рыбы ходили под солнцем плавили свои плавники
Рыбы ходили под солнцем плавили свои плавники
Поэзия земной души | Пранк Бот запись закреплена
Я обменял спокойный сон на невесомый поцелуй.
Пока ты в комнате со мной —
целуй меня,
целуй,
целуй.
Целуй меня, пока темно, пока зашторено окно, под звуки старого кино, под всепрощающей Луной. Когда на нас глазеет мир, в троллейбусах, такси, метро, под осуждением людским, под брань старушек, гул ветров. Под визг клаксонов, вой сирен, под грохот скорых поездов, прижав ладонь к дорожкам вен, не позволяя сделать вдох, к моим обветренным губам прильнув и затопив собой. Пускай в висках гремит тамтам, я знаю: так звучит любовь.
Целуй меня, когда я слаб, когда я болен и простыл, когда тоска из цепких лап не отпускает, и нет сил. Когда я выхожу на след, когда выигрываю бой, под шёпот старых кинолент, под песни, что поёт прибой.
Пусть за порогом бродит чёрт, пусть порт покинут корабли, пусть будет хлеб и чёрств, и твёрд, и гравитация Земли исчезнет, мир затянет льдом, застынут стоки медных труб, мы будем греть друг друга ртом, дыханием с замёрзших губ.
Пусть солнце плавит небосвод, и пусть болит, и пусть грызёт.
Я поцелую — всё пройдёт.
Ты поцелуешь — всё пройдёт.
Присоединяйтесь и читайте лучшее! 
Публикуем ваши стихи с ссылками на авторские паблики
©Лиризматизм
#Лиризматизм
#Стихи
#СовременнаяПоэзия
#Литература
♡Лиризматизм♡
Мне сегодня приснился сон,
В нем был ты и меня немножко.
В нем наш теплый, огромный дом,
Где на кухне вертелась кошка.
В нем на тумбочке фото, где мы
Обручальные в камеру. горько.
Снилась ночь, за окошком огни,
Освещали тела наши только.
Там во сне я дышала тобой,
Этот запах был слишком реальным.
От тебя очень пахло мечтой,
И мужчиной моим. идеальным.
В нем в бокалах Бордо, виноград,
Теплый плед, закрывающий ноги,
И пьянящий, с горчинкою взгляд,
Та же кошка. уже на пороге.
Но рассвет прикоснулся к щеке,
Оказалась я в утренних лапах.
Только запах остался в руке.
Самый нужный, любимый твой запах.
Присоединяйтесь и читайте лучшее! Публикуем ваши стихи с ссылками на авторские паблики
©Лиризматизм
#Лиризматизм
#Стихи
#СовременнаяПоэзия
#Литература
жизнь-156
О! Нету воли жить, и умереть нет сил!\ Да, все уж допито. Брось хохотать, Вафилл. \ Все допил, все доел. Но продолжать не стоит. В МАНЕРЕ НЕКОТОРЫХ\\ Томление. Поль Верлен. Перевод Г. Шенгели
О, гаревые колоски,\О, пережженная полова,Дожить до гробовой доски\И не сказать за жизнь ни слова? Григорий Корин Какой-то должен разговор
О, жизнь моя без хлеба,\Зато и без тревог!\Иду. Смеётся небо,\Ликует в небе Бог. Федор Сологуб “Родине\Пятая книга стихов” 1906 О, жизнь моя без хлеба,
О, жизнь моя, не уходи,\Как ветер в поле! \Ещё достаточно в груди\Любви и боли. \Ещё дубрава у бугра\Листвой колышет,\И дальний голос топора\Почти не слышен. Анатолий Жигулин 1980 О, ЖИЗНЬ МОЯ, НЕ УХОДИ.
О, жизнь моя,\ мой сладкий плен — \ молитва, нищенство, отвага, \ вся в черных буковках бумага. \ И ожиданье перемен. Николай Панченко
О, как мы жили! Горько и жестоко!\Ты глубже вникни в страсти наших дпен. \Тебе, мой друг, наверно, издалека\Все будет по-особому видпей. Михаил Дудин
О, легкая слепая жизнь!\ Ленивая немая воля!\ И выпеваешь эту даль, как долю,\ и, как у люльки, доля над тобою\ поет. Прощайте! Набирает высь\ и неизбежность нежное круженье,\ где опыт птичий, страх и вдохновенье\ в одном полете голоса слились. Марина АКИМОВА «ДЕНЬ и НОЧЬ» N 3-4 2005г.
