рыба на газете картина

СЕЛЬДЬ И ТИПИЧНО РУССКИЙ НАТЮРМОРТ

Селедка – не только излюбленная еда для ее многочисленных почитателей, но и наиболее часто изображаемый объект отечественного искусства. Как холодная закуска она была известна еще с XV века, когда в Новгород начали завозить знаменитую сельдь голландской засолки, но широкое распространение селедка получила в петровские времена.

В начале XX столетия в отечественном натюрморте сложился популярный гастрономический сюжет – национальный горячительный напиток в обрамлении разнообразных закусок, где пальму первенства держала селедка. Такой набор предметов получил название “ типично русский натюрморт ” или “ пьяный натюрморт ”. Иронично обыгрывая его, фирма Фаберже в 1905 году изготовила настольное украшение, выполненное в авангардном стиле.

На кирпиче из яшмы разложен “джентльменский набор”: граненый стакан водки (хрусталь), яичница (белый камень и янтарь), селедка (серебро) и окурок папиросы (хрусталь и кварц). Муха и газета также выполнены из серебра. Обрывок газеты — это точная копия «Ведомостей Санкт-Петербургского градоначальства» от 18 октября 1905 года с текстом Высочайшего манифеста об усовершенствовании государственного порядка, подписанного 17 октября Николаем II (прототип российской Конституции). Курьезный эксперимент в области политической карикатуры тонко передает революционный дух того времени. Уникальный камнерезно-ювелирный натюрморт был куплен в 2011 году музеем Фаберже (Баден-Баден) за 800 тысяч евро.

В первые годы советской власти селедка, входившая вместе с черным хлебом в скудный продовольственный паек, становится гастрономическим символом своего времени. “ Все от восемнадцати до пятидесяти были заняты мирным революционным делом — готовили к ужину котлеты из селедок, рагу из селедок, сладкое из селедок ” ( Евгений Замятин, рассказ “Икс” ). Вынужденная пролетарская аскеза представлена в лаконичном натюрморте “ Селедка ”, написанным Петровым-Водкиным в 1918 году. Непритязательный по набору предметов, натюрморт передает приметы суровой эпохи, в которой был создан.

«Селедка», Кузьма Петров-Водкин

В этом же ряду стоят натюрморты Владимира Малагиса (“ Натюрморт с селедкой ”, 1925) и Зинаиды Серебряковой (“ Селедка и лимон ”, 1920-22).

В авангардно-аскетичных натюрмортах Давида Штеренберга, написанных в первые послереволюционные годы, селедка — олицетворение скудости жизни и нужды тех лет.

“ Натюрморт «Селедки» переносит нас прямо в реалии разрухи 1917–18 годов, когда эта скромная рыбешка была обменной валютой для большинства граждан новой державы. Ходасевич вспоминает, что встретил Анну Ахматову на базаре, где она пыталась обменять селедку на что-нибудь приемлемое. Сам Ходасевич пришел туда с этой же целью.

В натюрмортах Штеренберга есть жадное вожделение изголодавшегося человека. Это другие традиции живописи, более трезвый взгляд на действительность. Но есть такая передача многообразия предметного мира, когда искусство побеждает красотой убожество жизни ”. ( Лилия Ратнер, “Счастье труда и триумф изобилия”, 2013 )

В натюрмортах Хаима Сутина селедка – это привычная еда человека, выросшего в захолустном белорусском местечке Смиловичи в бедной еврейской семье. Уехав во Францию до революции, художник стал для родины “потерянным гением”. В Париже он поселился на Монпарнасе в легендарном “Улье” — так назывался комплекс из 140 студий-ателье, сдаваемый за символическую плату начинающим художникам и литераторам. Среди соседей Сутина были Марк Шагал, Осип Цадкин, Фернан Леже, Александр Архипенко, Амедео Модильяни (он стал художнику близким другом). Сутин, по выражению Шолом-Алейхема, был экспертом по голоду. Художником Талов вспоминал, как тот писал натюрморт с селедками: “ Прежде, чем съесть принесенную из лавки снедь, он принимался за натюрморт и мучился, разрываемый голодом, пожирая ее лишь глазами, не позволяя себе к ней притронуться, пока не закончит работу. Он становился бесноватым, слюни текли у него при мысли о предстоящем ”королевском обеде ”.

