сестра лижет яйца брату

Раздел 1. Мальчики и девочки

Охотницы до мальчиков

Ничто так не ускоряет старости, как неумеренные попойки, необужданная любовь и не знающая меры похотливость.

Сексуальная связь взрослой женщины с подростком может быть эпизодической, – в этом случае речь не идет о перверзии (сексуальном отклонении непатологического характера). Но может быть и устойчивое влечение женщины именно к мальчикам-подросткам с отсутствием интереса к мужчинам. В этом случае идет речь о перверзии (сексуальном извращении), которая называется эфебофилией.

В жизни многих мужчин была связь со взрослой женщиной, когда они сами были ещё несовершеннолетними. Некоторые женщины любят выступать в роли наставницы, обучая мальчика всем премудростям плотской любви. Могут быть материнские чувства к подростку. А некоторым женщинам нравятся именно искренность, привязанность и романтические чувства подростков, они отдают им предпочтение перед мужчинами, считая тех более циничными и эгоистичными.

Общество негативно относится к тому, что взрослая женщина имеет длительную сексуальную связь с подростком, и такие женщины предпочитают скрывать свои пристрастия. Эту проблему нельзя оценивать однозначно.

Во многих случаях чувства бывают обоюдными — подросток влюбляется в свою взрослую любовницу. Лично я затрудняюсь оценивать такие случаи. Мне их приходилось видеть немало, и обычно конфликт происходил, когда вмешивались другие люди, чаще всего, родители подростка. Их тоже можно понять — никто не хочет, чтобы сына растлевала взрослая женщина.

Сами разновозрастные любовники чаще всего отчаянно отстаивали свое право на любовь и требовали, чтобы все оставили их в покое.

Современные подростки созревают рано и уже с 13-15-летнего возраста, а иногда и раньше, – живут половой жизнью со своими сверстницами. Поэтому арбитром здесь быть сложно. Сочувствие и сопереживание вызывают все участники конфликта — и влюбленный подросток, которому родители запрещают встречаться с любимой, и женщина, которую все осуждают, и родители, которые беспокоятся о сыне.

Но бывают и такие случаи, когда женщина принуждает подростка к интимной близости, – не обязательно с помощью физического насилия, а используя его зависимость или психологической давление. Могут быть угрозы, запугивание, шантаж.

Кириллу 15 лет, он высокий, красивый мальчик, выглядит старше своих лет, спортсмен. У него была девочка, в которую он был влюблен, встречались около года, жили половой жизнью.

В 8-ом классе его стала буквально преследовать тренер женской баскетбольной команды. Она постоянно попадалась ему на пути, когда он шел в спортзал, заигрывала с ним, говорила двусмысленности, предлагала провести вечер вместе, навестить её дома, приходила на тренировки и наблюдала за ним, под разными предлогами заходила в раздевалку, когда он переодевался.

Она ему совершенно не нравилась, но ему как-то неловко было ответить грубостью взрослой женщине. Мальчик стал избегать её, прибегал с опозданием, надеясь, что та подумает, будто он пропустил тренировку, а если она выходила из тренерской ему навстречу, быстро бежал по коридору, говоря, что опаздывает. Он старался постоянно находиться среди остальных ребят, чтобы женщина не подошла с очередным приглашением. Ребята из команды стали над ним подшучивать, советовали переспать с ней, но эта крупная рослая женщина внушала подростку ему чисто физическое отвращение. К тому же у него была любимая девочка.

Видя его негативное отношение, тренер как-то намекнула ему, что от неё в немалой степени зависит, включат ли его в основной состав юношеской сборной, она может и замолвить за него словечко, и сказать против, и его тренер её послушает, так как он её давний приятель. Ее преследования Кирилла тяготили, и он даже подумывал перейти в другой клуб.

Однажды, когда они были на соревнованиях в другом городе, тренер вошла в номер Кирилла, когда соседа не было, якобы спросить его, примет ли он участие в экскурсии, которую для них организовали, потом ещё о чем-то спрашивала и несмотря на явное смущение подростка, села рядом, обняла его за плечи. Кирилл сидел напряженный, не зная, как себя вести. Нагрубить или оттолкнуть взрослую женщину ему не позволяло воспитание. Когда она стала расстегивать ему брюки, он резко вскочил и возмущенно спросил: «Зачем вы это делаете? Как вам не стыдно?! Вы же в матери мне годитесь!» Она в ответ засмеялась и сказала, что это не имеет ровным счетом никакого значения, в любви нет возраста, а если он ещё девственник, то она будет ему хорошей учительницей. Она вновь предприняла свои попытки и почти стянула с него брюки, несмотря на его сопротивление, и в этот момент вошел руководитель сборной вместе с двумя ребятами из команды. Все застыли на месте, а женщина заявила, что Кирилл сам заманил её в свой номер и домогался её.

