садитесь в кружок ребятишки до ужина есть полчаса
Садитесь в кружок ребятишки до ужина есть полчаса
Плохой табель —
зато хорошие манеры
Геройские стихи
у двери в зубной кабинет
Отмщенье, отмщенье — зубным докторам!
И нет им прощения в мире!
Их длинным иголкам, их гнутым щипцам,
Их гнусным «откройте пошире»!
Их пыточным креслам, их жутким речам
О кариесе и пульпите!
Отмщенье, отмщенье — зубным палачам
С их подлым «чуть-чуть потерпите»!
Их сверлам, жужжащим, как злая оса,
От бешеного вращенья,
Их ваткам, их лампам, слепящим глаза, —
Отмщенье, отмщенье, отмщенье!
Сестре Лауре — восемь лет,
А мне пока что пять.
Ей ничего не стоит
Шутя меня поднять.
А я пытался столько раз —
И раз, и два, и три!
Но в ней, наверно, что-то есть
Тяжелое внутри.
В пустыне, чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Лев, проходя на водопой,
Съел по ошибке почтальона.
И что же? Он теперь грустит,
Грустит несчастный и скучает:
Хотя он очень, очень сыт,
Но писем он не получает.
Садитесь в кружок, ребятишки!
До ужина есть полчаса.
Сейчас расскажу я вам сказку
Про рыцарей и чудеса.
Начну помаленьку сначала
И так доведу до конца.
Прекрасная старая сказка!
Я слышал ее от отца.
А может быть, даже от тети —
От тетушки Полли… Ах, нет!
От тетушкиного соседа
По имени, кажется, Фред.
Ну, Фред или Майкл — не важно,
Но помню, любил он собак
И трубку курил за обедом.
Как жаль, что он умер… Итак,
Послушайте, что мне когда-то
Рассказывал дядюшка Ник,
Владелец красавца бульдога
По прозвищу Джой Баловник —
Большого такого бульдога:
Во — пасть! А губа! А клыки!
И жили они в Нотинг-Хиле…
Нет, в Челси, у самой реки.
Еще у него была дочка,
Учившаяся рисовать.
Бедняжка, она утонула.
Так что я хотел рассказать?
Ах, да! Расскажу я Вам сказку,
Которую в детстве… Ах, нет!
Я вспомнил, как звали соседа:
Ручаюсь, что именно Тед.
И вовсе не дочка тонула,
А сын у него, но как раз
Река от жары обмелела,
И мельник несчастного спас.
Так вот, этот дядюшка Джонни
Когда-то рассказывал мне
Чудесную старую сказку:
Жил некогда в дальней стране…
Так как же она начиналась,
Та старая сказка? Ах, да!
Такой замечательной сказки
Не слышали вы никогда.
Ее можно слушать и слушать,
Хоть десять, хоть сто раз подряд.
Жил-был в стародавнее время…
О боже! Они уже спят.
Старичок и червячок
— О, сколь ты счастлив,
Червячок! —
Сказал печальный
Старичок. —
Я мерзну,
Несмотря на лето,
Хоть семь рубах
На мне надето.
А ты гуляешь
Без галош
И ни разочка
Не чихнешь.
Весь день копаясь
В мокрой глине,
Ты и не слышал
Об ангине,
С ветеринаром
Не знаком;
Все ползаешь себе
Ползком;
Захочешь —
В луже искупался,
Захочешь —
В землю закопался
И выкопался
Через час…
Сколь судьбы разные
У нас!
Садитесь в кружок ребятишки до ужина есть полчаса
Детский клуб » Иллюстрированная библиотека » Спайк Миллиган. «Чашка по-английски»
Старая сказка
СТАРАЯ СКАЗКА
Садитесь в кружок, ребятишки! До ужина есть полчаса. Сейчас расскажу я вам сказку Про рыцарей и чудеса. Начну помаленьку с начала И так доведу до конца. Прекрасная старая сказка! Я слышал её от отца. А может быть, даже от тётки, От тётушки Полли. Ах, нет! От тётушкиного соседа По имени, кажется, Фред.