Сейчас картины Хаима Сутина стоят миллионы долларов и находятся в экспозициях знаменитых музеев и частных коллекциях. В числе обладателей его картин — Изабелла Росселлини, семья Чаплина, потомки Шагала, Фрэнсис Форд Коппола.

Водочно-селедочный натюрморт стал популярной темой в советскую эпоху. Типично русскому натюрморту отдавали должное как представители официального соцреализма, так и нонконформисты. В наследии ведущего мастера советской живописи Петра Кончаловского есть “ Натюрморт с заварными чайниками ” ( 1946 ), где центральная роль отведена отнюдь не чайникам, а композиции на подносе — бутылке водки и закуске, включая селедку.

«Натюрморт с заварными чайниками», П.Кончаловский

Эту же тему продолжают многочисленные натюрморты советских художников.

«Натюрморт с водкой и селедкой»(1970), Евгений Мельников

К рупнейший представитель московского андеграунда Оскар Рабин переехал во Францию в 1978 году, когда был лишен советского гражданства “ в связи с тем, что его деятельность позорит звание советского гражданина ”. Его картины наполнены прямыми ассоциациями. Так в “ Натюрморте с рыбой и газетой “Правда” 7 ” ( 1968 ) селедка и стакан на расстеленной газете отражают жизнь с ее неустроенностью и пьянством, саркастически сопоставленную с заголовками на обрывках газеты. Верность своим излюбленным темам и мотивам он пронес сквозь страны и годы, вот только “Столичную” на его картинах заменил Absolut.

Х арактерной приметой советской эпохи водочно-селедочная тема является и для современной художницы Ольги Оснач. В ее серии “Былое и думы” с портретами советской еды (именно портретами, а не натюрмортами) представлена и неразлучная пара водка – селедка.

«Селедка с луком», Ольга Оснач

В наши дни тема “пьяных” натюрмортов по-прежнему актуальна, поскольку в ней до сих пор видят и правду жизни, и правду искусства.

«Натюрморт с селёдкой», Родионова Светлана Александровна

«Натюрморт с селедкой», Максим Шамота

«Русский завтрак «, (2007), Ольга Маланчева

Источник

Мир с селедкой. Памяти художника Оскара Рабина

Французский профессор Жак Гатто назвал его «Солженицын живописи». Так, конечно, проще. Тем более что Рабин действительно был борцом. Организатор «бульдозерной» выставки, на которой этот самый бульдозер чуть не оторвал ему ноги, он по праву считается отцом русского нонконформистского искусства, прославившегося на весь мир и горько обидевшего советскую власть.

Но картины его о другом. Как это иногда бывает (вспомним, что кличку «импрессионисты» придумали их критики), враги оказались более прозорливыми. В период ожесточенной травли советские газеты писали
о Рабине так: «Смутный, перепуганный, неврастенический мирок встает в холстах художника. Скособоченные дома, кривые окна, селедочные головы, измызганные стены бараков». Честно говоря, так оно и есть. Но это только лживая часть правды.

Дело в том, что десятник разгрузки железнодорожных вагонов Оскар Рабин жил в том же мире, который живописал на кабельных работах Венедикт Ерофеев. И им было бы о чем поговорить, ибо «свинцовая мерзость» этих будней отнюдь не исчерпывала барачный опыт. Чтобы воплотить его в искусстве, нужна была другая, неавангардная оптика. Вместо истерики самовыражения – «новая объективность», живо напоминающая ту, что в германском искусстве боролась с хулиганским дадаизмом.

Примерно так, как писал один из лучших поэтов лианозовской школы Игорь Холин – без страха и упрека:

Дамба. Клумба. Облезлая липа.
Дом барачного типа.
Коридор. Восемнадцать квартир.
На стенке лозунг: МИРУ – МИР!
Во дворе Иванов
морит клопов, –
он – бухгалтер Гознака.
У Макаровых пьянка.
У Барановых драка.

В этих декорациях разворачивается драма рабинских натюрмортов, которые критики с его же подачи назвали «бытовым символизмом». Так оно, конечно, и есть, но что это все-таки значит?