Кирилла строго отчитали «за аморальное поведение», чуть не исключили из команды. Как он говорит, самым обидным для него было то, что никто за него не вступился, хотя все видели, что она многие месяцы сама его преследовала. К тому же он чувствовал себя опозоренным, так как ребята отпускали шуточки и намекали, что он импотент, поэтому бегал от этой женщины, как черт от ладана. Не выдержав всего этого, подросток предпринял попытку самоубийства.

Если идет речь о растлении несовершеннолетнего или принуждении к действиям сексуального характера, к половому акту, – то тогда это попадает под статью 134 нового Уголовного кодекса. Но в реальной жизни вряд ли есть случаи, когда взрослую женщину в уголовном порядке наказывают за растление или действия сексуального характера по отношению к несовершеннолетнему. Обычно такие подростки предпочитают молчать и скрывают происшедшее даже от родителей.

Крайне редко, но все же бывает так, что взрослая женщина растлевает маленького мальчика, не достигшего половой зрелости. В литературе описаны случаи, когда в прошлом веке и начале нашего века гувернантки сожительствовали со своими малолетними воспитанниками. В наше время мальчиков растлевают только психически больные или умственно отсталые женщины. Из-за психического дефекта такие женщины не имеют возможности для нормальной интимной жизни со взрослыми мужчинами. Они приучают ребенка лизать свои половые органы (куннилингус) или стимулировать клитор рукой, а сами стимулируют его половой член, добиваясь эрекции или приятных для ребенка ощущений.

8-летнего Толю мать отправила на все лето в деревню к бабушке. Он бывал у бабушки и раньше, но обычно вместе с матерью, а в тот год у неё не было летнего отпуска. В выходные мать привезла сына, а потом уехала. С прежних приездов Толя знал многих соседей бабушки, был раз с ними снова встретиться. Целыми днями с ватагой деревенских они мальчишек носились по улицам, бегали на ручку купаться, ловили рыбу, ходили в лес. Бабушка была старенькая, внука не слишком контролировала, проблем с ним у неё не было.

Примерно через неделю соседка затопила баню, и бабушка Толи попросила её взять с собой в баню мальчика и помочь ему помыться, так как сама болела и в баню давно не ходила.

Со слов матери Толи, о 35-летней соседке деревенские жители говорили, что она «со странностями». У неё было две дочери, прижитых неизвестно от кого, мужа никогда не было, так как она считалась «уродиной», и её временными сожителями были только приезжие строители и разнорабочие.

Со слов мальчика, соседка сначала помыла своих дочерей, а потом позвала Толю. Намыливая его, она стала «играть» с его пенисом, приговаривая: «Ты смотри, что у нас уже есть! Почти настоящий мужчина!» Толя её не стеснялся, так как знал много лет, а нравы в деревне были простые, некоторые дети до 3-4-летнего возраста бегали без штанишек. Раздражение половых органов мальчику было приятно, и спустя некоторое время у него возникла эрекция. Соседка продолжали «играть» с его пенисом, и в какой-то момент Толе стало «хорошо» и очень приятно. Соседка рассмеялась и сказала, что он теперь стал «настоящим мужчиной», а потом легла на лавку и попросила Толю тоже «поиграть» с нею. Она показала мальчику, где он должен гладить, и как он сам потом рассказывал, через некоторое время «вся задергалась» и стала громко стонать. Ребенок испугался, что сделал не так, поэтому ей больно, но женщина спрыгнула с лавки, подхватила мальчика на руки и стала кружиться и целовать его, сказав, что ей тоже было «очень хорошо». Она просила ничего не рассказывать бабушке, сказав, что это теперь «их секрет», он уже «большой» и должен поступать «как большой». И Толя ничего не сказал бабушке.

Через неделю все повторилось. На этот раз соседка сама предложила Толиной бабушке помыть мальчика в бане, и та охотно согласилась. Так было несколько раз, а потом соседка стала приглашать мальчика к себе, когда дочерей не было дома. Вначале она стимулировала половой член ребенка и доводила его до оргазма, а потом просила гладить свои половые органы.

Однажды, когда у Толи была эрекция, она даже попыталась совершить с ним половой акт, но мальчик не знал, что нужно делать, хотя она ему показывала, как он должен двигаться, но у него ничего не получилось, и в дальнейшем она отказалась от этой затеи.

