скажи мне что ты меня фанфик
Скажи мне что ты меня фанфик
Утро. Солнце медленно поднималось вверх, золотясь и отбрасывая лучи на стекла Хогвартс-Экспресса. Солнечные блики весело танцевали по всему купе. За окном проносились великолепные пейзажи: залитые солнцем, пока еще зеленые луга, небольшие речушки с кристально чистой водой, леса, уходящие куда-то вдаль, оставляя за собой загадку темных дебрей.
— Гермиона, — раздался слегка хрипловатый и недовольный голос. — Мы ведь еще даже до школы не добрались, а ты уже возишься со своими книжками.
— Отстань, Рон! — немного раздраженно бросила девушка, щурясь от солнечных бликов.
Парень слегка хмыкнул, закинул ногу на ногу, и откинулся на спинку сидения, почесывая свою рыжую щетину.
— Гарри! Ну, хоть ты со мной поговори.
Рыжий был явно не доволен, что друзья не обращают на него должного внимания.
— Гермиона, как всегда, предпочитает общаться со своими учебниками, ну а ты-то о чем думаешь? — Рон уставился на друга.
— У меня столько мыслей в голове: одна не лучше другой, — Гарри печально посмотрел в окно.
— В чем дело, Гарри? — Гермиона показалась из-за книжки, поправляя непослушный локон.
— О, наша мисс всезнайка! Что такое? Книжка надоела? — Рон, улыбаясь во весь рот, ехидно вглядывался в лицо девушки.
— Да что с тобой такое, Рон? — Гермиона выглядела обеспокоенной. — Гарри? — она снова обращалась к парню, сидящему рядом с ней, который все еще задумчиво глядел в окно.
— А? Что?
Гермиона мягко дотронулась до его руки.
— Что случилось? — она непонимающе смотрела на него.
— Есть некоторые предположения насчет одного человека. — Гарри отвернулся от окна, устало вздохнул и сложил локти на коленях.
— Кого ты имеешь в виду? — спросила Грейнджер.
— Гарри, — бросил Рон. — Я, конечно, всё понимаю: времена сейчас беспокойные, и всё такое. Но тебе самому не надоело вновь подозревать кого-то в темных делишках?
— Малфой.
— Что Малфой? — не понял рыжий.
— Я почти уверен, что он — Пожиратель Смерти! — Гарри резко поднялся и прислонился лбом к стеклу.
— Ты серьезно так думаешь? — в голосе Рона слышалась небольшая ирония. — Да он просто самовлюбленный слизеринский ублюдок! Думаешь, он способен на такое? Да он только и умеет, что языком трепать, как помелом!
— Все не так просто, как вам кажется, — Гарри вновь повернулся к друзьям, — он что-то затевает, я уверен.
— Я думаю, что Рон прав, — Гермиона вновь нырнула в книгу, — и беспокоиться не о чем.
Гарри, шумно вздохнув, обхватил голову руками и плюхнулся обратно на сидение.
— Расслабься, — Рон достал из кармана какие-то конфеты. — Вот, угощайтесь, эти конфетки здорово поднимают настроение! Еще одно изобретение моих непутевых братцев!
— Не такие уж они и непутевые, — Гермиона вновь оторвалась от книги, протягивая руку к конфетам, — раз уж смогли в таком возрасте открыть собственный магазин.
— Гарри, — Рон протянул ему сладость, — тебе как раз не повредит, при твоём-то настрое!
Но Гарри только отмахнулся. Встав на ноги, он пошарил под своим сидением, достал из сумки маленький сверток и засунул себе в карман.
— Пойду, прогуляюсь, — сухо бросил он и вышел за дверь.
— Он сегодня очень странный.
Рон, развалившись на сидении, поглощал конфеты.
— Да уж, не понимаю, чего он прицепился к Малфою? — Гермиона отложила в сторону свою книгу и начала приглаживать волосы.
— Знаешь, Гермиона, — Рон немного потупил взгляд, — ты сегодня отлично выглядишь! — подытожил он.
— Что? — Гермиона взглянула на него из-под ресниц, слегка смутившись. — А, спасибо! — и вновь взяла книгу, углубившись в чтение.
Проснувшись, Гермиона прищурилась от яркого солнечного света, который проникал в комнату из-за неплотно прикрытой занавески. Она села на кровати и сладко потянулась. В ногах у неё сидел Живоглот, сонно наблюдая за хозяйкой. Гермиона вытянула руку, и потрепала его за ушком. Вдруг, резко откинувшись назад, девушка уставилась пустым взглядом в стену напротив, вспомнив довольно неприятный инцидент, произошедший вчера в их гостиной. Легкая дрожь прошлась по позвоночнику, и словно чья-то бесплотная рука слегка коснулась горла. «Ерунда», — подумала Гермиона и выпорхнула из постели, направившись в ванную.
