слон хортон высиживает яйцо читать
Доктор Сьюз. Слон Хортон высиживает яйцо. перевод
Красавица Мейзи – ленивая птица,
Которая ярким нарядом гордится, –
В гнезде, изнывая, весь день просидела.
Высиживать яйца – скучнейшее дело!
– Сиди, и сиди, и сиди без конца,
Пока не послышится писк из яйца! –
Так Мейзи сказала, унынья полна.
Зевнула. И тут увидала слона.
– Какая удача! Слон Хортон! Вы здесь.
К вам просьба одна пустяковая есть.
Усядьтесь на это яйцо, вот сюда. –
А слон засмеялся.
– Вы шутите, да?
– Я с дерево ростом и вешу пять тонн! –
Услышала Мейзи. – Я всё-таки слон!
– И что же? – она возразила тотчас. –
Зато сколько мягкости, нежности в вас!
Я мигом вернусь! Но сперва отдохну. –
Захныкала Мейзи. –
Пожалуйста! Ну-у-у.
А слон. Он подпорку покрепче нашёл,
Поставил под дерево.
– Так. Хорошо!
И медленно-медленно, и осторожно,
И так деликатно, как только возможно,
Полез по стволу.
И попал наконец
В гнездо,
Где дремал под скорлупкой птенец.
Присел на яйцо.
И сидел, и сидел.
Вдруг ветер подул, ураган налетел.
И небо сверкало, и гром грохотал.
А слон всё сидел и под нос бормотал:
– Я вымок до нитки! А дождь всё идёт.
Надеюсь, что Мейзи вернётся вот-вот!
А Мейзи в то время лежала на пляже.
Она о птенце и не вспомнила даже!
Тепло на Таити. Легко и приятно.
Лететь и не думала Мейзи обратно!
. Уж ветер осенний деревья раздел,
А слон всё сидел на гнезде и сидел.
Зима наступила. Мороз затрещал.
Но Хортон сидел и гнездо защищал.
Хоть буря мела, ударяя в лицо,
Слон думал:
– А всё же согрето яйцо!
Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Зима отступила. Пробилась трава.
На дереве вновь появилась листва.
Цветочки вокруг расцвели без числа…
Но новые беды весна принесла.
Лишь стало тепло, обитатели леса
Вкруг дерева встали, глядят с интересом.
Кто шутит, кто дразнится, кто веселится:
– Слон Хортон не слон, а огромная птица!
От глупых насмешек болит голова.
Но слон всё сидит, повторяя слова:
– Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Приятели в лес убежали гулять.
Сидит в одиночестве Хортон опять.
И всё б ничего, но ему на беду
Охотники тихо подкрались к гнезду.
Слон Хортон успел оглянуться… Тотчас
Три дула нацелились Хортону в глаз!
Был в ужасе слон. Но не бросил гнезда.
Он выпятил грудь и сказал:
– Господа!
Я с дерево ростом. И весь на виду.
Стреляйте, коль хочется. Я не уйду!
Охотники долго смеялись в ответ.
– Такого мы прежде не видели, нет!
– Вот это находка. На дереве слон!
– Неужто и вправду?
– Неужто не сон?!
Охотники ружья свои побросали.
И, бороды дружно пригладив, сказали:
– Поймаем слона. Ну, а там поглядим!
Приручим. А, может, и в цирк продадим!
По горным дорогам отправились в путь.
И слон повторял:
– Ничего! Как-нибудь.
Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Два дня миновало с той самой поры,
Когда на телеге спустились с горы, –
И Хортон увидел: бушует прибой.
Лежит перед ним океан голубой.
И вот уже слон на борту корабля.
И кто-то командует:
– Право руля!
Неделю штормило. И ливень косил.
И ветер корабль, словно щепку, носил.
Открыл океан свою страшную пасть.
И Хортон ужасно боялся упасть:
– Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Неделя прошла. Капитан корабля
Решительно с мостика крикнул:
– Земля!