Так продолжалось все лето. Своим приятелям Толя рассказал, чем они занимаются с соседкой, гордился, что он уже «большой», они ему завидовали и однажды даже подглядывали в окно, когда Толя «играл» с соседкой. Чтобы увидеть все в подробностях, они залезали друг другу на плечи, те, кто стояли внизу, толкали и торопили тех, кто имел доступ к окну, и в конце концов вся куча-мала с хохотом и визгом свалилась на землю. Соседка выбежала, что-то накинув на себя и разогнала их. Но бабушка Толи так ничего и не узнала.

Вернувшись в конце лета домой, Толя однажды попросил мать «поиграть» с ним так же, как это делала «тетя Варя». Мать сначала не поняла, о каких «играх» идет речь, а когда сын снял штанишки и показал, как делала «тетя Варя», мать мальчика пришла в ужас и привела ребенка ко мне на консультацию.

Если у вас нет возможности проконсультироваться с детским психиатром или сексопатологом, – нужно переключить внимание ребенка на что-то другое и, конечно же, избавить его от общения с растлительницей.

Да и вообще — допуская в свою семью кого-то, приглашая к ребенку няню, будьте очень осмотрительны. Повнимательнее приглядитесь к ней, как она относится к ребенку, нет ли каких-то странностей в поведении. А то возможны драматические события. Приведу два таких случая из своей практики.

Семену 8 лет, он тихий, послушный, крайне впечатлительный мальчик, с детства боялся темноты, засыпал только при свете. Когда он засыпал, мать на цыпочках входила в его комнату, чтобы потушить свет, но он спал очень чутко, просыпался от малейшего шороха, и если свет был потушен, начинал громко плакать и звать мать. Она была вынуждена подолгу лежать с ним рядом, дожидаясь, пока он уснет, а потом старалась очень тихо уйти. Но чаще всего он снова просыпался и она опять оставалась с ним.

В 4-летнем возрасте мать отдала его в детский сад, чтобы иметь возможность работать, но с первых дней Сема так жалобно плакал, не отпускал её, цеплялся за её одежду, умоляя не оставлять его, что у неё сердце разрывалась от жалости. Мальчик всех боялся, даже воспитательниц и детей, все время плакал, и промучившись две недели, мать забрала его и уволилась с работы, чтобы иметь возможность самой быть с сыном.

Когда Сема пошел в школу, мать отводила его и забирала после уроков. Она работала на полставки, чтобы иметь возможность вовремя забирать мальчика, так как тот категорически не хотел оставаться в школе на продленный день и с нетерпением ждал прихода матери. Одноклассников тоже боялся, во время перемены не выходил в коридор, а сидел за своей партой. Со временем привык к учительнице и старался держаться поблизости от нее.

Засыпал Сема по-прежнему с матерью. Порой та была вынуждена оставаться на всю ночь в комнате сына, так как проснувшись среди ночи, он уже не мог уснуть, все время проверял рукой, на месте ли мать. Засыпал ребенок лишь под утро, а утром она не могла его добудиться; нередко из-за этого он пропускал школу.

Летом после окончания 2-го класса мать с сыном гостили у своих родственников в Подмосковье. У хозяев была 18-летняя дочь, которая хотела учиться в Москве, но ей негде было жить. Мать Семена пригласила её к себе, сказав, что будет кормить её и платить, если та согласится забирать мальчика из школы и гулять с ним, чтобы она имела возможность работать на полную ставку. Родители девушки согласились.

По умственному развитию девушка явно «не дотягивала» до своего возраста, бегала и играла с ребенком, как-будто они были ровесниками, и мальчик быстро привязался к будущей няне и охотно проводил с нею время.

В августе девушка приехала к ним и пыталась поступить в училище торговли, но со слов матери Семена, она была с такой «с придурью» (то есть, с явной задержкой умственного развития), что даже не знала, что для поступления нужно сдавать экзамены (!), поэтому оказалась к ним совершенно не готова. Эта девушка еле-еле закончила 8 классов сельской школы, а потом работала в тепличном хозяйстве, так что поступить в училище, где был высокий конкурс, у неё не было никаких шансов.

Девушке её новая работа нравилось, так как отпали проблемы с жильем и питанием, были и свободные деньги (мать Семена хорошо платила няне), и такая жизнь её вполне устраивала. По вечерам она никуда из дома не выходила, так как боялась заблудиться в незнакомом ей городе, и мать Семена вздохнула с облегчением, так как у неё и мужа появилась возможность ходить в кино или в гости.