О, нищенская жизнь, без бурь, без ощущений, \Холодный полумрак, без звуков и огня. \Ни воплей горестных, ни гордых песнопений, \ Ни тьмы ночной, ни света дня. Константин Бальмонт Из сборника “ПОД СЕВЕРНЫМ НЕБОМ” 1894 БОЛОТО
Ходит осень по русской земле.
В просторных полях плавает над росой синяя паутина, и медленно остывает натруженная земля. В прозрачных глубинах речных омутов ленивеют рыбы, едва шевеля плавниками. Стога, окруженные поздней зеленой травой, давно поблекли и вылиняли от сентябрьских дождей. Зато ослепительны изумрудно-сизые озимые полосы, и безмолвно и ярко пылают на опушке рубиновые всплески рябин.
В лесу необычайно тихо. Все замерло, затаив дыхание, и словно ждет какую-то неизбежную кару, а может, прощения и отдыха.
Осень дует на леса, обдавая их мокрым ветром, и тогда глухой недовольный гул валами идет на тысячи верст. Ветры сдувают с лона бессчетных озер заповедную синеву, рябя и осыпая мертвой листвой плесы великих северных рек. Дыхание этих ветров то прохватывает тайгу болотной сединой, то вплетает в нее золотые, оранжевые и серебристо-желтые пряди. Но сосновым и еловым грядам все нипочем, и они все так же надменно молчат либо грозно и страшно гудят, вздымая свои возмущенные гривы, и тогда могучий шум снова катится по бескрайней тайге. (158 слов)
Под легким дуновением знойного ветра море вздрагивало, и, покрываясь мелкой рябью, ослепительно ярко отражавшей солнце, оно улыбалось голубому небу тысячами серебряных улыбок. В пространстве между морем и небом носился веселый плеск волн, набегавших на пологий берег песчаной косы. Все было полно живой радости: звук и блеск солнца, ветер и соленый аромат воды, жаркий воздух и желтый песок. Узкая коса, вонзаясь острым шпилем в безграничную пустыню играющей солнцем воды, терялась где-то вдали. Весла, корзины да бочки беспорядочно валялись на песке. В этот день даже чайки истомлены зноем. Они сидят на песке, раскрыв клювы и опустив крылья, или лениво качаются на волнах.
Солнце начинает спускаться в море, и неугомонные волны играют весело и шумно, плескаясь о берег. Солнце садится, и на желтом песке ложится розоватый отблеск его лучей. И жалкие кусты ив, и перламутровые облака, и волны, набегавшие на берег, — все готовится к ночному покою. Ночные тени ложатся не только на море, но и на берег. Вокруг только безмерное море, посеребренное луной, и синее, усеянное звездами небо. (165 слов)
Ночь в Балаклаве
В конце октября дни еще по-осеннему ласковые, и Балаклава начинает жить своеобразной жизнью. Уезжают последние курортники, в течение долгого здешнего лета наслаждавшиеся солнцем и морем, и сразу становится просторно, свежо и по-домашнему деловито, точно после отъезда нашумевших непрошеных гостей.
Поперек набережной расстилаются рыбачьи сети, и на полированных булыжниках мостовой они кажутся нежными и тонкими, словно паутина. Рыбаки, эти труженики моря, как их называют, ползают по разостланным сетям, как будто серо-черные пауки, поправляющие разорванную воздушную пелену. Капитаны рыболовецких баркасов точат иступившиеся белужьи крючки, а у каменных колодцев, где беспрерывной серебряной струйкой лепечет вода, судачат, собираясь здесь в свободные минуты, темнолицые женщины — местные жительницы.
Опускаясь в море, садится солнце, и вскоре звездная ночь, сменяя короткую вечернюю зарю, обволакивает землю. Город погружается в глубокий сон, и все замолкает. Лишь изредка хлюпает вода о прибрежный камень, и этот одинокий звук еще больше подчеркивает ничем не нарушаемую тишину. Ночь и молчание сливаются в одном черном объятии. (154 слова)
Сложноподчиненные предложения
и знаки препинания в них.
