скажи мне что ты меня любишь ремарк о чем книга
«Скажи мне, что ты меня любишь…» (нем. Sag mir, daß du mich liebst. )
История написания
В жизни Ремарка было много романов и до Дитрих, и после нее. Но самой большой любовью стала для него Марлен. К моменту знакомства за его спиной уже были первый брак и первый развод с танцовщицей Ильзой Юттой Замбоной. А многочисленным романам не было числа. Случались моменты, когда писатель одновременно находился в близких отношениях сразу с двумя женщинами, помимо жены.
Марлен тоже не отличалась пуританскими взглядами. Будучи в браке, она не стеснялась заводить романы на стороне. Впрочем, вместе с мужем Рудольфом Зибером она прожила всего пять лет. Но женаты они оставались всю жизнь. Любовники и любовницы (Дитрих была бисексуальна) сменяли друг друга, как кадры кинопленки.
Роман писателя и кинодивы вспыхнул мгновенно. Ремарк и Марлен познакомились во Франции в 1937 году. Первая их встреча произошла в Берлине семью годами раньше. Это был короткий, не первый и не последний для обоих роман. Яркий, как вспышка, красивый и мучительный. Оба были натурами сложными, обоих отличала любвеобильность и оба изменяли. Но это была великая любовь.
Ремарк в то время работал над сюжетом «Триумфальной арки». И героиня романа Джоан Маду стала портретом Марлен, причем не самым лестным. Эрих называл Дитрих Пумой и свои письма к ней часто подписывал именем Равик — так зовут главного героя романа. Они называли «Триумфальную арку» своей книгой. Это был роман их любви.
Отношения Ремарка и Марлен складывались сложно. В его дневнике появлялись записи то о полной сладкой жизни, то о том, что надо бежать от Пумы. Марлен любила блеск Голливуда, Ремарк его не переносил. Он хотел жить в Порто-Ронко в тишине и уединении, она не желала ехать в «эту глушь». Их интимные отношения прекратились в 1940 году. Редкие встречи, письма и телефонные звонки связывали их на протяжении еще многих лет. Критики назовут их роман величайшей любовью ХХ века.
Сюжет
«Скажи мне, что ты меня любишь…» — это письма Ремарка знаменитой немецкой актрисе Марлен Дитрих.
Писем Марлен Дитрих к Ремарку, за редким исключением, не сохранилось. Почти все уничтожила жена писателя Полетт Годдар. Зато сохранились письма Ремарка. Это еще один его роман. Они полны трогательной заботы, нежности и любви. В них нет места лжи, изменам и боли. Письма адресованы женщине, на протяжении многих лет существовавшей лишь в его страстных фантазиях. Они сотканы из поэтических заклинаний любви к женщине и актрисе, у которой миллион поклонников. И он в том числе.
Зная обо всем, он не перестает в каждом письме выворачивать себя наизнанку. В каждом слове — оголенное чувство, молитва, желание украсть и приручить Пуму, которая уже давно приручена кинематографом. Он знает и это. Он знает и то, что пропал, что его письма, из-за ее спины, читает еще кто-то. Отношения с ней — это игра «отгадай загадку». Вот только смысл — не отгадать всё, а оставить что-то в рукаве. Самое страшное — это не потеря ее любви, а потеря ее интереса. Ремарк знал и это. Но падал и падал к ногам Дитрих каждым письмом.
По большому счету Ремарк писал эти письма себе. Печальные и прекрасные, они не ждут ответа. Это письма-размышления, наполненные грустью и меланхолией. Обращение к собственной душе, своеобразный сон наяву.
Уже после расставания, в письме, датированном 1941 годом, Ремарк пишет подробный рецепт лечения простуды. Потому что Пума заболела. Она сломала лодыжку — он чаще стал посылать ей письма. Когда в конце 40-х серьезно заболел Ремарк, Марлен ухаживала за ним в больнице.
