетний, предосенний цветок. Когда растут васильки и ромашки, колокольчики, незабудки, купальницы и ночные фиалки, когда небо звенит жаворонками, а ольховые кусты около реки соловьями, когда кажется, что лето длится долго, если не всегда, и что все еще впереди, рябинник тогда только набирает листву, кустится, не бросаясь в глаза пешеходу и не оказывая никакого влияния на его настроение. Когда же рябинник достигает своей метровой высоты и распустит ярко-желтые кисти своих цветов, обозначив собой все тропинки, дороги, межи, края полей, канавы, границы сельских кладбищ, тогда поздно думать о лете, надо считать, что оно прошло. Расцветает рябина для лета как приговор, как запоздалый диагноз распространенной теперь болезни, когда уж ничем нельзя помочь, даже и радикальным ножом хирурга.
Нет, вокруг еще много тепла и света, еще нет никаких очевидных признаков осени, холодных ветров, моросящих дождей, черной земли, черной темени. Все сияет, зеленеет, золотеет, дышит зноем, утопает в небесной лазури. Но сердце над расцветшим рябинником знает уже вопреки бездумному летнему полдню, что где-то в очень большой глубине природа дрогнула, надорвалась, надломилась и песенка, как ни грустно, спета. Цветы рябинника на земле как крик журавлей в небе, как желтый лист, вдруг упавший на речную воду при внезапном и сильном порыве ветра.
А казалось бы — мощное, пышущее здоровьем растение, не томный цветочек, не худой стебелек, сгибаемый ветром так и сяк.
Зацветает рябинник. Не успели оглянуться, уже зацветает рябинник. Не успеешь оглянуться, как уже торчат из-под снега его сухие темные стебли. Ведь если торчит из-под снега какая-нибудь трава, то в первую очередь рябинник. И зимний ветер тихонько звенит в его пересохших ломких стеблях, и птички шелушат его почерневшие кисти, роняя на снег мелкий мусор и мелкие, как пыль, семена.
Сколько бы мы ни убеждали широкие массы трудящихся, что они совершают грубую ошибку, называя ромашками цветы, которые на самом деле называются поповником, мы не заставим их отказаться от первичного, освященного веками и даже искусством (песнями, во всяком случае), представления о ромашке как о крупном цветке с желтой плоской серединкой и с крупными белыми лепестками по краям.
«Давай погадаем на поповнике?» Так, что ли? «И не выросла еще та ромашка, на которой я тебе погадаю». «И не вырос на земле тот поповник…» Нет уж, пусть лучше все мы ошибаемся, но останемся с ромашкой.
А между тем книга пишет о цветке, на котором мы гадаем, обрывая белые лепестки, что у него, у этого цветка, «цветочные корзинки одиночные, крупные, белые, похожие на ромашку». Вот как. Лишь похожие на ромашку.
Но товарищи и дорогие друзья! В конце концов названия цветам даем мы, люди, не зная, как они называются на самом деле. В конце концов мы переименовываем целые города. Так ли уж сложен, даже с точки зрения чистой науки, вопрос — считать поповник разновидностью ромашки и наряду с другими разновидностями, с ромашкой аптечной, душистой, долматской, римской, собачьей, непахучей, розовой и мясокрасной, писать еще, скажем, ромашка крупная?
Интересен в связи с ромашкой (простите, с поповником) еще и такой вопрос. Если все в природе целесообразно (а так оно и есть), то мы, встречаясь с каким-нибудь явлением, всегда вправе спросить: а зачем?
— Зачем дереву листья?
— Чтобы улавливать солнечную энергию и углерод, чтобы выделять кислород, чтобы испарять влагу, чтобы осуществлять фотосинтез.
— Зачем растению корень?
— Чтобы устойчиво держаться в почве и усваивать из почвы нужные вещества.
— Зачем тычинки и пестики?
— Тычинки вырабатывают пыльцу, а пестик является женским органом размножения.
— Зачем одуванчику парашютик, клену крылышки, репейнику колючки-зацепки, ковылю пушистая ость, землянике сладкие сочные плоды?