Ну, Фред или Майкл — неважно, Но помню, любил он собак И трубку курил за обедом. Как жаль, что он умер. Итак, Послушайте, что мне когда-то Рассказывал дядюшка Ник, Владелец красавца бульдога По прозвищу Джой Баловник — Большого такого бульдога: Во — пасть! А губа! А клыки. И жили они в Ноттинг-Хиле. Нет, в Челси, у самой реки. Ещё у него была дочка, Учившаяся рисовать. Бедняжка, она утонула. Так что я хотел рассказать. Ах, да! Расскажу я вам сказку, Которую в детстве. Ах, нет! Я вспомнил, как звали соседа, Ручаюсь, что именно Тэд. И вовсе не дочка тонула, А сын у него, но как раз Река от жары обмелела, И мельник несчастного спас. Так вот, этот дядюшка Джонни Когда-то рассказывал мне Чудесную старую сказку: «Жил некогда в дальней стране. » Так как же она начиналась, Та старая сказка. Ах, да! Такой замечательной сказки Не слышали вы никогда. Её можно слушать и слушать, Хоть десять, хоть сто раз подряд. «Жил-был в стародавнее время. » О боже! Они уже спят!
Дорогие зрители!
Вы можете получить консультацию о спектаклях
по телефонам:
(495) 624-17-52,
(495) 623-39-84
И приобрести билеты он-лайн у наших партнеров
«БИГБИЛЕТ»
Садитесь в кружок ребятишки до ужина есть полчаса
Садитесь в кружок. ребятишки!
До ужина есть полчаса.
Сейчас расскажу я вам сказку
Про рыцарей и чудеса.
Начну помаленьку с начала
И так доведу до конца.
Прекрасная старая сказка!
Я слышал её от отца.
А может быть, даже от тётки,
От тётушки Полли. Ах, нет!
От тётушкиного соседа
По имени, кажется, Фред.
Большого такого бульдога:
Во- пасть! А губа! А клыки.
И жили они в ноттинг-хиле.
Нет, в Челси, у самой реки.
Ещё у него была дочка,
Учившаяся рисовать.
Бедняжка, она утонула.
так что я хотел рассказать.
И вовсе не дочка тонула,
А сын у него, но как раз
Река от жары обмелела,
И мельник несчастного спас.
Так вот, этот дядюшка Джонни
Когда-то рассказывал мне
Чудесную старую сказку:
«Жил некогда в дальней стране..»
Так как же она начиналась,
та старая сказка. Ах, да!
Такой замечательной сказки
не слышали вы никогда.
Её можно слушать и слушать,
Хоть десять, хоть сто раз подряд.
«Жил-был в стародавнее время. «
О боже! Они уже спят!
Григорий Кружков
© 2011–2021 Григорий Кружков написал
Д. сделала
Чашка по-английски По мотивам Спайка Миллигана
Ошибка
В пустыне, чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Лев, проходя на водопой,
Съел по ошибке почтальона.
И что же? Он теперь грустит,
Грустит, несчастный, и скучает:
Хотя он очень, очень сыт,
Но писем он не получает.
Грюши
Вы когда-нибудь
Ели грюши?
Нет, не груши,
А именно грюши?
Это истинный деликатес!
Грюши с виду
Длиннее и уже,
Но не хуже,
Чем груши дюшес.
Тот, кто кюшал
Когда-нибудь
Грюши,
Никогда не забюдет
Их вкюс.
Я поставлю пятерку им
С плюсом
И добавлю
еще один плюс!
Эти грюши
Выращивать трюдно,
Нужен тонкий
И тщательный
Трюд.
Но зато
Удивительно людно
На базарах,
Где их продают.
Чашка по-английски
— Как вы зоветесь
По-английски? —
Спросил у Чашки
Мудрый Краб.