В декабре 1945 года, в своем послании Ремарку из Парижа в Нью-Йорк, Марлен писала, что нашла три его письма. Она тосковала об их ушедшей любви. Одинокая и покинутая в чужом городе, растерянная и не знающая, чем себя занять. Она написала ему без всякого повода, потому что ей некому было больше писать.
Марлен была холодна к нему, впрочем, как и ко всем своим мужчинам. Эрих готов был ей это прощать. Все возлюбленные Ремарка становились прототипами героинь его романов. Но только Марлен могла его вдохновить. А она не могла жить без его советов. Они ссорились и мирились, разрывали отношения и вновь сходились. Такая трудная, такая болезненная и такая прекрасная любовь!
Только имея крепкие нервы, можно было общаться с Марлен. И здоровый желудок. От того, чем она угощала, мог свалиться любой мужчина. Она предпочитала кормить мужчин, чем с ними спать: поэзия кухни была на первом месте, и лишь потом — проза спальни.
В глазах Ремарка Марлен была звездой, постоянно окруженной роем менявшихся кавалеров. Сам же он страдал от сильного комплекса неполноценности. И когда Эриху казалось, что он становится одним из ее бесчисленных никчемных поклонников, он начинал писать ей письма. От имени Альфреда, восьмилетнего мальчика, своей «тетушке Лене», с орфографическими ошибками. Ремарк пытался вернуть себе полное и безраздельное внимание Марлен, хотел, чтобы она вновь была в состоянии «влюбленной нежности», как в первые месяцы их знакомства.
Цитаты
«Красавица, возбуждающая и пропащая, с высоко поднятыми бровями и лицом, тайна которого состояла в его открытости. Оно ничего не скрывало и тем самым ничего не выдавало. Оно не обещало ничего и тем самым — всё».
«Вообще-то мы никогда не были по-настоящему счастливы; часто мы бывали почти счастливы, но так, как сейчас, никогда».
«. нам столько известно друг о друге, что мы могли бы играть в покер с открытыми картами».
«. и распалась комната, и ночь распалась, и мир распался, и твои губы были самыми мягкими на земле, и твои колени коснулись меня, и твои плечи, и я услышал твой нежный голос: „Входи, входи еще. “ — трепетная, о бесконечно любимая. »
«Камни переговариваются, листья откровенничают, тычинки красуются, муравьи игнорируют корейский вопрос, молоденькая кошечка парит в танце над коврами, светлячки сами себе электростанция, а мухи-однодневки, завтра мертвые, любят друг друга в свете свечи на террасе, они — символы в чистом виде, потому что у них нет приспособлений для пожирания и переваривания пищи, и это — кратчайшая трепещущая жизнь; мохнатые ночные бабочки пробиваются сквозь ночь, как торпеды, озеро бормочет со сна и подмигивает, из него вылетают рыбы, и, как всегда, Бог — в деталях. »
«Скажи мне, что ты меня любишь…»: роман в письмах
Перейти к аудиокниге
Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
Эта и ещё 2 книги за 299 ₽
Одна из самых завораживающих и печальных историй любви ХХ века.
История романа самого прославленного певца «потерянного поколения» Эриха Марии Ремарка и самой знаменитой «фам фаталь» мирового кинематографа Марлен Дитрих, поведанная ими самими – в письмах, которые они писали друг другу.
Их отношения не были простыми.
В них вспышки страсти и нежности слишком часто сменялись непониманием, ревностью, недоверием и даже враждой.
Их отношения были и необходимы, и мучительны как для Дитрих, так и для Ремарка.
Они должны были закончиться плохо – и закончились плохо.