Сложноподчиненные предложения
с разными типами придаточных предложений
Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:
Небылицы для детей
Если ваш ребенок уже подрос, значит вы можете почитать ему веселые стишки небылицы. Эти потешные рифмованные строчки развеселят и взрослого, и ребенка. Дети с удовольствием слушают небылицы и всякие выдуманные истории. Читайте вместе с ребенком небылицы и веселитесь от души!
Небывалая сторонка
На сторонке той медведи
Грустно лапу не сосут.
Пчелы добрые соседи,
Им в подарок мед несут.
Волк живет там недалече,
Но его не слышен вой,
Он не трогает овечек,
Он питается травой.
Что там шапка-невидимка!
Здесь повсюду чудеса:
Подивись, как спят в обнимку
В норке зайчик и лиса.
Как же не мечтать об этом?
Все живут в согласье там?
Мыши ходят за советом
К добрым ласковым котам.
Шла лиса, мела хвостом
И трясла рогами.
Вырос на пеньке пустом
Короб с пирогами.
Вдруг ворона прилетела
С волчьими зубами.
Пироги с малиной ела
Закусив грибами.
Ходят рыбы по тропинке
Плавниками машут,
Еж слона несет на спинке,
Куры землю пашут.
Заяц гонится за львом
И рычит ужасно.
Крот под елкой строит дом
Из рябины красной.
Волк за облаком летит,
Пляшут мыши в кружке.
А на дне реки сидит
Под зонтом лягушка.
Над веселой небылицей
Солнце синее резвится.
А в зеленых облаках
Слоник ездит на коньках.
(И. Гурина)
Перепутаница
Встаю я под вечер,
А утром ложусь.
Гогочет петух,
Кукарекает гусь.
Я платье для куклы
Стираю метлой
И в печке дрова
Зажигаю пилой.
Вливаю три супа
В кастрюлю с яйцом.
Песенка с крышкой,
Кастрюля с концом.
Небылица перепутаница
***
Однажды я видел, как в цирке слон
Прыгнул прямо с земли на балкон,
Потом он допрыгнул до самых небес
И до сих пор оттуда не слез.
***
Небылица в лицах, небывальщина,
Небывальщина, да неслыхальщина.
По поднебесью сер медведь летит,
Он ушками, лапками помахивал,
Он чёрным хвостом да принаправливает.
Небылица в лицах, небывальщина,
Небывальщина, да неслыхальщина.
На горе корова белку лаяла,
Ноги расширя да глаза выпуча.
Небылица в лицах, небывальщина,
Небывальщина, да неслыхальщина.
На дубу свинья гнездо свила,
Гнездо свила, деток вывела.
Небылица в лицах, небывальщина
Небывальщина, да неслыхальщина.
Малы деточки поросяточки
По сучкам сидят, по верхам глядят,
По верхам глядят, улететь хотят.
Небылица в лицах, небывальщина
Небывальщина, да неслыхальщина.
Таракан гулял, гулял за печью,
Вдруг да выгулял он на белый свет.
Небылица в лицах, небывальщина
Небывальщина, да неслыхальщина.
Увидал таракан в лохани воду:
— А это ль, братцы, море синее? –
Небылица в лицах, небывальщина
Небывальщина, да неслыхальщина.
Увидал таракан – из чашки ложками хлебают:
— А не то ли, братцы, корабли бегут,
Корабли бегут, на них гребцы гребут?
Небылица в лицах, небывальщина
Небывальщина, да неслыхальщина.
***
Ехала деревня мимо мужика,
А из-под собаки лают ворота.
Выхватил телегу он из-под кнута
И давай дубасить ею ворота.
Крыши испугались, сели на ворон,
Лошадь подгоняет мужика кнутом.
***
Ехал, ехал по дорожке
Тимошка в лукошке,
Петька в сапожке,
Кузька на одной ножке,
Сенька в стакане,
А Ваня на таракане.
***
Рано утром, вечерком,
Поздно, на рассвете
Баба ехала пешком
В ситцевой карете.
***
Жил высокий гражданин
Маленького роста.
И ходить ему в окно
Было очень просто.
Раз в морозный летний день
Утречком под вечер
Изнывая от жары
Вдруг залез на печь он.
С мармеладом в бороде
К своему папаше
Плыл медведь в сковороде
По кудрявой каше!
Над землей арбуз летит,
Он чирикает, свистит:
-Я горчица, я лимон!
Я закрылся на ремонт!
Ям-тирьям-тирьям, в коляске
Две усатых Свистопляски
Босиком, бегом-бегом
Ловят ветер сапогом!