Взять, например, знаменитый натюрморт с селедкой на газете. Прежде всего, это сумма живописи. Изображенная Рабиным рыба помнит всех
предшественниц – от голландской родственницы, которая парит на «завтраках» Гедды, до натюрмортов Сутина, писавшего снедь не живой, не мертвой. Но главное, что селедка у Рабина – вещь, ее грубую материальность подчеркивает жирный абрис. Обведя густой сажей рыбу, художник вырывает ее из окружающего и превращает в объект для напряженного до болезненности созерцания. Важно, что ту же функцию на картине выполняет и газета. Она не случайно называется «Правдой». Только тут, заменяя скатерть, она и становится правдивой: обрывки испачканной бумаги, не предназначенной для чтения. В картине Рабина происходит десакрализация печати, слова как такового, причем не только партийного. Беда в том, что, по словам Рабина, «советское государство подходило политически к вопросам искусства и переписало всю мировую историю искусств, расставив акценты». Так Рабин оказался в Париже, где его муза, казалось, осиротела без привычного антуража – меланхолического, но знакомого, даже родного, как бедное шагаловское местечко.

Искусствовед Михаил Герман, написавший книгу о Рабине, вспоминает встречу с ним в Париже: «Молчаливый, большой, он странно походил на Булата Окуджаву. Из его картин тогда уже исчезали политические аллюзии, осколки концептуализма плавились в чистом «веществе живописи», он все чаще писал непарадный, грустный Париж, похожий, по собственному его выражению, на «лохмотья короля».

Рабинский Париж, конечно, не похож на подмосковные бараки, но в нем могли бы жить его обитатели. Я даже знаю кто: Хвостенко. На этих парижских ведутах мы видим подгулявшие дома на загулявшей площади, да и прохожие не твердо стоят на ногах. Только взгляд художника, не давая им расползтись, собирает всех вместе, одаривает теплотой, надеждой и отправляет в тот универсальный, но конкретный мир, который он создал на своих полотнах. У этого мира нет ни адреса, ни прописки, он там, где все несладко, но жить можно. Мы ж живем.

Источник

Мертвая природа (натюрморт) и живое слово

Данный пост, хотя и будет в некотором роде о еде_питье, но суть его не в этом.
Именно поэтому он размещен в данном сообществе.
Эпиграф.
— Очень скоро электронные СМИ полностью вытеснят газеты!
— Этого не будет никогда!
— Почему?
— А вы попробуйте уснуть, закрыв лицо планшетом!
Старый, немножко переделанный анекдот.

Я признаюсь сразу, что у меня нет не то что точного, но даже сколько-нибудь определенного ответа на поставленные вопросы, а рассуждения на тему могут показаться вам «сырыми»
В данном случае мне будет очень интересны мнения членов сообщества.
Триггером послужила публикация Андрея asumpire

Какое животное прежде всего ассоциируются со словом газета? Наверное – утка.
Но если чуть-чуть напрячь воображение, то в нашей Российской реальности сформируется совершенно иной образ.

Натюрморт с рыбой и газетой – классика жанра.
Впервые я задумался лет 15 тому назад. Я работал в Компании, сотрудники были по всей стране, а офис – в Москве, куда мы постоянно-периодически приезжали.
Как-то раз мы договорились с руководством выделить вечер на посиделки с пивом. При этом решили, что притащим к этому пиву рыбу из своих регионов.
Событие состоялось. С Дальнего Востока притащили чавычу, с Байкала доставили омуля, я привез пелядь, с более Северных краев прибыл муксун, кто-то явился с корюшкой, Ростовчане были с воблой и чехонью… Рыба, конечно, была либо вяленой, либо холодного копчения.
Но главное не это. ВСЕ, абсолютно ВСЕ завернули рыбу в газету и именно в газете ее и притащили. На газете ее и разделывали, и с газеты же ее и ели.
Вот и нынче добыл я замечательную Астраханскую воблу (хорошая вобла в Сибири редкость). И что же вы думаете? Верно.

Я неоднократно наблюдал и со стороны посиделки с рыбой. Всегда одно и то же. Независимо от времени года, места, благосостояния участников. Даже в дорогущем баре Домодево хорошо одетые мужчины, заказавшие самое дорогое пиво, извлекли на закусь рыбу, завернутую в газету.

Здесь не важна порода этой самой рыбы, не играет роли напиток

Не важен ни масштаб газеты, ни содержание публикации.

Рыба и газета – они мистически и неразрывно связаны.
Почему?
Конечно, можно рассуждать, что газета имеет большую площадь, практически всегда под рукой, что это чисто по-нашенски.
Только как быть вот с этим?