В ответ,
Поклон отвесив низкий,
Сказала Чашка:
— Кап,
кап,
кап!
Загорайте на здоровье
У летнего моря,
Где жаркий песочек,
Приятно порой
Повалятся часочек.
Но больше я вам не советую:
За три или пять
Вы можете стать
Сгоревшей, невкусной котлетою.
В ней что-то есть!
Сестре Лауре — восемь лет,
А мне пока что — пять.
Ей ничего не стоит
Шутя меня поднять.
А я пытался столько раз —
И раз, и два, и три…
Но в ней, наверно, что-то есть
Тяжелое внутри.
Обжора
Друзья, мне тяжело дышать,
Последний час настал…
Проклятый яблочный пирог!
Меня он доконал.
Я слишком много съел сардин
И заварных колец…
Пусть этот маленький банан
Мне подсластит конец.
Увы, недолго на земле
Мне остается жить.
Друзья, салату-оливье
Нельзя ли подложить?
Не плачьте, милые мои,
Тут слезы не нужны!…
Вот разве пудинга кусок
И ломтик ветчины…
Прощайте! Свет в очах погас,
И жизни срок истек.
Эх, напоследок бы сейчас
Поесть еще разок.
Геройские стихи
у двери в зубной кабинет
Отмщенье, отмщенье — зубным докторам!
И нет им прощения в мире!
Их длинным иголкам, их гнутым щипцам,
Их гнусным «откройте пошире»!
Их пыточным креслам, их жутким речам
О кариесе и пульпите!
Отмщенье, отмщенье — зубным палачам
С их подлым «чуть-чуть потерпите»!
Их сверлам, жужжащим, как злая оса,
От бешеного вращенья,
Их ваткам, их лампам, слепящим глаза, —
Отмщенье, отмщенье, отмщенье!
Бедный Ёрзи-Морзи
Совсем я разболелся,
О боже, боже мой! —
Воскликнул Ёрзи-Морзи,
Мотая головой.
Зачем я не тарелка,
Не шкаф и не комод?
У шкафа никогда вот так
Не заболит живот!
Зачем я не рубашка,
Не бесчувственный башмак,
Не фантик от конфеты,
Не папка для бумаг?
Зачем я не пушинка,
Не крошка пастилы,
Не хвостик от черешни,
Не ручка от метлы?
Зачем я не фонарный столб
От головы до ног,
Не старый умывальник,
Не ржавый водосток?
Зачем я не полено,
Не этот жесткий стул? —
Но проглотил лекарство он
И глубоко вздохнул.
И выпил чашку морса,
И книжку он открыл…
Так бедный Ёрзи-Морзи
Остался тем, кем был.
Старая сказка
Садитесь в кружок, ребятишки!
До ужина есть полчаса.
Сейчас расскажу я вам сказку
Про рыцарей и чудеса.
Начну помаленьку с начала
И так доведу до конца…
Прекрасная старая сказка!
Я слышал ее от отца.
А, может быть, даже от тетки,
От тетушки Полли.
Ах нет!
От тетушкиного соседа
По имени, кажется, Фред.
Ну, Фред или Майкл — неважно,
Но помню, любил он собак
И трубку курил за обедом.
Как жаль, что он умер…
Итак,
Послушайте, что мне когда-то
Рассказывал дядюшка Ник,
Владелец красавца бульдога
По прозвищу Джой Баловник —
Большого такого бульдога:
Во — пасть!
А губа!
А клыки.
И жили они в Ноттинг-Хилле.
Нет, в Челси, у самой реки.
Еще у него была дочка,
Учившаяся рисовать.
Бедняжка, она утонула!.
Так что я хотел рассказать.
Ах, да! Расскажу я вам сказку,
Которую в детстве…
Ах, нет!
Я вспомнил, как звали соседа,
Ручаюсь, что именно Тэд.