И вот уж корабль направляется в порт.
Слон Хортон – на дереве – спущен за борт.
Охотники с цирком затеяли торг.
Весьма деловой этот город, – Нью-Йорк.
Слон Хортон сидит на гнезде! И за то
Он продан – и дорого! – в цирк шапито.
Повсюду – от Лондона до Амстердама –
Большие афиши, в газетах реклама.
И в городе каждом картина одна:
Приходит народ поглазеть на слона.
Такое «вниманье» любого обидит!
Но слон его будто бы вовсе не видит.
– Пускай я посмешищем в цирке сижу,
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Отправился цирк на Таити. И кто
Всех раньше приметил шатры шапито?
Ну, кто. Догадаться об этом пустяк.
Бездельница Мейзи, – она! Это так.
Спросила у Хортона прямо с порога:
– Мы, кажется, с вами знакомы немного.
И слон побелел. Как бумага. Как мел.
Но вымолвить слова в ответ не сумел,
Поскольку в яйце вдруг послышался звук,
Похожий на стук молоточка: «ТУК-ТУК!»
И слон закричал, просветлев:
– Наконец!
Я так тебя ждал, мой любимый птенец!
А Мейзи сейчас же чирикнула: – Вздор!
Яйцо не твоё, а моё. Ты же вор.
Украл и гнездо, и яйцо, и птенца. –
Вот стыд. Слон поднять был не в силах лица.
– Глядите, птенец, у которого хобот! –
Раздался в толпе оглушительный хохот.
– Птенец.
– Не птенец! А, скорей, СЛОНОПТИЦА.
Но так и обязано было случиться!
Обязано. Так и случилось в конце.
Ведь это же Хортон сидел на яйце!
В волну штормовую. Холодной зимой.
Слон хортон высиживает яйцо читать
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
Слон Хортон высиживает яйцо (перевод Т. Макаровой!)
Show media Loading.
-Ах, как мне надоело! Ах, как я устала,-
ленивая Мейзи капризно шептала.-
Нет, я ни минуты бы здесь не сидела,
когда бы замену себе приглядела.
Тут Мейзи как раз увидала слона.
-Ах,здравствуйте, Хортон! — сказала она.
— Я так отсидела всю левую ногу…
…Быть может, вы здесь посидите немного?
Слон Хортон ужасно смеялся в ответ.
— Да что вы! На мне ведь ни перышка нет!
Ни крыльев, ни клюва, и, кроме того,
яйцо так мало… Я велик для него.
— Ну да. Вы довольно высокого роста.
Но вам беспокоится не о чем просто.
Садитесь. Хотя вы не так уж малы,
но вы так любезны, нежны и милы!
-Ну что ж,если так, то попробовать можно.
Я буду сидеть на яйце осторожно.
Я буду стараться его не сломать.
-До встречи!- пропела беспечная мать.
Исследовав дерево, прежде всего
слон Хортон подпорки нашел для него.
-Чтоб дерево было надежно и прочно.
Ведь целая тонна во мне. Это точно.
Потом осторожно, как тень, чуть дыша.
слон Хортон полез по стволу, не спеша.
Потом улыбнулся, вокруг поглядел
и сел на гнздо.
… И сидел,
и сидел…
И днем он сидел, согревая яйцо,
и ночью,
и вьюга хлестала в лицо,
и молнии бились,
и гром грохотал…
-Погода неважная…- слон бормотал.-
Мне мокро, мне холодно, мне неприятно!
Скорее бы Мейзи вернулась обратно.
А Мейзи в то время на Пальмовом пляже
о бедном слоне и не вспомнила даже.
Решила она, что теперь никому
ее не заставить вернуться к нему.
А слон между тем все сидел и сидел.
Вот осень настала,
и лес облетел,
и снег появился,
и высыпал град,
на хоботе бедном сосульки висят,
а слон все сидит и упрямо твердит:
-Яйцо не замерзнет.