По реке бежит буфет,
В нем лежит
Большой Секрет,
Он снимается в кино,
Всем понравится оно!
(Ю. Мориц)
— Да ведь это кошки!
— Комара тебе в лукошке!
— Да ведь это зайчонок!
— Огурцов тебе бочонок!
Hашего зайца все звери пугаются.
Прошлой зимою в лютый мороз
Серый зайчище барана унес.
— Да ведь это волк!
— По лбу тебя щелк!
Hеужели не слыхал никогда ты,
Что волки у нас рогаты?
Волк трясет бородой,
Пообедал лебедой.
— Да ведь это козлище!
— Щелчков тебе тыща!
Hаш козел под корягу ушел,
Хвостом шевелит,
Ставить сети не велит.
— Да ведь это налим!
— Hет, не налим.
Мы про налима не так говорим.
Hалим Hикодим Гордится собою,
Hалим Hикодим носит шапку соболью
Hи перед кем ее не ломает
И шуток тоже не понимает.
(Сапгир Генрих )
***
В детстве увидел и помню поныне:
Кошка шила на швейной машине,
Вдруг взбунтовалась ее машина
И кошке лапу к шитью пришила.
(А. Сергеев)
***
Я видел озеро в огне,
Собаку в брюках на коне,
На доме шляпу вместо крыши,
Котов, которых ловят мыши.
Я видел утку и лису,
Что пироги пекли в лесу,
Как медвежонок туфли мерил
И как дурак всему поверил!
(С. Маршак)
***
Плыл троллейбус в океане,
В небе ехал теплоход.
Как по снегу, по сметане,
Лыжники пошли в поход.
Сел медведь в свою ракету
И поехал на вокзал.
Я не сам придумал это.
Это Костя мне сказал.
Рекомендую это видео всем, кто любит творчество и оригами!
Как рыбы научились ходить
Найденная в Канаде доисторическая рыба помогает понять, как же все-таки рыбы смогли выйти на сушу. Очевидно, для этого рыбам нужно было превратить плавники в ноги, научиться дышать воздухом, скинуть с себя лишний груз кожных костей и чешуй — и вперед. Однако легче сказать, чем сделать, так как на этом эволюционном пути рыбам пришлось искать решения многих инженерных и биологических задач. С такой кучей за один раз не справиться, и понятно, что эволюция шла постепенно через ряд промежуточных стадий. Однако животных, промежуточных между рыбами и ранними четвероногими, найдено не было. Теперь такое животное стало известно.
На территории арктической Канады в отложениях позднего девона (около 380 млн лет назад) южной части острова Элсмир американские палеонтологи Эдвард Дешлер, Нейл Шубин и Фариш Дженкинс откопали замечательную рыбу. Ее назвали тиктаалик (Tiktaalik), что на языке эскимосов, населяющих эту часть арктической Канады, означает «большая пресноводная рыба, живущая на мелководье». Плоская, покрытая крупной чешуей рыба с крокодильей головой, на которой сверху сидят глаза, впереди две ноздри и большая зубастая пасть. У этой рыбы часть черт сходна с древними кистеперыми рыбами, а другие признаки сближают ее с первыми четвероногими (тетраподами). Рыбьи признаки — это чешуя, плавниковые лучи, почти такие же, как у кистеперых, сложная нижняя челюсть и небные кости. А «четвероногие» признаки — укороченный череп, отделенная от пояса передних конечностей и потому относительно мобильная голова, локтевой и плечевой суставы.
Чтобы рыбе превратиться в земноводное, ей нужно, во-первых, научиться ходить, во-вторых, дышать без помощи жаберных крышек, в-третьих, для выхода на сушу нужно максимально облегчить тело, чтобы справляться с гравитацией без помощи архимедовой силы, и придумать, как защитить волочащееся по земле брюхо. В позднем девоне многие рыбы одновременно и независимо пытались решить эти задачи. Тиктаалик успешно справился с большей их частью. Свои плавники эта рыба использовала не только для плавания, но и для хождения по дну. Анализ скелета предплечья и пястной области позволил ученым показать, что плавник мог занимать несколько стабильных положений, одно из которых предполагало приподнятое над грунтом тело животного.