И вовсе не дочка тонула,
А сын у него, но как раз
Река от жары обмелела,
И мельник несчастного спас.
Так вот, этот дядюшка Джонни
Когда-то рассказывал мне:
«Жил некогда в дальней стране…»
Так как же она начиналась,
Та старая сказка.
Ах, да!
Такой замечательной сказки
Не слышали вы никогда.
Ее можно слушать и слушать,
Хоть десять, хоть сто раз подряд.
«Жил-был в стародавнее время…»
Ах, Боже! Они уже спят!
Мульмуля
Я вышел прогуляться,
Но
У входа в магазин
Мне встретился
Мульмуля
И
Доверчиво спросил:
— Сниддл-ти и сниддл-ту,
Ники-наки-э,
Тили-пули-уруру,
Дики-даки-де?
Я ничего не понял,
Но,
Чтоб не попасть впросак,
Я стал на четвереньки
И
Ему ответил так:
— Куиддл-иддл-иддл,
Гуав-гав-гав, ку-ку!
Биддл-иддл, твяк, твяк!
Гика-мика-у!
Он улыбнулся кротто,
Но
Слегка позеленел,
Ушами пораскинул
И
Тихонечко пропел:
— Сниддл-ти и сниддл-ту,
Ники-наки-тям.
Мяка-умарака-фу,
Били-сили-сям!
Тогда-то я все понял,
Но,
Признаться, не вполне.
Быть может, вы поймете
И
Переведете мне,
Что это значит: сниддл-ту
И ники-наки-тям?
Что значит: умарака-фу
И били-сили-сям?
Сниддл-ти и сниддл-ту,
Ники-наки-тям,
Мяка-умарака-фу!
Били-сили-сям!
Объяснение мульмульских слов: сниддл-ти — пожалуйста, простите; сниддл-ту — пожалуйста, извините; ники-наки-э — вот какое дело; тили-пули-уруру — очень хочется кушать; дики-даки-де? — где здесь киоск с мороженым? Куиддл-иддл-иддл — на каком языке вы говорите; гуав-гав-гав, ку-ку — на собачьем или на птичьем; биддл-иддл, твяк, твяк — я устал с вами разговаривать; гика-мика-у — уходите от меня скорей; ники-наки-тям — вот какое горе; мяка-умарака-фу — обижать бедного мульмулю нехорошо; били-сили-сям — очень-очень стыдно.
Старичок и червячок
О, сколь ты счастлив,
Червячок! —
Сказал печальный
Старичок. —
Я мерзну
Несмотря на лето,
Хоть семь рубах
На мне надето.
А ты гуляешь
Без галош
И ни разочка
Не чихнешь;
Весь день копаясь
В мокрой глине,
Ты и не слышал
Об ангине,
С ветеринаром
Не знаком;
Все ползаешь себе
Ползком;
Захочешь —
В луже искупался,
Захочешь —
В землю закопался —
И выкопался
Через час.
Сколь судьбы разные
У нас!
Слоненочек
Гулял я раз по Лондону,
И вот на Беркли-стрит
Мне встретился слоненочек
И скромно говорит:
— Простите, где тут Африка
И речка Сенегал?
— Здесь Англия, — я говорю. —
Как ты сюда попал?
— Я заблудился, кажется, —
Признался он в ответ. —
Как мне пройти на станцию
И где купить билет?
Доехал он в автобусе
До станции Ваксхолл,
Свернул на юг и понял вдруг,
Что не туда пошел.
Хотел он позвонить домой,
Увидел телефон,
Но в телефонной будочке
Не поместился он.
Явились полицейские
И за незнанье прав
Арестовали малыша
И наложили штраф.
Приклеили квитанцию
Липучкою ко лбу
И привязали ленточкой
К фонарному столбу.
Уснули полицейские,
А поутру, чуть свет,
Глядят — вот ленточка, вот столб,
Слоненка — нет как нет.