Птенец победит.
По-моему, мысль моя очень проста:
слон верен от хобота и до хвоста.
И так он сидел без еды и без сна,
пока наконец не настала весна.
Но новые беды с весной начались.
Все звери лесные вокруг собрались.
Кричали они задыхаясь от смеха:
-Слон Хортон на дереве! Что за потеха!
Он, может, теперь и по небу летает?
Ведь он себя, кажется, птицей считает!
…Но слон все сидел и упрямо твердил.
-По-моему, мысль моя очень проста:
слон верен от хобота и до хвоста.
Какая беда впереди ни случится,
что-то должно из яйца получится.
Пока он сидел, позабыв про покой,
такой терпеливый и добрый такой,
охотники медленно крались к гнезду,
винтовки нацеливая на ходу.
И Хортон увидел из гнезда своего
три дула, направленные прямо в него!
Бежал ли от страшной опасности слон?
Нет. Хортон остался. Не двинулся он.
Но стоя и глядя в немом изумленье,
они не стреляли, к его удивленью.
-Смотрите! Смотрите!- они закричали.
-Такого нигде мы еще не встречали!
На дереве — слон! Как забавно! Как ново!
Нет, просто неслыханно, честное слово!
Не будем его убивать. Пощадим.
И в цирк подороже его продадим.
Тележку с канатами соорудили
и бедного Хортона там посадили,
и Хортон оставил родные места,
несчастный от хобота и до хвоста.
И вот, помахав на прощанье земле,
слон Хортон качается на корабле.
Но гнездам, деревьям и даже слонам
не так уж привычно скакать по волнам.
А шторм разгулялся и не проходил,
и слон все сидел и устало твердил:
-По-моему, мысль моя очень проста:
я гибну от хобота и до хвоста.
И так две недели их волны швыряли.
Но вот они к берегу снова пристали.
Уныло текла за неделей неделя.
На Хортона разные люди глядели,
за несколько центов всегда и везде
смеялись над странным слоном на гнезде.
А слон все грустил, но с гнезда не сходил,
В шатре цирковом он устало твердил:
-По-моему, мысль моя очень проста:
слон верен от хобота и до хвоста.
Но цирк, продолжая свой долгий вояж,
приехал однажды на пальмовый пляж.
И кто прилетел поглазеть на слона?
Бездельница Мейзи! Конечно, она!
Но треск скорлупы балаган огласил!
В ней кто-то царапался что было сил!
И тут у слона просветлело лицо.
Он крикнул: «Мое дорогое яйцо!»
Но пискнула Мейзи:»Неправда! Ты лжешь!
Ты — слон. И на птицу ничуть не похож.
И дерево это мое. И яйцо.
Ты лжешь мне бессовестно прямо в лицо!»
И бедному Хортону стало невмочь.
С тяжелой душою он двинулся прочь.
Но тут разломалась совсем скорлупа,
и замерли Мейзи, и слон, и толпа…
Ведь то, что на свет из нее вылетало,
приветливо хоботом длинным мотало!
И хвостик слоновый,
и уши,
и кожа…
все страшно на Хортона было похоже!
И люди вокруг головами качали.
Они ликовали,
смеялись,
кричали.
-Смотрите! Ура! Новый вид! Слоноптица!
Но так и должно было это случиться.
Ведь молнии бились и шторм бушевал,
а Хортон сидел и яйцо согревал.
И слон возвратился в родные места,
счастливый от хобота и до хвоста.
Текст книги «Слон Хортон высиживает яйцо»
Автор книги: Теодор Сьюз Гейзель
Детские стихи
Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)
Доктор Сьюз
Слон Хортон высиживает яйцо
Ленивая Мэйзи
Вздыхала в гнезде:
– Какая, о Боже мой, скука!
И ноги болят, и ломит везде,
И эти противные ветки расте —
ний бесят меня
День ото дня
Всё больше и больше. Вот мука!