Но и сейчас письма великого писателя и гениальной актрисы трогают до глубины души…
Я думаю, нас подарили друг другу, и в самое подходящее время. Мы до боли заждались друг друга. У нас было слишком много прошлого и совершенно никакого будущего. Да мы и не хотели его. Надеялись на него, наверное, иногда, может быть – ночами, когда жизнь истаивает росой и уносит тебя по ту сторону реальности, к непознанным морям забытых сновидений. Но потом мы опять забывали о нем и жили тем, что называется жизнью: брошенные на позиции перед неприятелем, слегка храбрящиеся, слегка усталые, циничные…
Я думаю, нас подарили друг другу, и в самое подходящее время. Мы до боли заждались друг друга. У нас было слишком много прошлого и совершенно никакого будущего. Да мы и не хотели его. Надеялись на него, наверное, иногда, может быть – ночами, когда жизнь истаивает росой и уносит тебя по ту сторону реальности, к непознанным морям забытых сновидений. Но потом мы опять забывали о нем и жили тем, что называется жизнью: брошенные на позиции перед неприятелем, слегка храбрящиеся, слегка усталые, циничные…
возлюбленная, октябрьская возлюбленная, ноябрьская возлюбленная! А какие у тебя глаза в последнее воскресенье перед Рождеством, как блестят твои волосы в январе, как ты прислоняешься лбом к моему плечу в холодные прозрачные ночи февраля, какая ты во время мартовских прогулок по садам, что у тебя на лице под влажным порывистым ветром в апреле, при волшебстве распускающихся каштанов в мае, при серо-голубом свечении июньских ночей, а в июле, в августе? Прелестная дриада, осенняя
возлюбленная, октябрьская возлюбленная, ноябрьская возлюбленная! А какие у тебя глаза в последнее воскресенье перед Рождеством, как блестят твои волосы в январе, как ты прислоняешься лбом к моему плечу в холодные прозрачные ночи февраля, какая ты во время мартовских прогулок по садам, что у тебя на лице под влажным порывистым ветром в апреле, при волшебстве распускающихся каштанов в мае, при серо-голубом свечении июньских ночей, а в июле, в августе? Прелестная дриада, осенняя
когда жизнь затаивала дыхание – это была молодость, молодость, и это была жизнь, жизнь! Сколь драгоценна она – не расплескай ее! – ты живешь лишь однажды и такое недолгое время…
когда жизнь затаивала дыхание – это была молодость, молодость, и это была жизнь, жизнь! Сколь драгоценна она – не расплескай ее! – ты живешь лишь однажды и такое недолгое время…
его проявлениях), мы в равной степени любим прекрасные драматические порывы и столь же безудержный смех, мы в полном восторге от того, что в любое время видим друг друга насквозь и точно так же в любое время запросто можем попасться на удочку друг другу, мы…
его проявлениях), мы в равной степени любим прекрасные драматические порывы и столь же безудержный смех, мы в полном восторге от того, что в любое время видим друг друга насквозь и точно так же в любое время запросто можем попасться на удочку друг другу, мы…
Рецензии на книгу « «Скажи мне, что ты меня любишь. «. Роман в письмах » Ремарк, Дитрих
Через расстояния и время
Марлен Дитрих (сентябрь 1970 г.)
Эриху Мария Ремарку в Локарно, клиника «Sant’Agnese»
Любимый Альфред
Всегда и навсегда сердце мое
Бывают ли люди настолько похожими, насколько отличаются эти два человека?
Марлен Дитрих – женщина-эпоха, решительная и прагматичная.
Эрих Мария Ремарк – один из представителей «потерянного поколения», считавший, что его успех не заслужен, и мучившийся от того, что был знаменит благодаря одной книге.
Никто из ближнего окружения не смог сказать, что же связывало диву, покорившую Голливуд, и гения, который не признавал сам себя.
. нам столько известно друг о друге, что мы могли бы играть в покер с открытыми картами.
Эти письма – хрупкий мост между континентами нежности и океанами недопонимания и ревности.
Ремарк называл Дитрих в письмах как угодно, но только не её именем. Он прибегал к шантажу и писал ей подробную инструкцию, как лечить бронхит. Он поклонялся ей как божеству, писал нежные письма, тонувшие за тонной текста, понятного только им. Это далеко не вписывалось в образ Ремарка: брутал, алкоголик и полигамный мужчина. Эта женщина была для него одновременно спасением и проклятием.