Слоненок ищет Африку,
И он ее найдет.
И если вы когда-нибудь,
Влезая в самолет,
Увидите слоненочка,
Который в кресле спит,
Не удивляйтесь: это мой
Знакомый с Беркли-стрит.
Призрак
Читать в темноте,
подсвечивая фонариком
Беленькая искорка
В темном коридоре…
Это признак призрака —
Горе! горе! горе!
Маленькая искорка —
Страх! страх! страх!
Жди явленья призрака
Со свечкою в руках.
Стон печальный слышится
В жуткой тишине.
Занавесь колышется
Белая в окне.
— Призрак в белой простыне,
Ты зачем пришел ко мне?
— Вот пристал: «зачем, зачем»…
Попугаю — да и съем!
Рифмы
ЯЙЦО рифмуется с ЛИЦОМ,
И это неспроста:
В них много, много общего,
К примеру, круглота.
И если курочка горда
Сияющим яйцом,
Она взлетает на крыльцо
С сияющим лицом.
Рифмуется КОМПОТ и КОТ,
И это не случайно:
Сокрыт в компоте СУХОФРУКТ,
В котах сокрыта ТАЙНА.
И все же очень вас прошу:
Чтоб избежать промашки,
В КАСТРЮЛЯХ НЕ ДЕРЖАТЬ КОТОВ,
НЕ РАЗЛИВАТЬ ИХ В ЧАШКИ.
Да, кстати, надо уделить
Внимание и КОШКАМ:
Хотя они, на первый взгляд,
Рифмуются с ОКОШКОМ,
НЕ НАДО КОШКУ ПРОТИРАТЬ
ДО БЛЕСКА МОКРОЙ ТРЯПКОЙ!
Она умоется сама
Язычком и лапкой.
Лебедь
Вот лебедь скользит,
Под мостом проплывая.
Так — много дешевле,
Чем ехать в трамвае.
Приятно
Бесплатно
Скользить по теченью;
Но вот неприятно
Одно,
К сожаленью:
Ногам его мокро,
Животику — тоже.
Нет! Лучше трамваем,
Хотя и дороже.
Плохой табель, зато хорошие манеры
— Твой табель плох! — сказал отец. —
Он очень плох, сынок!
— О, не брани меня, отец,
Я сделал все, что мог.
Молодец, собачка!
У моих соседей — собачонка.
За стеной все время гав-гав-гав.
Говорят, французская болонка,
Стало быть, Мадам де Гав-гав-гав.
Было время, я любил собачек,
Гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав,
А теперь люблю я слушать скрипку
Вперемешку с гав-гав-гав-гав-гав.
Заведу пластинку Паганини
Вечерком, устав от гав-гав-гав,
Лягу на диван, глаза закрою —
За стеною: гав-гав-гав-гав-гав.
Восемь тактов — скрипки и гобои,
Восемь тактов — гав-гав-гав-гав-гав,
Десять тактов — арфы, остальное —
гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав.
Ничего! Куплю я сенбернара,
Рослого и мощного, как шкаф.
Он такое РРРЯВ! соседям скажет,
Что замолкнет сразу гав-гав-гав.
Бой при Ватерлоо
Наполеон простужен был
В бою при Ватерлоо:
Вот почему в последний час
Ему не повезлоо.
Он мог бы въехать на коне
Под Триумфальну арку!
Но насморк подкузьмил его —
И все пошло насмарку.
Мог победить Наполеон,
Когда бы не форсил
И вместо треуголки
Ушанку бы носил.
Не пил бы он воды сырой,
Оделся бы теплоо —
И никогда бы не проиграл
Тот бой при Ватерлоо!
Садитесь в кружок ребятишки до ужина есть полчаса
моя любимая книжка детства^^
все стырено отсюда.
В пустыне, чахлой и скупой,
На почве, зноем раскалённой,
Лев, проходя на водопой,
Съел по ошибке почтальона.