— Чтобы удобнее распространять по белому свету свои семена.
— Зачем цветам аромат?
— Вопрос неясный и спорный. Последние опыты показывают, что в приманке насекомых он играет третьестепенную роль. Высказывались предположения, что он предохраняет цветы от озябания, но цветы пахнут и в жаркое время. Можно предполагать, что аромат создает вокруг цветка микроклимат, микросферу (нечто вроде скафандра), но многие цветы не пахнут и тем не менее прекрасно себя чувствуют в земных условиях. Если цветы влияют на своих соседей и либо угнетают, либо поощряют их, то, может быть, не последнюю роль в этом играет аромат цветов? А может быть, это средство связи между цветами? Может быть, обычный экземпляр ночной фиалки лучше себя чувствует и лучше растет, если знает, что неподалеку на земле растут другие экземпляры этого же вида? Одним словом, вопрос неясный и спорный.
— А зачем поповнику (то есть ромашке) белые длинные лепестки?
— На этот вопрос ответа нет.
— Архитектурное излишество? Чистое искусство? Неизвестная нам необходимость? Не знаем.
Если приманивать насекомых, то одуванчик — ведь желтый — делает это лучшим образом. Да и мало ли желтых цветов, к которым прилетают пчелы, шмели, мухи, бабочки. Ромашка вполне могла бы обойтись своей желтой серединкой. Ведь это и есть ее цветы, а про белые лепестки говорится, что они хотя и пестиковые (по происхождению), но ложные и в процессе размножения никакого участия не принимают.
В природе много разных загадок. Так, например, многие поколения ученых пытаются разгадать, почему кукушка откладывает яйца в чужие гнезда. Зачем птицы совершают перелеты почти через весь земной шар? Не меньшую загадку представляют неожиданные, фантастические миграции некоторых грызунов, когда несметные полчища леммингов устремляются даже в океан, где гибнут.
Секрет, подобный ромашкиному, не столь вопиющ, из ряда вон выходящ и очевиден. Он как бы незаметен на скользящий поверхностный взгляд, но он такой же правомочный секрет, в ряду других секретов, которые природа нам преподносит.
Счастливая случайность для нас, что ромашки цветут яркими белыми лепестками. Представьте себе, сколько бы мы потеряли, если бы это растение спохватилось и решило избавиться от праздного украшательского излишества и цвело бы только желтыми плотными, похожими на пуговицы, лепешечками. Кошмар!
С ромашкой связано и еще одно мое ощущение. Красив и пышен цветок хризантемы, а я его не очень люблю. Я знаю, что хризантема так или иначе, рано или поздно выведена, произошла от ромашки. Поэтому, когда я держу в руках мохнатую шапку, состоящую из сотен перепутавшихся, как мочалки, лепестков, я все равно сквозь эту махровую путаницу вижу первоначальную четкую схему ромашки, и ромашка каждый раз загораживает для меня хризантему, мешает ее воспринять и полюбить.
Рябинник для меня почти всегда синоним и как бы олицетворение
Укажите предложение, в котором средством выразительности является сравнение.
1) Сама по себе природа вечна и почти неизменна.
2) Пройдёт сто лет, люди придумают новые машины, побывают на Марсе, а леса будут такими же, и так же будет пригоршнями разбрасывать ветер золотой берёзовый лист.
3) Глубокая и тихая вода лакированно блестела, словно в реку вылили масло, и в это чёрное зеркало смотрелись с обрыва задумчивые ели, тонкие берёзки, тронутые желтизной.
4) И целый час все вместе пели они эту песню, по нескольку раз повторяя одни и те же строчки, а баржа катила себе вниз по Ветлуге, по лесной дикой реке.
(1)Был октябрь, на лугах гуляло стадо, и доносило дымом с картофельных полей. (2)Я шёл медленно, посматривая на перелески, на деревеньку за лощиной, и вдруг ясно представил живого Некрасова. (3)Ведь он в этих местах охотился, бродил с ружьём. (4)Может, у этих старых дуплистых берёзок и он останавливался, отдыхая на пригорке, беседовал с деревенскими ребятишками, думал, слагал строки своих стихов. (5)Может, потому как живой и видится на этих дорогах Некрасов, что он создал, бывая здесь, много поэтических произведений, воспел красоту верхневолжской природы.