Мальчик охотно оставался с няней и играл с ней. Она забирала его из школы, гуляла с ним во дворе, кормила его и сидела рядом, когда он готовил уроки. Спала она в комнате мальчика. Вначале родители Семена ставили для неё на ночь раскладное кресло, но Сема вечером капризничал, требовал, чтобы или мать, или няня лежали рядом с ним, пока он не уснет, и няня стала спать на кушетке в его комнате.

Как произошло растление, неизвестно, так как его мать ничего не замечала в течение полугода.

Но однажды ночью, проходя мимо их комнаты, она услышала стоны девушки и решив, что ей плохо, тихо вошла в комнату и включила не верхний свет, а бра, боясь разбудить сына. Она увидела, что оба не спят, её сын лижет половые органы своей няни, а та мнет руками его половой член.

Женщина громко закричала, на крик прибежал её муж, стащил няню с постели и отхлестал по щекам, приказав ей немедленно убираться. Но мальчик вцепился в девушку руками, обнимал её и кричал, что он её любит и не хочет, чтобы она уходила. Родители оставили девушку до утра, забрали сына в свою комнату, а утром отправили её обратно в деревню, дав ей денег и приказав никому о случившемся не рассказывать.

Мальчик всю ночь плакал, утром наотрез отказался идти в школу, весь дрожал и стучал зубами. Он ничего не ел несколько дней, постоянно плакал, звал няню, отталкивал родителей, говорил, что ненавидит их, не спал ночами, и родители были вынуждены поместить его в психиатрическую больницу.

Сексуальные действия душевнобольной растлительницы, которая угрозами принуждает ребенка к сексуальному контакту, могут привести к неврозу.

Алексей обратился с жалобами на пониженное настроение, чувство безысходности и одиночества.

В беседе выяснилось, что в детстве у него была няня, слабоумная женщина, которую родители привезли из деревни. Она жила у них, спала в детской, и с 4-летнего возраста заставляла мальчика лизать свои половые органы. Если ребенок плакал и отказывался, растлительница больно щипала его или крутила за ухо, грозя, что если он не подчинится или что-то расскажет родителям, то она превратится в ведьму и заколдует его. Ему было страшно, он плакал, но в конце концов подчинялся. Няня внушала мальчику страх и отвращение — она была толстой неопрятной женщиной, от неё противно пахло, но он её очень боялся и ничего не говорил родителям.

Леша рос пугливым, вздрагивал от резких звуков, часто плакал, плохо спал, просыпался от ночных кошмарных снов и весь в слезах, громко звал мать. Родители считали его нервным и ранимым ребенком, никогда не только не наказывали его, но даже не повышали на него голос и терялись в догадках, отчего мальчик так плаксив и всего боится. Отец предлагал проконсультировать сына у детского психиатра, но мать возражала, полагая, что визит к врачу испугает ребенка.

Так продолжалось до тех пор, пока Леше не исполнилось 12 лет. В няне он уже не нуждался, но она выполняла всю домашнюю работу и по-прежнему жила у них. К этому времени Леша уже многое знал из рассказов сверстников, тяготился своей «постыдной тайной» и больше всего на свете боялся, что кто-нибудь из одноклассников об этом узнает. Себя он считал «грязным подонком» и «слабовольной тряпкой», но в силу особенностей характера не мог противостоять жестокой няне.

Когда Леша учился в 5-ом классе, во время медицинского осмотра школьный врач обратила внимание, что руки, грудь и спина мальчика в синяках от щипков. Она стала расспрашивать его, а Леша расплакался и выбежал из её кабинета. Врач рассказала обо всем классному руководителю, а та была поражена. Родители Леши — интеллигентные люди с высшим образованием, педагог не раз обсуждала с ними, почему он так боязлив, сторонится одноклассников и часто плачет по любому пустяку.

Решив, что родители систематически истязают ребенка, учительница вызвала их в школу. Те были просто потрясены. Дома они устроили допрос и няне, и Алексею. Он признался, что она его истязает, а о её сексуальных домогательствах ничего им не рассказал — ему было стыдно, он боялся, что его будут презирать даже родители. Няню отослали в деревню, но мальчик был по-прежнему подавлен, замкнут и плаксив.

Со временем острота его переживаний несколько сгладилась, но тем не менее, многие годы он мучился от комплекса неполноценности. Его сверстники ухаживали за девушками, а Алексей презирал самого себя и считал, что он недостоин общаться с девушками.