Нет, я не могу! Не хочу! На-до-ело!
Сидеть на яйце – неприятное дело
И, кроме того, изнурительный труд!
Все пляшут, все скачут, все песни поют,
А я им, как дура, высиживай тут!
Ах, я бы могла полетать, отдохнуть,
Когда б за меня здесь, в гнезде, кто-нибудь,
Хоть кто-нибудь тут посидел подходящий,
Какой-нибудь дур… то есть друг настоящий!
Ах, я от тоски умираю одна…
Тут Мэйзи внизу увидала слона.
– Эй, Хортон! – лентяйка, нахохлясь, кричит. —
Не видишь, усталая птица сидит?!
Смени-ка меня ненадолго – без дела
Слоняться небось самому надоело.
– Помилуйте, – слон рассмеялся, – соседка,
Ведь я не воробушек и не наседка,
Я просто гора по сравненью с яйцом.
Как треснет оно, так и дело с концом!
– Да ну, ерунда! – ему Мэйзи в ответ. —
Совсем ничего в этом сложного нет.
Ты тёплый и мягкий, хотя толстокожий.
Я верю в тебя, дорогой мой, ты сможешь!
– Нельзя, —
Слон сказал.
– Я тебя умоляю!
– Клянусь,
Я вернусь,
Только чуть погуляю —
И сразу назад! Обещаю! Чуть-чуть!
Да ты не успеешь и глазом моргнуть!
Ну что тебе стоит, а? Что тебе стоит?!
– Но дело совсем не такое простое… —
Задумался Хортон. – Ну что ж, так и быть.
Попробую вас на часок подменить.
Летите спокойно, яйцо будет цело,
Я слово слоновье даю.
– Ура! – Мэйзи спела
И прочь усвистела,
Слона не дослушав, – фью-фью.
А Хортон взял палку:
– Конечно, оно
На дерево влезть и не так мудрено,
Но надо сначала подпорки возвесть
И сделать насест, а тогда уже лезть.
И вот, чуть дыша,
Сел он бережно,
Нежно,
Туда, где дремало яйцо безмятежно.
И сам улыбнулся:
– Вот это наседка!
Боюсь, что такие встречаются редко:
Ни крыльев, ни перьев, и весом притом
В три тонны… Зато мы терпеньем возьмём!
Весь день он сидел
И яйцо согревал.
А ночью гроза налетела,
И шквал
Ревел,
Гром гремел,
В землю молнии били,
И волны дождя ледяного катили!
– Вот влип, так уж влип… —
Бедный Хортон кряхтел. —
Не спится на птичьей квартире.
Врагу не желаю так ночь провести…
Авось попрыгунья не сбилась с пути.
А Мэйзи меж тем на далёких Гавайях,
Вовсю отдыхая,
По пальмам порхая,
Решила, что жизнь ей подходит такая —
Что лучше остаться там жить навсегда
И век не видать ни яйца, ни гнезда.
И, стало быть, Хортон сидел и сидел…
Уж лес пожелтел…
И потом опустел…
И снег полетел,
Всё вокруг белым стало,
А он всё сидел, как сугроб небывалый,
Упрямо твердя про себя, как стихи:
– Яйцо не… апчхи. не замёрзнет! Апчхи!
Я слово слона не напрасно давал,
Слоны не бросают на ветер слова!
Но вот миновала зима,
А весна
Другую напасть припасла для слона:
Друзья набежали весёлой гурьбой…
– Эй, Хортон, дружище!
Что это с тобой?
– Глядите!
– Ого!
– Мы глазам не поверили!
– Слон Хортон в гнезде
Восседает на дереве!
– Он страус, наверно!
– Фазан!
– Коростель!
– Глухарь из семейства
Ушастых тетерь!
Они посмеялись, они разбежались.
Тяжёлые ветки со скрипом качались,
Большие цветы распускались везде,
А Хортон сидел одиноко в гнезде.