И что же? Он теперь грустит,
Грустит, несчастный, и скучает:
Хотя он очень-очень сыт,
Но писем он не получает.
У летнего моря,
Где жаркий песочек,
Приятно порой
Поваляться часочек.
Но больше я вам не советую:
За три или пять
Вы можете стать
Сгоревшей, невкусной котлетою.
Сестре Лауре — восемь лет,
А мне пока что — пять.
Ей ничего не стоит
Шутя меня поднять.
А я пытался столько раз —
И раз, и два, и три!
Но в ней, наверно, что-то есть
Тяжёлое внутри.
— Совсем я разболелся,
О боже, боже мой! —
Воскликнул Ёрзи-Морзи,
Мотая головой.
Зачем я не тарелка,
Не шкаф и не комод?
У шкафа никогда вот так
Не заболит живот!
Зачем я не рубашка,
Не бесчувственный башмак,
Не фантик от конфеты,
Не папка для бумаг?
Зачем я не пушинка,
Не крошка пастилы,
Не хвостик от черешни,
Не ручка от метлы?
Зачем я не фонарный столб
От головы до ног,
Не старый умывальник,
Не ржавый водосток?
Зачем я не полено,
Не этот жёсткий стул? —
Но проглотил лекарство он
И глубоко вздохнул.
И выпил чашку морса,
И книжку он открыл.
Так бедный Ёрзи-Морзи
Остался тем, кем был.
Отмщенье, отмщенье — зубным докторам!
И нет им прощения в мире!
Их длинным иголкам, их гнутым щипцам,
Их гнусным «откройте пошире»!
Их пыточным креслам, их жутким речам
О кариесе и пульпите!
Отмщенье, отмщенье — зубным палачам
С их подлым «чуть-чуть потерпите»!
Их свёрлам, жужжащим, как злая оса,
От бешеного вращенья,
Их ваткам, их лампам, светящим в глаза, —
Отмщенье, отмщенье, отмщенье!
Мой папа — красивый и милый такой
Мой папочка — самый-пресамый!
Он шляпу всегда приподнимет рукой,
Встречаясь на улице с дамой.
И лишь одного я никак не пойму,
Мне очень обидно за папу:
Он дома не носит её почему?
Такую красивую шляпу!
Садитесь в кружок, ребятишки!
До ужина есть полчаса.
Сейчас расскажу я вам сказку
Про рыцарей и чудеса.
Начну помаленьку с начала
И так доведу до конца.
Прекрасная старая сказка!
Я слышал её от отца.
А может быть, даже от тётки,
От тётушки Полли. Ах, нет!
От тётушкиного соседа
По имени, кажется, Фред.
Ну, Фред или Майкл — неважно,
Но помню, любил он собак
И трубку курил за обедом.
Как жаль, что он умер. Итак,
Послушайте, что мне когда-то
Рассказывал дядюшка Ник,
Владелец красавца бульдога
По прозвищу Джой Баловник —
Большого такого бульдога:
Во — пасть! А губа! А клыки.
И жили они в Ноттинг-Хиле.
Нет, в Челси, у самой реки.
Ещё у него была дочка,
Учившаяся рисовать.
Бедняжка, она утонула.
Так что я хотел рассказать.
Ах, да! Расскажу я вам сказку,
Которую в детстве. Ах, нет!
Я вспомнил, как звали соседа,
Ручаюсь, что именно Тэд.
И вовсе не дочка тонула,
А сын у него, но как раз
Река от жары обмелела,
И мельник несчастного спас.
Так вот, этот дядюшка Джонни
Когда-то рассказывал мне
Чудесную старую сказку:
«Жил некогда в дальней стране. »
Так как же она начиналась,
Та старая сказка. Ах, да!
Такой замечательной сказки
Не слышали вы никогда.
Её можно слушать и слушать,
Хоть десять, хоть сто раз подряд.
«Жил-был в стародавнее время. »
О боже! Они уже спят!