К сожалению, большая часть писем Дитрих к Ремарку была уничтожена.
Марлен Дитрих (16.09.1970 г.)
Эриху Мария Ремарку в Локарно, клиника «Sant’Agnese»
Любимый Альфред
посылаю тебе все мое сердце
Эти слова были написаны за неделю до его смерти.
Марлен была полигамна, но была ли она сердцем с Ремарком? Что двигало ей, когда она раз за разом отвергала его предложение выйти за него, но яростно отговаривала заключить брак с другой? На эти вопросы мы никогда не узнаем ответа.
Беря в руки книгу, я рассчитывала на легкую и непримечательную историю «любви». Как же я ошибалась!
Эти письма трогают до глубины души и не оставляют равнодушными. Я обязательно вернусь к этой истории, хоть от нее и саднит сердце.
Еще тогда я узнала и об этой книге, и об их мучительных и «страдательных» отношениях с Дитрих, и о Полетт Годдар, которая стала его спасением и женой. И хотела я эту книжку прочесть, но никак не могла ее нигде найти.
Роман в письмах, история разных городов, перемещений и встреч, разлук и невысказанных чувств двух таких разных людей. Сложный, интимный, нежный калейдоскоп тайны и чувств, запечатленный на бумаге. Книга дает возможность подглядеть в чужие письма так, словно они попадают в твои руки на пыльном бабушкином чердаке. Стиль изложения возвращает нас в те времена, когда писали о любви на нескольких листах, ничуть не смущаясь глубины этих переживаний. Цепляет.
Ремарк, скажи, что ты меня любишь!
Три красивых женщины, абсолютно не похожие друг на друга. Связать их между собой могла лишь любовь к одному мужчине. Что же он мог подарить им в ответ? Бессмертие на страницах собственных романов…
Патриция Хольман
Бывшая танцовщица Ильзе Ютта Замбоне пришла в жизнь 27-летнего Эрих Марии Ремарка с той же грацией и красотой, что была ей присуща. Прошло так мало времени с их первой встречи, а молодой человек уже твёрдо решил жениться на девушке.
Весть об этом повергла в шок всех друзей. «Ты сошёл с ума! Опомнись!» – не раз хором твердили они за посиделкой в каком-нибудь баре. Признаться, их опасения были далеко не беспочвенны. Новоявленная супруга была чрезвычайно бедна и, к тому же, серьёзно больна туберкулёзом. Но для такого холостяка, ведущего богемный и весьма распутный образ жизни, нахождение рядом с собой столь беззащитного и всецело преданного существа, показалось настоящим даром небес. «Со мной рядом человек, для которого я значу много, может быть, даже всё, хочу убрать с его дороги всё ужасное, насколько мне это по силам», – писал он через несколько месяцев после помолвки в письме к одному из знакомых.
К тому времени молодой писатель уже был довольно известен, благодаря произведению «Приют грёз». Но, познакомившись с Ильзе, он понял, что способен на большее. Благодаря заботе Эриха, приступы мучавшей Ильзе болезни стали случаться реже. Любитель и сам выглядеть элегантно, писатель всерьёз принялся за стиль Ютты и не скупился на дорогие наряды.
Желаемый эффект был достигнут – теперь рядом с писателем находилась не бедная, измученная болезнью танцовщица, а утончённая, хрупкая, но в то же время опасная женщина, которая могла бы завовевать любого одним лишь изящным жестом.