Ему бы удрать,
Пойти поиграть,
Но он продолжал про себя повторять:
– Пусть колются ветки, щекочет листва,
Слоны не бросают на ветер слова,
Пускай мне несладко —
Не встану с гнезда!
Но Хортон, бедняга, не знал и не ведал,
Что сзади уже надвигалась беда:
Три бравых охотника крались по следу.
Треск ветки! И птица вспорхнула!
И слон, обернувшись назад,
Увидел: три чёрные дула
Ему прямо в сердце глядят.
Спасаться ли бегством проворно?
Ползти ли в густые кусты?
Но Хортон спокойно и гордо
Глядит со своей высоты.
И, плечи упрямо расправив,
Холодный и строгий на вид,
Надменно охотникам бравым
Он так из гнезда говорит:
– Стреляйте! Ну что же, стреляйте!
Но я не уйду, так и знайте!
Пусть кончится гибелью эта глава —
Слоны не бросают на ветер слова!
Но выстрел не грянул!
И думает слон:
«Я жив? Это странно!
Я сам удивлён».
И падают ружья:
– На дереве? Слон?
– Позвольте… неужто?
– Я просто сражён!
– Как странно! Как ново! А вдруг это модно?
– Нет-нет, не стреляйте! Ха-ха! Бесподобно!
Умора! Возьмём его, братцы, живым,
За деньги, за денежки в цирк продадим!
Тут сучьев покрепче они нарубили,
И клетку с колёсами соорудили,
И дерево в кадке поставили – вместе
С гнездом и несчастным слоном на насесте.
Впряглись, потянули: «Эй, ухнем, раз-два!» —
И скрылись, и ветер унёс их слова.
И долго они пробирались по скалам,
Ущельям ужасным, горам небывалым,
И клетку тащили, пыхтя, за собой,
Пока не спустились на берег морской.
А там – на корабль, и вперёд по волнам.
Но качка, увы, непривычна слонам.
То вверх подлетая,
То падая вниз,
Твердил он, глотая
То брызги, то бриз:
– Бросы не слонают…
Слоны не брова…
Ой, мячет, как скачик, моя голова!
Спустя две недели – какие недели!
О, как эти волны слону надоели! —
На палубе юнга высматривал зорко
Огни городские ночного Нью-Йорка.
Рассвет, и портовая пристань видна,
И с грохотом вниз опустили слона
На тросе стальном, на железном крюке,
В гнезде, на насесте, на узкой доске.
И сделка готова,
Цирк платит сполна —
Да кто же не купит такого слона!
Продали в цирк! И с тех пор по аренам
(На выходных – по удвоенным ценам)
Всюду возили слона напоказ:
Москва (штат Айдахо), Париж (штат Техас),
Лас-Вегас, Лас-Пальмас, Хо-Хо-Кус, Дайтона…
«Слон на яйце! Настоящий, в три тонны!
Сам туда влез и не прыгает вниз.
Шутка природы? Загадка? Каприз?»
Люди смеялись и тыкали пальцем
В Хортона. Стал он несчастным скитальцем,
В шумных собраньях он был одинок,
Мрачно молчал и глядел в потолок,
Лишь губы его шевелились едва:
– Слоны не бросают на ветер слова!
Но вот как-то раз, двадцать пятого мая,
Давал представление цирк на Гавайях,
В том самом курортном раю, в Гонолулу,
Куда от гнезда и труда улизнула
Прогульщица Мэйзи.
Болтаясь без дела,
Конечно, она с высоты углядела
Толпу и флажки циркового шатра:
– Ура! В цирк хочу! Цирк приехал! Ура!
И Мэйзи, дугу прочертив в небесах,
Пикирует книзу, врывается в дверь
И к самой арене торопится…
– Ах!
Я вас узнаю, удивительный зверь!
И Хортон, в глаза ей взглянув, побледнел,
Но вслух ничего ей сказать не успел:
Как раз в этот миг оглушительный треск
Послышался из-под насиженных мест.