Закончив школу, он поступил в институт, но и среди сокурсников был одинок. Для себя он писал трагические стихи о своей «загубленной жизни», о том, что «обречен на одиночество». Однажды листок с его стихами случайно оказался на столе сокурсницы, которая решила, что они посвящены ей. Она со смехом зачитала стихотворение перед всей группой, спрашивая, кто из ребят является её воздыхателем. На Алексея она даже не подумала, решив, что автор — парень, которой ей нравился, и кокетливо добиваясь у него признания в авторстве. Придя домой, Алексей пытался отравиться, выпив какие-то таблетки из домашней аптечки, но потом сам испугался и вызвал искусственную рвоту. Почему он так поступил — и сам не знает. К той девушке он не испытывал никаких чувств, просто ему показалось, что все сразу догадаются о «его позоре».

После этого случая он длительное время был подавленным, рассеянным, почти не спал ночами, а днем «клевал носом» на лекциях и запустил занятия. Летнюю сессию не сдал и родители, боясь, что его отчислят из института, решили оформить академический отпуск якобы по болезни. Терапевт не обнаружил у Алексея никаких оснований для освобождения от учебы, а невропатолог после обследования порекомендовал обратиться к психиатру.

Эфебофилия (сексуальное влечение к подросткам) может наблюдаться и у взрослых мужчин, и у взрослых женщин. В этих случаях растление более откровенное, с уговорами или принуждением к половому сношению.

Развратник — есть камень преткновения для тех, которые с ним знаются.

Источник

Первый день

Привет!
Меня зовут Костя, мне 14 лет. Я люблю играть в футбол, гулять с друзьями и ездить в лагерь. Но ты не поверишь! Я не разу не получал по яйцам! Меня пытались ударять, но я защищал их. А все потому что родители научили меня с детства, что туда бить очень больно. По этому я не знаю что такое самая сильная боль.

Вот и наступило лето! Чудесное время. Светит солнце, поют птицы, шелестит трава! В июне я планировал поехать в лагерь, в общем как обычно. Я начал соберать вещи в путь. До лагеря ехать далеко, но я уже привык, ведь ездил туда много раз. Но этот раз был особенным! Со мной ехал мой лучший друг Витя! Ура.

Мы приехали в лагерь с хорошим настроением, мне удалось развеселить Витю.
Когда нас распределили по отрядам мы заняли классную комнату на 4 человека. Позже к нам подселили два мальчика, одному 15 лет, другому 14 как и мне. Их звали Митя и Толик.
-А у вас есть комиксы?-Начал я знакомство.
-Есть, смотри!-И Митя достал из сумки партию комиксов.
-Круто! А у тебя, Толя, есть?-Я тоже достал свои комиксы.
-Вот.-Показал мне Толя.
-Витя, а ты чего грустишь? Опять что ли из за это?
-Из за чего?-Вмешался в разговор Митя.
-Да его вчера сестра по яйцам пнула, ему стыдно просто.
-Ого, не люблю когда туда бьют.
-А кто любит?-Присоеденился к нам Толик.
-А я вообще туда не получал.
-Правда!?-Хором сказали Митя и Толик.
-Ага.
Мы так и не закончили разговор, потому что вожатая позвала нас на обед.

Источник

Сестра лижет яйца брату

Таня уже совсем чувствовала себя виноватой. Действительно, если разобраться, то с братом она поступила не по–родственному.

— Ну хочешь, — она уже боялась, что сейчас Денис обидится, и всё, — ну хочешь, сделай со мной что–нибудь!

— Что, например? — это с пренебрежительной досадой.

Ага. Это надо закрепить. Недоверчиво:

— Нет! — (и действительно, что ещё нового с неё можно взять?).

Таня несколько струхнула, но послушалась. Денис внутренне торжествовал.

— Тогда, — заявил он, — будешь до отъезда делать то, что я тебе прикажу.

Таня опять задумалась.

— Только я дом поджигать не буду, и в муравейник садиться не буду, и вообще…

— Хорошо, — согласился Денис, — без вреда здоровью и без последствий со стороны бабы Кати и вообще посторонних. Так пойдёт?

— Так пойдёт. — Она подумала ещё. — Будешь со мной то же, что с Леной, делать?

У Дениса заныло в паху.

— Почему? — Денис действительно удивился, она что, так чётко знает, когда повзрослеет настолько, чтобы…

— А через две недели опять можно будет, — сказала она доверительно. Денис так ничего и не понял, но решил, что это не так важно, разберётся со временем.

— А ты уже когда–нибудь.