Приняв душ, она вышла в общую гостиную, но Забини там не обнаружила. Немного покрутившись у зеркала, она отправилась в Большой Зал.
Гарри и Рон уже сидели на своих местах и о чем-то болтали. Гермиона направилась к ним, по пути кивнув Луне и Парвати.
— Привет! — она села напротив них. — Как спалось?
— Отлично! — ответил Рон, делая глоток из своей чашки.
— Привет! — нос Гарри был уже в полном порядке. — Ну как ты? Забини не приставал?
— Нет. Почему ты молчал на счёт стычки с Малфоем? — она немного перегнулась через стол, говоря шепотом.
— Откуда ты знаешь? — Гарри посмотрел на Рона.
— Я молчал, клянусь тебе! — Рон развел руками, глядя на них обоих.
— Значит, Рон знал? А почему ты не сказал мне? — Гермиона казалась разозленной.
Гарри почесал затылок, и виновато посмотрел на неё.
— Мы не хотели тебя волновать. Погоди, так откуда ты знаешь?
Гермиона хотела было ответить, но не успела. Почувствовав чью-то руку на своем плече, она обернулась и обомлела. Позади неё стоял Малфой с довольной физиономией.
— Что, грязнокровка, успела нажаловаться своему ненаглядному Поттеру и Уизелу? — Малфой слегка хлопнул её по плечу, но тут же быстро убрал руку в карман.
Рон одним махом выскочил из-за скамьи и бросился к Малфою.
— Как ты её назвал, сволочь?
— Грязнокровка! А что такое? — на лице Малфоя теперь играла притворно-невинная улыбка.
Удар в челюсть последовал незамедлительно. Малфой схватился за губу, размазывая кровь по щеке, затем смачно сплюнул Рону под ноги и наклонился к Гермионе.
— Мы не закончили с тобой! — прошептал слизеринец и поднял лицо к Рону. — Можешь собирать деньги на похороны! — выплюнул он и поспешил к слизеринскому столу.
— Чертов хорёк! — Рон сел обратно за стол.
— Не обращай на него внимания, — Гарри потрепал друга по плечу, — он ведь специально провоцирует. — Гермиона, все хорошо? — он посмотрел на девушку, которая была бледной и судорожно сжимала в руке кусочек пергамента.
— Что это у тебя? — Рон хотел вырвать у неё пергамент, он она быстро спрятала его в карман мантии.
— Э… ничего! Просто расписание! Так вы идете на Зельеварение? Вы же не хотите потерять баллы за опоздание? Тем более у нас новый учитель, — Гермиона вылезла из-за скамьи и зашагала к выходу.
В подземельях, где обычно проходили уроки по Зельеварению, было темно, холодно и сыро. Как, впрочем, и всегда. Радовало лишь одно — наконец-то студенты вместо похоронной физиономии Снейпа будут видеть улыбающееся румяное лицо Слизнорта.
— Проходите ребята, рассаживайтесь поудобней! — Слизнорт весело улыбался и махал рукой студентам, входящим в класс.
Гермиона села почти за самую последнюю парту. Рона и Гарри видно пока не было. Зато через три парты от неё в соседнем ряду сидел Драко Малфой, и откровенно на неё таращился.
Девушка немного напряглась, и, отвернувшись от его наглой морды, принялась готовиться к уроку. Доставая из сумки учебник, она услышала какой-то шум. Снова подняв голову, возле дверей класса она увидела Рона и Гарри, которые что-то объясняли Слизнорту. Гермиона достала чернила, перо, и, засунув руку в карман мантии, что-то нащупала. Дрожащие пальцы вытащили на свет тот самый кусочек пергамента, который она прятала от Рона. На самом деле это было вовсе не расписание. Его незаметно кинул ей на колени Малфой, когда нагнувшись шептал ей что-то типа: «Мы с тобой не закончили». Гермиона склонилась над краем парты, и медленно стала разворачивать бумажку. Аккуратным и красивым почерком на ней была сделана надпись: «За тобой должок, Грейнджер! Жду тебя сегодня в полночь на Астрономической башне. Попробуй только не прийти». — Побелев, Гермиона скомкала записку и глянула на Малфоя. Тот, словно почувствовав её взгляд, повернулся к ней, презрительно глядя в глаза. «Что делать? Рассказать обо всем Гарри? Не пойти к нему на встречу?» — Гермиона лихорадочно обдумывала свои действия, сразу же отметая их.
— Грейнджер! — услышав свою фамилию, она подняла голову. Малфой смотрел на неё, взглядом показывая на записку, которую она всё еще сжимала в кулаке.
Слизеринец подмигнул ей и, гадко улыбнувшись, тем не менее, показав ослепительные зубы, отвернулся.