(6)Сама по себе природа вечна и почти неизменна. (7)Пройдёт сто лет, люди придумают новые машины, побывают на Марсе, а леса будут такими же, и так же будет пригоршнями разбрасывать ветер золотой берёзовый лист. (8)И так же, как сейчас, природа будет будить в человеке порывы творчества. (9)И так же будет страдать, ненавидеть и любить человек.
(10)Плыли мы как-то вниз по Ветлуге на старой деревянной барже. (11)Рабочие леспромхоза, их было человек десять, играли в карты, лениво переговаривались и курили. (12)А две поварихи и женщина из района сидели на корме и ели яблоки. (13)Река сначала была узкой, берега унылы, с лозняком и ольхой, с корягами на белом песке. (14)Но вот баржа обогнула отмель и вышла на широкий простор. (15)Глубокая и тихая вода лакированно блестела, словно в реку вылили масло, и в это чёрное зеркало смотрелись с обрыва задумчивые ели, тонкие берёзки, тронутые желтизной. (16)Рабочие отложили карты, а женщины перестали есть. (17)Несколько минут стояла тишина. (18)Только катер постреливал глушителем да за кормой вскипала пена.
(19)Вскоре мы вышли на самую середину реки, и, когда за изгибом показался хуторок с убегающей в поле дорогой, женщина склонила голову набок и запела тихо:
Куда бежишь, тропинка милая,
Куда зовёшь, куда ведёшь.
(20)Поварихи тоже стали глядеть на дорогу и, пока женщина делала паузу, как бы забыв что-то, повторили первые слова песни, а потом уж все вместе ладно и согласно закончили:
Кого ждала, кого любила я,
Уж не воротишь, не вернёшь.
(21)Они некоторое время молчали, не отрывая серьёзных лиц от берега, и, вздохнув, поправив платочки, продолжали петь, смотря друг на друга и как бы чувствуя родство душ.
(22)А мужчины, сдвинув брови и поджав губы, тоже уставились на хуторок, и кое-кто из них невольно подтягивал, не зная слов или стесняясь петь в голос. (23)И целый час все вместе пели они эту песню, по нескольку раз повторяя одни и те же строчки, а баржа катила себе вниз по Ветлуге, по лесной дикой реке. (24)Я смотрел на них, вдохновлённых, и думал о том, что вот все они разные, а сейчас вдруг они как бы одинаковыми стали, что-то заставило их сблизиться, забыться, почувствовать вечную красоту. (25)Ещё подумал я и о том, что красота, видно, живёт в сердце каждого человека и очень важно суметь разбудить её, не дать ей умереть, не проснувшись.
* Грибов Юрий Тарасович – современный писатель, член редколлегии серии книг «Живая память», автор книг «Сороковой бор», «Ржаной хлеб», «Перелом лета» и др.
Какое слово из текста имеет значение: «долина с пологими склонами»?
Правильный ответ указан под номером 2.
Замените книжное слово «слагал» в предложении 4 стилистически нейтральным синонимом. Напишите это слово.
Разговорное слово «слагал» в предложении 4 заменяем стилистически нейтральным синонимом «сочинял» или «писал».
Ответ: писал или сочинял.
1. Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл высказывания современного известного лингвиста В. В. Виноградова: «Все средства языка выразительны, надо лишь умело пользоваться ими». Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста. Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование. Вы можете писать работу в научном или публицистическом стиле, раскрывая тему на лингвистическом материале. Начать сочинение Вы можете словами В.В. Виноградова. Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов. Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.
2. Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл финала текста: «Ещё подумал я и о том, что красота, видно, живёт в сердце каждого человека и очень важно суметь разбудить её, не дать ей умереть, не проснувшись». Приведите в сочинении 2 (два) аргумента из прочитанного текста, подтверждающих Ваши рассуждения. Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование. Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.