Таня помотала головой.

Таня кивнула. Денис помялся. Ну что, прямо так ей и говорить, что ли?

Таня отошла от окна, и Денис с бьющимся сердцем влез внутрь. Постель была расстелена, на стуле висели шорты, футболка и трусики. Они почему–то взволновали Дениса. Сознание того, что там, под рубашкой на Тане ничего нет, ну совсем ничего, хотя и было глупым, но очень острым. На лице Тани была написана игривая покорность. Она действительно собиралась делать то, что Денис ей скажет, Денис в этом уже не сомневался, но принимала это как игру, ей нравилось его внимание к её телу, нравилось ощущать себя привлекательной. Денис смотрел на неё, не зная, что делать дальше.

— А баба Катя не услышит?

— Не-а… Я и магнитофон заводила, и с девчонками мы сидели…

— Ну тогда стой смирно.

Таня торжественно выпрямилась в ожидании. На лице её застыла любопытная улыбка, она выпятила грудь и откинула голову. Ей, видимо, нравилось быть покорной жертвой, да им, наверное, всем нравилось, не зря же они играли в разбойников. Денис подошёл к ней, нагнувшись, схватился за подол рубашки, и подтянул его до Таниной шеи. Под рубашкой действительно ничего не было. Танина красивая пишка ничуть не стала хуже за прошедшее время. Денис глядел на неё во все глаза и чувствовал уверенность, что вот сейчас он будет делать всё, что захочет сам, сейчас идёт игра по его правилам. Красивые бёдра, красивая пишка — и всё это в его власти! Он проглотил слюну, и сказал:

— Снимай! — Таня с готовностью стянула себя ночнушку. Теперь она была голой перед Денисом, уже в который раз? Наверное, в четвёртый или в пятый, но по–прежнему Денис будто видел это всё впервые. Он потрогал её спереди, сзади, затем отошёл, сел на кровать и приказал (именно приказал):

— Повернись боком. — Сбоку девчонки тоже выглядят здорово, особенно когда попка хорошая, как у Тани. И грудь. — Спиной. — Гладкая узкая спина, тонкая талия, две трогательный половинки… — Повернись лицом и расставь ноги.

Таня хмыкнула, и расставила ноги примерно на метр. Денис встал и снова пощупал её спереди и сзади. Очень интересно сзади, берёшь вроде за попу, а рука оказывается на пишке… Денис просунул руку подальше, и его ладонь оказалась на пишке, а преплечье — на попе.

— Я ещё шире могу, — сказала Таня не оборачиваясь.

Источник

Сестра лижет яйца брату

«Проклятье!». Отличное летнее субботнее утро испортил телефонный звонок в шесть утра. В это время надо спать!

Я полежала на кровати, глядя на вращающийся потолочный вентилятор, потом перекатилась на другой бок и улеглась поперек кровати. На глаза мне попался старый фотоальбом.

Фотография моей лучшей подруги Петти Петовски с младшим братом Дэвидом напомнила о приключении, случившемся в начале лета.

Дэвид с друзьями бросали камни в окна строящегося дома. Один из камней рикошетом влетел в окно жилой комнаты и ударил женщину по имени Гринберг в подбородок. В то время, как муж женщины успокаивал ее и останавливал кровь, старшие сыновья поймали Дэвида и его приятелей.

Дэвид и Петти, также как и я, и мой брат Роберт, были, конечно, знакомы с родительским ремнем. Но Дэвида ждало что-то необычное!

Миссис Петовски велела Дэвиду спустить штаны и объявила, что будет пороть его по голому телу. Петти позвонила мне и велел мне скорее бежать к ней. Я прибежала очень быстро, и увидела, как миссис Петовски привязывает руки Дэвида к балке над его головой! Миссис Гринберг тоже была там!

Мы сидели перед Дэвидом и наблюдали, как он брыкается и вертится после ударов, равномерно обрушивавшихся на его задницу.

Я никогда не видела мужские гениталии так близко и мои глаза были прикованы к его мягкому половому члену и повисшим яичкам, болтающимся после каждого удара по попе. Запыхавшись, миссис Петовски передала ремень пострадавшей женщине:

Возьмите! Вы тоже должны наказать его! И не надо его жалеть!

После почти получаса непрерывной порки попа Дэвида покрылась массой широких красных рубцов. Миссис Петовски сказала Дэвиду, что она отвяжет его только через два часа. Все это время он должен стоять молча, не произнося ни единого слова

Петти не могла упустить такую возможность! Ведь Дэвид и Роберт всегда дразнили нас!