Когда эти двое входили под руку в ресторан, раздавался шёпот восхищения. Франтоватый Ремарк, недавно приобретший баронский титул, – с моноклем, в новомодном костюме, – и элегантная Ютта в струящемся платье, так подходящим к её новому статусу…
Однако, как это часто бывает, после осуществлённой мечты Ремарку захотелось отправиться на поиски мечты новой. И постепенно он потерял интерес к жене. Да и сама муза, преобразившись, стала уделять возлюбленному всё меньше времени. В конце концов, оба супруга были ещё так молоды…В итоге Ремарк увлекается другой женщиной, затем ещё одной…В долгу не оставалась и Ютта, также не скрывавшая многочисленных романов на стороне. Их совместная жизнь закончилась столь же стремительно, как и началась – и через четыре года совместной жизни они подали на развод.
Но спустя шесть лет Эрих Мария Ремарк опубликовал роман о трёх верных товарищах и крепкой любви одного из них к прекрасной и возвышенной Патриции Хольман, на протяжении нескольких лет страдающей туберкулёзом. Более светлых строк, по признанию самой Ильзе Ютты Замбоне, она о себе никогда не читала прежде…
«Любовь зарождается в человеке, но никогда не кончается в нём. Даже если есть всё: и человек, и любовь, и счастье, и жизнь, – то по какому-то страшному закону этого всегда мало, и чем большим это кажется, тем меньше оно на самом деле. Я украдкой глядел на Пат».
Жоан Маду
«Женщин следует либо боготворить, либо оставлять, всё прочее – ложь», – именно так думал Ремарк после развода. Ровно до знакомства с «ненаглядной Пумой» в берлинском отеле «Эден». А Пумой была не кто иная, как Марлен Дитрих.
Она сидела за барной стойкой в платье, эффектно открывавшем ноги. В руках был томик Рильке. Именно из-за него к ней и подошёл Ремарк. Марлен предложила выбрать любое стихотворение, а когда он назвал первое пришедшее в голову, с ходу прочитала его наизусть…Но судьбоносной стала вторая встреча – спустя 7 лет, за столиком ресторана в Венеции, во время проходившего тогда кинофестиваля. Актриса заметно скучала в обществе известного режиссёра Джозефа Штенберга. Вот как описала дальнейшее развитие событий дочь актрисы Мария Рива в своей книге «Моя мать Марлен»: «К столику подошёл безупречно одетый мужчина. «Эрих Мария Ремарк», – представился он. Ещё несколько минут они разговаривали втроём о чём-то постороннем. В восторге от его безупречных манер, мать слегка улыбнулась и кивком головы предложила сесть:
– Вы выглядите слишком молодо для того, чтобы написать одну из самых великих книг нашего времени, – внезапно сказала актриса, не спуская с него глаз.
– Может быть, я написал её всего лишь для того, чтобы однажды услышать, как вы произнесете эти слова своим волшебным голосом? – ответил писатель. Марлен достала сигарету и наклонилась к сумочке в поисках зажигалки. Ремарк предложил ей свою, и, приняв этот жест, она обхватила обеими руками его пальцы…Всё это время они неотрывно смотрели друг на друга». Знаток людских душ, Штенберг, почувствовав себя «третьим лишним», поспешил удалиться, сославшись на срочные дела».
Роли кардинально поменялись. Ремарк, привыкший чувствовать себя главным в отношениях с женщинами, всё больше попадал в зависимость от возлюбленной. Как-то раз в письме к ней он признался: «Любимая…я погиб из-за тебя, исчерпал себя. Мои руки – это твои руки, мой лоб – это твой лоб. И все мои мысли пропитаны королевским цветом золотого шафрана. Больше не выдержать…».