– Я слышу царапанье и бормотанье,
И скрип скорлупы, и по стенкам шуршанье —
Как будто и впрямь я недаром сидел
На этом яйце сорок восемь недель!
Мой птенчик, он здесь! Чудеса из чудес! —
Слон Хортон вскричал, покидая насест.
– Твой?! —Мэйзи вскипела, сама не своя. —
Ты жалкий обманщик! Хозяйка здесь я!
Похитил яйцо бедной птички! Позор!
Прочь, прочь от гнезда, лопоухий ты вор!
И медленно слон отступил, оглушён…
И сердце разбито, и слышится звон —
Нет, это яйцо раскололось на части!
Пестреют осколки невиданной масти.
И Хортон, так долго сидевший в гнезде,
На дереве, в звёздной ночной пустоте,
В дневной суматохе и в качке морской,
Терпевший дорожную скуку, и холод,
И зной, и насмешки толпы цирковой, —
Глядит: у птенца-то два уха и хобот!
– Как, хобот?! Возможно ль? Такой же, как мой!
Все с мест повскакали, смеются, кричат:
– Да здравствует слон! Браво, Хортон! Виват!
Директор протёр кулаками глаза:
– Под куполом цирка, и вдруг – чудеса!
– Да как же назвать нам его, наконец?
– Птенец слоноухий? Крылатый слонец?
Но так и должно быть, ДОЛЖНО быть, ДОЛЖНО!
…Кому-то обидно, кому-то смешно,
Но все согласились, что дело по чести
Сейчас разрешилось на птичьем насесте.
Весь цирк зашумел:
– На свободу, герой!
Слон Хортон счастливым вернётся домой,
А там уж на крыльях гуляет молва:
Слоны не бросают на ветер слова!
Слон хортон высиживает яйцо читать
Слон Хортон Высиживает яйцо
ВНИМАНИЕ! Права выкладки данной сказки в интернете, предоставлены автором перевода (правообладателем)
только для сайта Проекта «К новой семье» на специальных условиях.
При желании предложить сказку своим читателям, вы можете сделать ссылку на эту страницу.
Красавица Мейзи – ленивая птица,
Которая ярким нарядом гордится, –
В гнезде, изнывая, весь день просидела.
Высиживать яйца – скучнейшее дело!
– Сиди, и сиди, и сиди без конца,
Пока не послышится писк из яйца! –
Так Мейзи сказала, унынья полна.
Зевнула. И тут увидала слона.
– Какая удача! Слон Хортон! Вы здесь.
К вам просьба одна, хоть и малая, есть.
Усядьтесь на это яйцо, вот сюда. –
– Я с дерево ростом и вешу пять тонн! –
Услышала Мейзи. – Я всё-таки слон!
– И что же? – она возразила тотчас. –
Зато сколько мягкости, нежности в вас!
Я мигом вернусь! Но сперва отдохну. –
– Попробую, – слон обещал осторожно. –
Но вы возвращайтесь скорей, если можно!
Птенец не погибнет. Я слово сдержу. –
В ответ прочирикала птичка: – Спешу!
А слон. Он подпорку покрепче нашёл,
Поставил под дерево.
И медленно-медленно, и осторожно,
И так деликатно, как только возможно,
Где дремал под скорлупкой птенец.
Вдруг ветер подул, ураган налетел.
И небо сверкало, и гром грохотал.
Слон Хортон сидел и под нос бормотал:
– Я вымок до нитки! А дождь всё идёт.
Надеюсь, что Мейзи вернётся вот-вот!
А Мейзи в то время лежала на пляже.
Она о птенце и не вспомнила даже!
Тепло на Таити. Легко и приятно.
Лететь и не думала Мейзи обратно!
. Уж ветер осенний деревья раздел,
А Хортон сидел на гнезде и сидел.
Зима наступила. Мороз затрещал.
А Хортон сидел и гнездо защищал.