3. Как Вы понимаете значение выражения НАСТОЯЩЕЕ ИСКУССТВО? Сформулируйте и прокомментируйте данное Вами определение. Напишите сочинение-рассуждение на тему «Что такое настоящее искусство», взяв в качестве тезиса данное Вами определение. Аргументируя свой тезис, приведите 2 (два) примера-аргумента, подтверждающих Ваши рассуждения: один пример-аргумент приведите из прочитанного текста, а второй — из Вашего жизненного опыта. Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.
1. Самое удивительное изобретение человека — это язык. Однако, как и всякое изобретение, язык «раскрывается» в полной мере только в умелых руках. Не каждый может с легкостью передать свои мысли и чув-ства — этому необходимо учиться. Только в этом случае можно по достоинству оценить утверждение В. В. Виноградова: «Все средства языка выразительны, надо лишь умело пользоваться ими».
Наглядно можно это доказать на примерах из текста Юрия Грибова. Например, в предложении 15 (Глубокая и тихая вода лакированно блестела, словно в реку вылили масло, и в это чёрное зеркало смотрелись с обрыва задумчивые ели, тонкие берёзки, тронутые желтизной.) прелесть природы подчеркивается с помощью эпитетов: задумчивые ели, тронутые желтизной берёзки. Автор использует сравнение, чтобы создать неповторимый художественный образ реки: вода такая, словно в неё вылили масло, потому похожа на зеркало.
В седьмом предложении встречаем олицетворение: ветер разбрасывает листья, словно живой, знающий, что это непременно надо делать каждую осень.
Таким образом, приведенные примеры демонстрируют, как выразительно русское слово, как может раскрыть содержание, работая на авторский замысел. Поэтому можно с уверенностью утверждать, что высказывание В. В. Виноградова верно.
2. Очень часто то, что человек не понимает в силу своей необразованности, неразвитости, неспособности оценить вследствие суетности жизни и сложившихся обстоятельств, он считает неважным, ничтожным. Однако Юрий Грибов замечает, что ценить и понимать красоту способен каждый человек. Об этом финальные строчки приведённого текста.
В тексте рассказывается, как изменяются люди под влиянием красоты русской природы и русской песни. В предложении 24 находим подтверждение этому: «Я смотрел на них, вдохновлённых, и думал о том, что вот все они разные, а сейчас вдруг они как бы одинаковыми стали, что-то заставило их сблизиться, забыться, почувствовать вечную красоту».
Сам автор, глядя с баржи вдаль, представляет Некрасова: «Может, потому как живой и видится на этих дорогах Некрасов, что он создал, бывая здесь, много поэтических произведений, воспел красоту верхневолжской природы». Чувствует свое единение с великой культурой, наследием необъятной страны.
Наша Родина многолика. Сохранить её для потомков — наш долг перед будущими поколениями.
3. Искусство — это все самое прекрасное, что создано руками и разумом человека. Великолепие природного мира своей нерукотворной красотой сподвигает человека с помощью таланта запечатлеть неповторимость моментов жизни. Дух захватывает, когда стараешься разумом охватить всё, сотворенное гениями, сохраненное и продолженное их потомками и последователями. Сейчас невозможно представить себе, что нашу жизнь не сопровождало бы искусство, творчество.
Юрий Грибов утверждает, что ценить и понимать красоту способен каждый человек. В своём тексте он рассказывает, как изменяются люди под влиянием красоты русской природы и русской песни: «Я смотрел на них, вдохновлённых, и думал о том, что вот все они разные, а сейчас вдруг они как бы одинаковыми стали, что-то заставило их сблизиться, забыться, почувствовать вечную красоту».
Когда я слушаю полонез Огинского «Прощание с Родиной», у меня в душе что-то начинает щемить от неизбывной тоски. Я представляю состояние композитора, когда он писал это произведение, если на меня спустя столько лет оно так действует. Какое страдание! Какова же должна быть сила музыки, если через столетие она может пронести переживание человека!
Без искусства наша жизнь была бы тусклой, грустной и обыденной. Поэтому, низкий поклон талантливым мастерам прошлого, настоящего и будущего, которые своим творчеством наполняют нашу жизнь ощущением сопричастности к великому.