Марлен же нравилось ощущать власть над писателем, периодически проверяя её силу то внезапным охлаждением, то ещё более неожиданными признаниями. Доходило и до абсурда: Дитрих могла приехать к нему поздно вечером, чтобы приготовить восхитительный ужин, а после нескольких часов, вопреки ожиданиям влюблённого писателя, уехать, поскольку не могла «ночевать не с мужем». Тем не менее, ради одного звука её голоса Эрих,забыв о гордости, возвращался снова и снова… А всю обиду, горечь и постоянные приступы ревности вымещал в творчестве. Несложно догадаться, что прототипом неуловимой Жоан Маду в его новом романе «Триумфальная арка» стала Марлен Дитрих. Прочитав книгу, актриса впала в ярость! В письме к мужу она написала: «Ремарк изображает меня хуже, чем я есть, чтобы интереснее подать себя, и добивается желаемого эффекта. Я намного лучше его героини». Так писатель пытался избавиться от зависимости к этой женщине, но в реальности он стал ещё более остро нуждаться в ней. И этим мучениям – с расставаниями и бурными примирениями – было суждено продолжаться до конца его жизни…
«Любовь изрешетила меня насквозь, мне кажется, я могу заглянуть внутрь себя. Я так люблю тебя, и сердце моё разметалось, как женщина под взглядом мужчины на пшеничном поле. Моё сердце так бы и распласталось сейчас по земле, по лугу. Оно сошло с ума. Оно любит тебя!»
«Триумфальная арка».
«Искра жизни» писателя
Однажды Ремарк намекнул Марлен, что намерен жениться. Актриса приняла его выпад с обычной насмешливостью. А в ответ Эрих выполнил обещанное – взяв в жёны эффектную Полетт Годдар, известную актрису.
На момент встречи с ней Ремарку было уже больше пятидесяти, ей – 40. Прежде актриса трижды была замужем (вторым её мужем был Чарли Чаплин), но все три брака сложно было назвать удачными. Голливудская элита не взлюбила её за «острый язычок, капризность и экстравагантную манеру одеваться». Сам писатель не замечал за ней недостатков, хоть Полетт и ненавидела, когда он говорил на родном немецком языке и демонстративно уезжала прочь, как только Эрих брался за бокал с шампанским. Писатель был готов стерпеть всё, ведь она давала ему главное – возможность залечить раны от мучительной связи с Марлен. Сама Годдар относилась к бывшей возлюбленной мужа с презрением, Дитрих отвечала ей холодной отчуждённостью, считая новоиспечённую супругу писателя «злобной корыстной особой».
Жизнерадостность, весёлость и непосредственность, которую так любил писатель в Годдар, вдохновляли его на новые сочинения. Ремарк любил говорить, что его жена «словно излучает жизнь». Именно так и назвал он новый роман, вышедший после их свадьбы – «Искра жизни», а вскоре, когда появился ещё один – «Время жить и время умирать» – также посвятил его возлюбленной.
Пора несчастий в жизни Эриха завершилась, благодаря стараниям Полетт, окружившей его заботой, комфортом и теплотой человеческого общения. Они безмятежно проводили дни, путешествуя. Сначала посетили родину писателя, после – некоторое время жили в Риме, затем предпочли «вечному городу» великолепным горным пейзажам Швейцарии…Однако всё прежде пережитое Ремарком и нездоровый образ жизни не могли не сказаться на его самочувствии. За первым инсультом последовал второй, который писатель пережил значительно тяжелее…С очередным перебоем в работе сердца он справиться так и не смог. Но, несмотря на физическую боль, что преследовала его столько лет, Ремарк очень дорожил этим временем, считая годы, прожитые вместе с женой, одними их самых счастливых в своей жизни…
«Для тех, кто умеет ждать, всегда наступает самое лучшее».
«Время жить и время умирать».
______________________________
Р.S.
– Ильзе Ютте Замбоне, своей незабвенной Пат, Эрих Мария Ремарк завещал крупную сумму денег.
– За несколько дней до его смерти Марлен Дитрих отправила в больницу телеграмму со словами: «Любимый Альфред, посылаю тебе всё моё сердце».
– Розы, присланные актрисой, Полет Годдар на похоронах так и не положила на могилу мужа. А позже – уничтожила и все письма Марлен к нему.