Друзья, мне тяжело дышать,
Последний час настал.
Проклятый яблочный пирог!
Меня он доконал.
Я слишком много съел сардин
И заварных колец.
Пусть этот маленький банан
Мне подсластит конец.
Увы, недолго на земле
Мне остаётся жить.
Друзья, салату-оливьё
Нельзя ли подложить?
Не плачьте, милые мои,
Тут слёзы не нужны.
Вот разве пудинга кусок
И ломтик ветчины.
Прощайте! Свет в очах погас,
И жизни срок истёк.
Эх, напоследок бы сейчас
Поесть ещё разок.
Вы когда-нибудь
Ели грюши?
Нет, не груши,
А именно грюши?
Это истинный
Деликатес!
Грюши с виду
Длиннее и уже,
Но не хуже,
Чем груши дюшес.
Тот, кто кюшал
Когда-нибудь
Грюши,
Никогда не забудет
Их вкюс.
Я поставлю пятёрку им
С плюсом
И добавлю
Ещё один плюс!
Эти грюши
Выращивать трюдно,
Нужен тонкий
И тщательный
Трюд.
Но зато
Удивительно людно
На базарах,
Где их продают.
— О, сколь ты счастлив,
Червячок! —
Сказал печальный
Старичок. —
Я мёрзну
Несмотря на лето,
Хоть семь рубах
На мне надето.
А ты гуляешь
Без галош
И ни разочка
Не чихнёшь;
Весь день копаясь
В мокрой глине,
Ты и не слышал
Об ангине,
С ветеринаром
Не знаком;
Всё ползаешь себе
Ползком;
Захочешь —
В луже искупался,
Захочешь —
В землю закопался —
И выкопался
Через час.
Сколь судьбы разные
У нас!
— Как вы зовётесь
По-английски? —
Спросил у Чашки
Мудрый Краб.
В ответ,
Поклон отвесив низкий,
Сказала Чашка:
КАП,
КАП,
КАП.
Вот мистер Вверх Тормашками,
Он ходит на руках.
Зато не скажут, будто он
Витает В облаках.
Вот мистер Задом Наперёд,
Который не глядит вперёд.
Зато он точно знает,
Откуда Он идёт.
Вот лебедь скользит, под мостом проплывая.
Так — много дешевле, чем ехать в трамвае.
Приятно
Бесплатно
Скользить по теченью.
Но вот неприятно
Одно, к сожаленью:
Ногам его мокро,
Животику — тоже.
Нет! Лучше — трамваем,
Хотя и дороже.
Наполеон простужен был
В бою при Ватерлоо:
Вот почему в последний час
Ему не повезлоо.
Он мог бы въехать на коне
Под Триумфальну арку!
Но насморк подкузьмил его —
И всё пошло насмарку.
Мог победить Наполеон,
Когда бы не форсил
И вместо треуголки
Ушанку бы носил.
Не пил бы он воды сырой,
Оделся бы теплоо —
И никогда б не проиграл
Тот бой при Ватерлоо!
– Твой табель плох! – сказал отец –
Он очень плох, сынок!
– О, не брани меня, отец,
Я сделал всё, что смог.
ЯЙЦО рифмуется с ЛИЦОМ.
И это неспроста:
В них много-много общего.
К примеру, круглота.
И если курочка горда
Сияющим яйцом,
Она взлетает на крыльцо
С сияющим лицом.
Рифмуется КОМПОТ и КОТ.
И это не случайно:
Сокрыт в компоте СУХОФРУКТ,
В котах сокрыта ТАЙНА.
Но всё же очень вас прошу:
Чтоб избежать промашки,
В КАСТРЮЛЯХ НЕ ДЕРЖАТЬ КОТОВ,
НЕ РАЗЛИВАТЬ ИХ В ЧАШКИ.
Да, кстати, надо уделить
Внимание и КОШКАМ:
Хотя они на первый взгляд
Рифмуются с ОКОШКОМ.