Источник

10 самых известных картин, на которых изображена еда

Селедка, банка с супом, синяя женщина: известные художники любили не только есть, но и рисовать еду. Рассказываем о 10 самых известных картинах, которые могут вызвать аппетит или наоборот.

Энди Уорхол. «Банка с супом «Кэмпбелл», 1962 г.

Кстати, супы «Кэмпбелл» Уорхолл действительно очень любил и ел их прямо из банки.

2. Зинаида Серебрякова. «За завтраком», 1914 г.

Многие удивляются, почему на картине подают обед, ведь, судя по названию, речь идет о завтраке. Оказывается, в доме Серебряковых был принят европейский режим питания — утром подавали маленький завтрак, а в полдень — более плотный.

3. Кузьма Петров-Водкин. «Селедка», 1918 г.

Натюрморты Петрова-Водкина – документальная летопись эпохи. Их уникальность заключается в минимальном наборе предметов на столе, в игре с зеркальными поверхностями и ярких красках. На картине «Селедка» изображен скромный обед 1918 года — две картофелины, кусок хлеба и селедка на столе. Искусствоведы полагают, что красная скатерть символизирует «революционные будни».

В натюрмортах художник часто использовал зеркальные предметы – стаканы, самовар, чайник или просто зеркала. Его работы светлые и радостные, в них видно непосредственное восприятие мира и натуры художником. Среди известных работ с изображением еды также «Розовый натюрморт. Ветка яблони», «Натюрморт со стаканом, фруктом и фотографией», «За самоваром», «Фрукты».

4. Борис Кустодиев. «Купчиха за чаем», 1918 г.

С самого детства Борис был знаком с бытом купцов: его семья арендовала флигель в купеческом доме в Астрахани. С приходом большевиков закончились и годы счастливой юности, а дородные купчихи теперь жили только в памяти художника: «Живем мы здесь неважно, холодно и голодно, все только и говорят кругом о еде да хлебе… Я сижу дома и, конечно, работаю и работаю, вот и все наши новости».

«Купчиху за чаем» Кустодиев написал уже в 40-летнем возрасте. Изображенная на картине дама — его соседка по дому в Астрахани Галина Владимировна Адеркас, которая была настоящей баронессой из древнего рода.

5. Павел Федотов. «Завтрак аристократа», 1849-1850 гг.

Федотов называл свой жанр живописи «нравственно-критическими сценами из современной жизни». В его работах были важны детали, ведь они раскрывали истинный смысл сюжета. Если хорошо присмотреться, то именно предметы на картине «Завтрак аристократа» раскрывают характер и образ жизни персонажа. Аристократ пускает пыль в глаза: он окружен модными и дорогими вещами, но завтрак его очень скудный. Он впопыхах пытается прикрыть кусок черного хлеба книгой. Кстати, сам художник назвал свою картину «Не в пору гость». А уже после его смерти появилось нынешнее название.

6. Казимир Малевич. «Натюрморт», 1911 г.

Известный русский импрессионист до написания картины «Черный квадрат» долго искал себя и свой стиль. Он считал, что нужно нести искусство в жизнь, а не наоборот, и тогда жизнь станет поистине прекрасной. В исканиях он обращался к импрессионизму и кубизму: он любил яркие цвета, сильные и резкие эмоции. «Натюрморт» – как раз работа периода исканий. Художник выполнил его в технике «клуазоне»: французский стиль росписи, в котором большие пятна цвета замыкаются черными жирными линиями.

7. Илья Машков. «Натюрморт. Фрукты на блюде», 1910 г.

Художника называют «королем натюрмортов», а искусствоведы считают его родоначальником русской колористической традиции. Действительно, любимым жанром Машкова был натюрморт: на холстах можно встретить яркие тыквы, сочные лимоны, апельсины, нежные персики, сочный разрезанный ананас и многое другое.

«Натюрморт. Фрукты на блюде» стал началом его работы в этом жанре. Кстати, в свое время художники Анри Матисс и Валентин Серов рекомендовали эту картину меценату Морозову. Для Машкова это было настоящее признание.

8. Пабло Пикассо. «Любительница абсента», 1901 г.