Отзывы на книгу « «Скажи мне, что ты меня любишь…»: роман в письмах »
«Ты свет, благодаря которому я есть и буду. «
Что это все-таки было? Легкое увлечение, внезапно переросшее в яркую сжигающую страсть? Волнующее кровь приключение? Одержимость друг другом? Тоска по чему-то вечному, еще не неизведанному, не испытанному никем из них в жизни, и оттого такое притягательное, такое сладкое на вкус? Или же то была ее величество Любовь, романтика, воспеваемая из века в век поэтами.
Есть ли срок годности (давности, данности) у любви? Разве может такое яркое и мощное чувство сдуться, подобно воздушному шарику? Разве можно разрушить любовь?
Это не только собрание прекрасных образцов эпистолярного жанра, это великолепная биография талантливого писателя, это яркие штрихи к его портрету, созданные им же самим.
Всегда удивляюсь, как некоторым писателям удается создавать такие харизматичные образы своих персонажей. В отношении творчества Ремарка теперь, видимо, удивляться не буду: он и в жизни был тем еще романтиком.
«Ни от чего так не устаешь, как от утомительного счастья. «
5/5. Так странно: эту книгу я собиралась прочесть еще лет 10 назад. Помню, в журнале «Иностранная литература» печатали отрывки из нее, но потом то ли времени не было, то ли желания поубавилось, и в результате читаю только сейчас. И хорошо, что сейчас: тогда бы я, наверное, по достоинству ее не оценила.
Сильная любовь, болезненная, изнуряющая и выворачивающая наизнанку. После такого чувства остается только пустота. Они пережили не один кризис в своих отношениях. Не раз прерывали переписку. Но когда Ремарк умирал, она писала ему телеграмму за телеграммой, в которых дарила свое сердце.
Выше, еще выше! Волна голубая, волна зеленая! Летите — летите с пеной, с белой пеной в гривах! Ах, эта вечная оседлость! Беспокойство — вот удел наш и наше счастье. И если я с таким отчаянием взываю к тебе… — кто бы вернул мне счастье взывать, чтобы желаемое тысячекратно исполнялось… ибо только в тебе исполнение всех желаний, любимая Фата Моргана Господня…
Господи Иисусе, вот если бы можно было сношаться по телефону! Это был бы прогресс. Я не изменяю, немыслимое дело! Я погиб самым грандиозным образом! И слава Богу! Ось жизни моей!
Второе: абсолютная бессодержательность. Мыслей ноль. Ремарк считает Дитрих дурой? Это он зря, достаточно почитать её книгу. Может, она не светоч мысли и не величайший философ нашего времени, но далеко не глупа.
Третье, я никак не могла отделаться от ощущения, что один человек приписывает другому свои мысли:
Я думаю, нас подарили друг другу, и в самое подходящее время. Мы до боли заждались друг друга.
Мы просто невероятно подходим друг другу. Мы в равной степени анархичны, в равной степени хитры, понятливы и совершенно непонятливы, в равной степени люди деловые и романтичные (не говоря уже о беспредельной, восторженной преданности китчу во всех его проявлениях), мы в равной степени любим прекрасные драматические порывы и столь же безудержный смех, мы в полном восторге от того, что в любое время видим друг друга насквозь и точно так же в любое время запросто можем попасться на удочку друг другу, мы…
Вот это «мы» бесконечно смущает. Как и попытка рассказать другому человеку, какой он. И главное, всё это выглядит, как набор слов, ничего не объясняющий. Ремарк в своих письмах вообще всё время ускользает, прячется за слова. Много красивостей:
Все постепенно слилось в одну премерзкую тоску, на которой я повис, как на парашюте
за которыми не видно обычных человеческих переживаний. Всё гипертрофировано, все невероятно преувеличено, словно автор писем стоит на сцене и читает душераздирающие монологи, словно актёр он, а вовсе не Дитрих.
Надо сказать, и в романах своих Ремарк наименее убедителен в любовных сценах, в описаниях отношений. Но на фоне пафосных писем это даже удобоваримо.