НЕ НАДО КОШКУ ПРОТИРАТЬ
ДО БЛЕСКА МОКРОЙ ТРЯПКОЙ!
Она умоется сама
Язычком и лапкой.
Я вышел прогуляться,
Но
У входа в магазин
Мне встретился
Мульмуля
И
Доверчиво спросил:
— Сниддл-ти и сниддл-ту,
Ники-наки-э,
Тили-пули-уруру,
Дики-даки-де?
Я ничего не понял,
Но,
Чтоб не попасть впросак,
Я стал на четвереньки
И
Ему ответил так:
— Куиддл-иддл-иддл,
Гуав-гав-гав, ку-ку!
Биддл-иддл, твяк-твяк!
Гика-мика-у!
Он улыбнулся кротко,
Но
Слегка позеленел,
Ушами пораскинул
И
Тихонечко пропел:
— Сниддл-ти и сниддл-ту,
Ники-наки-тям,
Мяка-умарака-фу,
Били-сили-сям!
Тогда-то я всё понял,
Но,
Признаться, не вполне.
Быть может, вы поймёте
И
Переведёте мне,
Что это значит: сниддл-ту
И ники-наки-тям?
Что значит: умарака-фу
И били-сили-сям?
Сниддл-ти и сниддл-ту,
Ники-наки-тям,
Мяка-умарака-фу!
Били-сили-сям!
У моих соседей — собачонка.
За стеной всё время гав-гав-гав.
Говорят, французская болонка,
Стало быть, мадам де Гав-гав-гав.
Было время, я любил собачек,
Гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав,
А теперь люблю я слушать скрипку
Вперемешку с гав-гав-гав-гав-гав.
Заведу пластинку Паганини
Вечерком, устав от гав-гав-гав,
Лягу на диван, глаза закрою —
За стеною: гав-гав-гав-гав-гав.
Восемь тактов — скрипки и гобои,
Восемь тактов — гав-гав-гав-гав-гав,
Десять тактов — арфы, остальное —
Гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав-гав.
Ничего! Куплю я сенбернара,
Рослого и мощного, как шкаф.
Он такое РРРЯВ! соседям скажет,
Что замолкнет сразу гав-гав-гав.
(Читать в темноте, подсвечивая фонариком)
Беленькая искорка
В тёмном коридоре.
Это признак призрака —
Горе! горе! горе!
Маленькая искорка —
Страх! страх! страх!
Жди явленья призрака
Со свечкою в руках.
Стон печальный слышится
В жуткой тишине,
Занавесь колышется
Белая в окне.
— Призрак в белой простыне,
Ты зачем пришёл ко мне?
— Вот пристал: «зачем, зачем».
Попугаю — да и съем!
Гулял я раз по Лондону,
И вот на Беркли-стрит
Мне встретился слонёночек
И скромно говорит:
— Простите, где тут Африка
И речка Сенегал?
— Тут Англия! — я говорю. —
Как ты сюда попал?
— Я заблудился, кажется, —
Признался он в ответ. —
Как мне пройти на станцию
И где купить билет?
Доехал он в автобусе
До станции Воксхолл,
Свернул на юг и понял вдруг,
Что не туда пошёл.
Хотел он позвонить домой,
Увидел телефон,
Но в телефонной будочке
Не поместился он.
Явились полицейские
И за незнанье прав
Арестовали малыша
И наложили штраф.
Приклеили квитанцию
Липучкою ко лбу
И привязали ленточкой
К фонарному столбу.
Уснули полицейские,
А утром, чуть рассвет,
Глядят: вот ленточка, вот столб,
Слонёнка — нет как нет!
Слонёнок ищет Африку,
И он её найдёт.
И если вы когда-нибудь,
Влезая в самолёт,
Увидите слонёночка,
Который в кресле спит,
Не удивляйтесь — это мой
Знакомый с Беркли-стрит.