Вытянув указательный палец, она осторожно покачала мягкий член из стороны в сторону. Затем, очень осторожно, зажала большим и указательным пальцами кожу мошонки и задрала яйца! Когда Петти начала мягко их массировать, Дэвид попробовал отвернуться. Схватив его за член и дернув, Петти сказала:

— Стой смирно! Или я сообщу маме, что ты шумишь! В ее нынешнем настроении это обойдется тебе ударов в двадцать!

Улыбаясь мне, она продолжала сжимать и дразнить гениталии Дэвида, пока его член не затвердел и не стал совсем липким. Тогда мы оставили его в покое и, смеясь, ушли наверх.

Всю остальную часть лета Дэвид косил лужайки и мыл автомобили и окна. зарабатывая деньги для оплаты причиненного ущерба.

Вероятно, не было и дня, чтобы я не вспоминала наказание Дэвида, не воображала, что я шлепаю его или беру за кончик члена. Мне много раз это снилось!

Громкий скрип половицы напугал меня и я поспешно выдернула руку из пижамы. Я была уверена, что меня никто не видел, но, для очистки совести, осторожно приоткрыла дверь.

Мама вошла в ванную и громкий скрип дверей душа ясно дал понять о ее намерениях. Послышался шум воды и я представила, как мама начала раздеваться.

Шум воды прекратился и дверь душа открылась. Теперь мама предстала перед Робертом полностью голой! Его рука заерзала, как безумная.

Мои мысли путались. Если я скажу маме, она убьет Роберта! Когда папа вернется домой, он убьет его снова!

Когда брат закончил мыться и вошел в кухню, я попросила его помочь мне перетащить в подвале некоторые тяжелые вещи. Мы спустились вниз и я сказала ему, что знаю его тайну, что я видела его подглядывающим, и что с ним будет, когда об этом узнают родители. Его лицо было красным, как свекла! Он молил меня молчать и обещал сделать за это все! Что угодно!

Я сказала Роберту, что до конца дня он будет безоговорочно подчиняться мне, и что я намерена дать ему хорошую порку! Он на коленах благодарил меня!

Я вставила пальцы в пояс его белых трусов, стала на колени, и медленно-медленно потянула трусики вниз. Петти, улыбаясь, наблюдала за позором Роберта. Он изо всех сил старался стоять неподвижно. Наконец, его интимные части обнажились. Брат громко застонал! Да уж, я постаралась сделать этот ритуала предельно оскорбительным!

Вместе мы преодолели сопротивление мальчика и заставили его раздвинуть ноги примерно на три фута. Привязав их в этом положении, мы обеспечили жертве полную неподвижность. Закончив связывание, мы стали внимательно рассматривать голого мальчика, громко обсуждая его гениталии и попу и, как бы невзначай, касаясь и похлопывая его. Я подняла кожаный ремень и показала его Роберту.

Брат кивнул. Петти, тем временем, подтащила стул и уселась перед Робертом на расстоянии не более фута. Хихикая, она внимательно рассматривала его гениталии. От стыда Роберт закрыл глаза.

Взяв мамину щетку, я начала протирать жесткой щетиной нашлепанную кожу. Роберт заерзал. Тогда я провела щеткой по его груди и соскам и опустилась вниз. От прикосновения щетины к его чувствительным гениталиям Роберт судорожно вздохнул. Я прошептала:

— Мне жаль, Роберт, но нужно продолжать.

Снова взяв ремень, я ударила Роберта точно посередине ягодиц.

Почувствовав усталость, я села рядом с Петти. Она, тем временем, протянула руку и взяв половой член Роберта, начала его массировать. Право, эта девушка, была более бесстыдной, чем обычный подросток!

Роберт, не отвечая, смотрел вверх. Петти пустила в ход другую руку и начала ласкать его яички, катая их внутри мошонки.

Я почувствовала возбуждение, согревающее мой пах. Петти продолжала дразнить и поглаживать интимные части Роберта.

Член Роберта начал распухать в ее руке. Почувствовав это, Петти, не останавливая движения, стала протирать головку члена большим пальцем.

Роберт дрожал, а Петти двигала его крайнюю плоть все быстрее и быстрее.

— О, Боже! Да! Я не могу удержать это!

Петти твердо сжимала половой член и продолжала двигать кожу вверх и вниз, в то время, как мы восхищенно наблюдали выбросы спермы из небольшого разреза наверху его члена!