Жизнь Пикассо началась очень необычно. По легенде, он родился слабым младенцем, и акушерка даже подумала, что он мертв. Однако дым от сигары дяди, который стоял рядом, пробудил ребенка.

9. Клод Моне. «Завтрак на траве», 1866 г.

Картина создана под впечатлением от скандального полотна Эдуарда Мане с одноименным названием. Общего у картин мало, кроме лесного пейзажа.

Для написания леса Клод выезжал на пленэр, а будущих героев рисовал сначала в мастерской, затем еще и на природе в виде этюдов. И только после этого в мастерской художник объединил все в одно целое. В первую очередь, картина завораживает своим солнечным светом, который проникает сквозь зеленое кружево листвы.

Художник расплатился «Завтраком на траве» за квартиру. Новый хозяин потерял часть картины и только спустя шесть лет Моне смог выкупить свою работу, восстановив утерянные фрагменты и переписав какие-то заново.

10. Поль Сезанн. «Натюрморт с бутылкой мятного ликера», 1895 г.

В своих натюрмортах Сезанн часто использовал яблоки, груши, луковицы, бутылки с вином, глиняные кувшины, чашки, корзины, разноцветные драпировки в холодных тонах. А еще французский живописец очень любил рисовать разные бутылки, и его предметы постоянно переходили из одной картины в другую.

Источник

LiveInternetLiveInternet

—Ссылки

—Музыка

—Метки

—Рубрики

—Цитатник

Пробуждение сознания или электронно-цифровой концлагерь? Нет ничего сильнее идеи, время кот.

Игорь Гундаров: «Люди нам поверили, и я горжусь тем, что у нас такой низкий урове.

Смешал, испёк – готово! Пирог с насыщенным шоколадным вкусом, с глазурью и орешкам.

Леонид Либкинд – удивительный человек с удивительной судьбой. Родился в Харькове, получил о.

—Новости

—Подписка по e-mail

—Поиск по дневнику

—Интересы

—Друзья

—Постоянные читатели

—Трансляции

—Статистика

Натюрморт с рыбой в живописи и фотографии

Голландская живопись. Питер Питерс. Торговка рыбой

Современник знаменитого Рубенса Франц Снайдерс. Рыбная лавка.

Нидерландец Виллем Клас Хеда

Питер Клас. Завтрак

Француз Эжен Делакруа

Поль Гоген. Натюрморт с рыбами

Винсент Ван Гог. Натюрморт с копчёной рыбой

Эдуард Мане. Лосось

Dutch School (ca. 1600s-1670) Floris Gerritsz van Schooten

DIJCK, Floris Claesz van Still Life with Stag Beetle, 1635

Константин Коровин. Натюрморт с цветами, рыбами, фруктами и вином

Юлий Клевер-сын. «Натюрморт с рыбой»

Борис Кустодиев. «Натюрморт с фазаном»

Кузьма Петров-Водкин. «Селёдка»

Серафим Володин. Форель и вобла, 1963

М.Копчёнов. Натюрморт с воблой, 1979

М.А. Егорова-Троицкая. Натюрморт с воблой, 1972

Оскар Рабин. Из цикла натюрмортов с рыбой и газетой «Правда», 1968

Таврин Юрий. Вобла в тёплых тонах, 2009

Сизоненко Олег. Вобла

Елена Гладкова. Вобла, 2008

Елена Гладкова. Илюшина вобла, 2010

Натали Н. Вобла (натюрморт украден в Лондоне в мае 2004) artnow.ru

Орлов В.С. Натюрморт с воблой и яблоками, 1965. Галерея СОВКОМ, sovcom.ru

Елена Шумакова. Натюрморт с селёдкой

Шумакова Елена. Натюрморт с воблой

Олег Сизоненко. Вобла, 2007

Л. Худякова. Натюрморт с лещами

Андрианов Андрей. Рабочий полдень, 2010 artnow.ru

Н.Ф. Новиков. Натюрморт

Z. Krokhonyatkina. Still Life with Fish

Мужской набор, 2002

Шашолина Вероника. Вобла, 2011 artnow.ru

Ярослав Горбаневский. Натюрморт русский с водкой Московской

Фотонатюрморт М. Роз

Фотонатюрморт М. Роз

Метки: искусство живопись фотография настюрморт тема художники фотографы рыба еда закуска

Процитировано 3 раз
Понравилось: 3 пользователям

Источник