Хоть буря мела, ударяя в лицо,
– А всё же согрето яйцо!
Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Зима отступила. Пробилась трава.
На дереве вновь появилась листва.
Цветочки вокруг расцвели без числа…
Но новые беды весна принесла.
Лишь стало тепло, обитатели леса
Вкруг дерева встали, глядят с интересом.
Кто шутит, кто дразнится, кто веселится:
– Слон Хортон не слон, а огромная птица!
От глупых насмешек болит голова.
Но слон всё сидит, повторяя слова:
– Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Приятели в лес убежали гулять.
Сидит в одиночестве Хортон опять.
И всё б ничего, но ему на беду
Охотники тихо подкрались к гнезду.
Слон Хортон успел оглянуться… Тотчас
Три дула нацелились Хортону в глаз!
Был в ужасе слон. Но не бросил гнезда.
Он выпятил грудь и сказал:
Я с дерево ростом. И весь на виду.
Стреляйте, коль хочется. Я не уйду!
Охотники долго смеялись в ответ.
– Такого мы прежде не видели, нет!
– Вот это находка. На дереве слон!
Охотники ружья свои побросали.
И, бороды дружно пригладив, сказали:
– Поймаем слона. Ну, а там поглядим!
Приручим. А, может, и в цирк продадим!
Стараясь, чтоб слон из гнезда не упал.
Другие коней отыскали с трудом,
Достали телегу огромную, – с дом.
По горным дорогам отправились в путь.
Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Два дня миновало с той самой поры,
Когда на телеге спустились с горы, –
И Хортон увидел: бушует прибой.
Лежит перед ним океан голубой.
И вот уже слон на борту корабля.
Неделю штормило. И ливень косил.
И ветер корабль, словно щепку, носил.
Раскрыл океан свою страшную пасть.
И Хортон ужасно боялся упасть:
– Сидел на гнезде – и ещё посижу.
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Неделя прошла. Капитан корабля
Решительно с мостика крикнул:
И вот уж корабль направляется в порт.
Слон Хортон – на дереве – спущен за борт.
Охотники с цирком затеяли торг.
Весьма деловой этот город, – Нью-Йорк.
Слон Хортон сидит на гнезде! И за то
Он продан – и дорого! – в цирк шапито.
Повсюду – от Лондона до Амстердама –
Большие афиши, в газетах реклама.
И в городе каждом картина одна:
Приходит народ поглазеть на слона.
Такое вниманье любого обидит!
Но слон его будто бы вовсе не видит.
– Пускай я посмешищем в цирке сижу,
Птенец не погибнет. Я слово сдержу!
Отправился цирк на Таити. И кто
Всех раньше приметил шатры шапито?
Ну, кто. Догадаться об этом пустяк.
Бездельница Мейзи, – она! Это так.
Спросила у Хортона прямо с порога:
– Мы, кажется, с вами знакомы немного.
И слон побелел. Как бумага. Как мел.
Но вымолвить слова в ответ не сумел,
Поскольку в яйце вдруг послышался звук,
Похожий на стук молоточка: «ТУК-ТУК!»
И слон закричал, просветлев:
Я так тебя ждал, мой любимый птенец!
А Мейзи сейчас же чирикнула: – Вздор!
Яйцо не твоё, а моё. Ты же вор.
Украл и гнездо, и яйцо, и птенца. –
Вот стыд. Слон поднять был не в силах лица.
Но тут из яйца вдруг послышалось: «КРЭК!»
И ахнули зрители, – сто человек.
– Глядите, птенец, у которого хобот! –
Раздался в толпе одобрительный хохот.
– Не птенец! А, скорей, СЛОНОПТИЦА.
Но так и обязано было случиться!
Обязано. Так и случилось в конце.
Ведь это же Хортон сидел на яйце!
В волну штормовую. Холодной зимой.
И слон возвратился с сынишкой домой.
Проект содействия развитию семейных форм воспитания детей, оставшихся без попечения родителей