У рыб скелет плавника крепится к поясу конечности, который в свою очередь прикреплен к скелету жаберной крышки. И рыбам это удобно: они синхронизируют движения жаберной крышки и грудных плавников и таким образом дышат. Зато головой просто так повертеть нельзя: поскольку жаберная крышка крепится к голове, то движение головой отзовется дерганьем плавников. У тиктаалика почти все кости жаберной крышки исчезли, так что голова получила свободу и независимость. Утратившее функциональность сочленение остатков жаберной крышки с головой тоже получило свободу и начало медленное, но крайне важное для всех наземных четвероногих путешествие внутрь черепа, превращаясь потихоньку в крошечные слуховые косточки (хотя завершится это превращение гораздо позже).
Но как теперь тиктаалику дышать, если нет жаберной крышки и грудные плавники больше не вентилируют жабры? Эта рыба дышала через дыхательные отверстия, расположенные на конце плоской и широкой морды. Воду, а возможно и атмосферный воздух, в легкие нагнетали не жаберные крышки, а щечные помпы. Этому способствовала и широкая форма морды этих рыб, очень похожая на крокодилью. Нужно отметить, что это изобретение было сделано и другими представителями древних кистеперых рыб, например пандерихтисом (Panderichthys), так что тут тиктаалику гордиться нечем (см. также Откуда уши растут, Газета.ру, 19.01.2006).
Ребра, уплощенные и налегающие друг на друга, помогали тиктаалику укрепить позвоночный столб и брюхо, а окостеневшие соединения позвонков делали позвоночник менее подвижным. Это всё способствовало ходячему образу жизни, а не только плавающему.
Палеоэкологическая интерпретация местонахождения тиктаалика рисует нам мелкие, слабопроточные пресные водоемы субтропического или тропического пояса. Возможно, эти водоемы могли пересыхать, и тиктаалик был вынужден приспосабливаться к жизни в таких условиях, где вода больше не служит опорой для тела, где приходится дышать без помощи жабр атмосферным воздухом.
Читая описание этой рыбы и ее местообитания, так и хочется назвать эту рыбу переходным звеном между рыбами и земноводными. Тут тебе и ребра, и весьма похожий на лапу плавник, и редукция жаберной крышки. Но сами авторы статьи справедливо отмечают, что тетраподные черты существовали в тех или иных наборах у многих рыб, просто у тиктаалика их больше всего. Например, весьма успешно ходить по дну на четырех плавниках, приподнимая тело над грунтом, умели не только кистеперые, но и многие другие рыбы. Так что четвероногость и хождение как таковое возникли много раньше самих четвероногих. Тетраподные новшества появлялись, по-видимому, параллельно — и у эстуарных, и у пресноводных групп. Я обращаю внимание на этот факт, чтобы еще раз напомнить, что законы эволюции еще не поняты до конца и многие известные факты требуют переосмысления. И новые ископаемые находки именно сейчас оказываются как нельзя более кстати.
P. S. В настоящее время появились подозрения, что древнейшие тетраподы ихтиостега и акантостега (вероятные потомки тиктаалика) не являются прямыми предками позднейших земноводных, а относятся к некой тупиковой ветви. Та же история и с археоптериксом, который, по-видимому, не является прямым предком современных птиц, а тоже относится к некой тупиковой ветви динозавров, вставших на путь «оптичивания».
Палеонтологам хорошо известно, что многие крупнейшие эволюционные «прорывы» (такие, как выход рыб на сушу, происхождение членистоногих, птиц, млекопитающих, покрытосеменных растений и др.) осуществлялись как бы «совместными усилиями» нескольких параллельно развивавшихся линий, которые независимо одна от другой приобретали сходные прогрессивные черты. Для таких явлений придумали даже специальные названия (так, вместо «происхождения млекопитающих» часто говорят о «процессе маммализации зверообразных рептилий», вместо «происхождения птиц» — об «орнитизации архозавров»). Одним словом, многочисленные параллелизмы при переходе на новый, более высокий эволюционный уровень — не исключение, а правило.
Источники:
1) Edward B. Daeschler, Neil H. Shubin, Farish A. Jenkins Jr. A Devonian tetrapod-like fish and the evolution of the tetrapod body plan // Nature. 2006. V. 440. P. 757–763.
2) Neil H. Shubin, Edward B. Daeschler, Farish A. Jenkins Jr. The pectoral fin of Tiktaalik roseae and the origin of the tetrapod limb // Nature. 2006. V. 440. P. 764–771.