Петти остановилась и мы отвязали мальчика. Он свернулся в позу младенца и кричал, как ребенок. Позволив брату немного успокоиться, мы подняли его и проводили наверх. Роберт перестал рыдать только через четверть часа. Он клятвенно обещал, что он больше никогда не будет подсматривать.

Мое сочувствие было коротким, и я сказала ему, что наказание еще не закончено. Он должен был делать все мои хозяйственные работы. Роберт охотно согласился. Первым заданием была полная уборка в доме. Роберт встал и начал надевать трусики.

— Нет, Роберт! Ты будешь работать голым! Без штанов! Целый день! И если ты не подчинишься, я выпорю тебя еще сильнее!

Мы не разрешили ему одеть штаны даже за обедом. После обеда мы заставили его встать на четвереньки и долго осматривали его попу, обсуждая, выдержит ли он еще одну порку.

Наконец, было решено пощадить мальчика и не шлепать его. Вместо этого мы решили поставить его в угол. Этого, однако, мне показалось мало. И тут в мою голову пришла великолепная идея! Я вспомнила, что в нашей аптечке лежит упаковка имбирных свечей. Эти свечи мама как-то раз использовала, чтобы наказать меня. Это. впрочем, сейчас неважно. Я принесла свечи.

С этими словами я извлекла свечу из упаковки. Петти, поняв, что от нее требуется, обошла вокруг Роберта и, сев на его поясницу, взялась за исполосованные ягодицы мальчика и, не обращая внимания на его стоны и мольбы, широко их раздвинула. Приложив свечу к сморщенному анусу, я осторожно надавила. Свеча легко вошла в задний проход. Преодолевая легкое отвращение, я толкала ее все глубже и глубже, пока мой палец полностью не скрылся в попе брата.

От унижения он всхлипнул (а может, это уже начала действовать свеча). Встав, Петти взяла Роберта за ухо и повела в угол. Он покорно шел, держа руки на затылке. Заставив мальчика ткнуться носом в угол, Петти отошла.

Мы сидели на стульях и наблюдали, как Роберт мучается в углу. Пытаясь уменьшить жжение, он судорожно сжимал и разжимал ягодицы. Скоро это зрелище нам надоело и мы включили телевизор. Роберт продолжал стоять.

Прошло уже минут пятьдесят, как вдруг Петти, приложив палец ко рту, глазами показала мне на Роберта. Воспользовавшись тем, что мы отвернулись, он старался извлечь свечу.

Зрелище было пикантное! Оттопырив попу и боясь лишний раз пошевелиться, Роберт, одной рукой пытаясь раздвинуть ягодицы, засунул палец второй в свой задний проход. Он яростно шевелил этим пальцем внутри себя, но извлечь свечу не мог.

— Ты пальчик-то вынь. нехорошо. Что же нам с тобой делать? Мы подумаем, а ты пока постой.

Роберт стоял в углу, у мы смотрели телевизор. К концу второго часа брат робко попросил:

— Можно, я выйду? Хоть на минутку?

— Мне надо. Очень. Ну, пожалуйста!

— Зачем? Скажи, а мы подумаем.

Посмотрев друг на друга, мыс Петти громко фыркнули.

Я быстренько сбегала вниз и принесла старый Робертов горшок, которым он не пользовался уже лет десять. Увидев его, он дернулся.

С этими словами я поставила горшок и села. Прошло еще минут пять. Из угла послышался тихий голос Роберта:

— Я согласен, давайте.

Помедлив, мы с Петти встали. Я взяла горшок и подошла к Роберту. Он протянул руку:

— Держи руки на месте! Кто разрешил их опускать?!

— Ничего, мы тебе поможем. Повернись, но рук не опускай!

Петти поняла мою мысль и, ехидно улыбаясь, приблизилась к Роберту. Я поднесла горшок, а Петти, осторожно взяла член брата и направила его в горшок.

Пунцово покраснев, Роберт, стоял. На его глазах показались слезы

Как не странно, это помогло! Из вершины члена Роберта ударила желтая струя. Фи! Она пахла так неприятно!

Брат писал долго. Когда он, наконец, закончил, мы с Петти переглянулись и я сказала:

— Ладно! Мы тебя прощаем! Иди, одевайся! Да горшок свой не забудь!

Пробормотав «Спасибо», брат пулей вылетел из угла и исчез в своей комнате. Мы с Петти дружно расхохотались.

Вот такая история приключилась с нами прошлым летом. Роберт долго краснел и стискивал зубы, встречая Петти. А потом он сумел отомстить нам. Это, впрочем, другая история.

(Авторизованный перевод с английского В.Николаева)

Источник